Отчет
Шрифт:
Я подошел и заглянул. Господин профессор Таустен спросил — вижу ли я что-нибудь? Я ответил, что да, вижу, потому что в ящике точно что-то лежало. Тогда меня спросили — что я вижу? Я ответил, что не знаю, что это такое и как называется. Профессор спросил — может это шар? А я ответил, что нет — точно не шар. Тогда спросили — может это цилиндр или конус? Я сказал, что не совсем понимаю, что такое цилиндр
Рисунки плоские, а то, что упало с неба в штате Массачусетс не плоское.
Они заулыбались в ответ на эти мои слова и попросили подождать. Я подождал. Они принесли бумагу, ножницы и клей. Бумагу резали ножницами, а то, что оставалось, склеивали. Они сделали из бумаги и цилиндр и конус и многие другие фигуры, про которые я уже и забыл, как они называются.
Но ни одна из них не была похожа на ту, что лежала в ящике. Там было что-то совсем другое.
Спрашивали меня долго, а я им отвечал, но ничего из этого не выходило.
Под конец профессор спросил — движется ли эта штука в ящике. Я посмотрел еще раз и сказал, что иногда движется, иногда нет, но всегда выглядит одинаково. Я так устал от этих вопросов, что у меня пот со лба капал, а господин профессор махнул рукой и заявил, что кажется уже ничего путного из этого эксперимента не получится.
Я очень огорчился и попросил, чтобы они меня еще порасспрашивали, потому что очень хотел послужить науке. Тогда профессор сказал, что задаст последний вопрос, а больше он ничего придумать не может, и спросил похожа ли эта штука хоть на что-нибудь, что я когда-нибудь в жизни видел. Я сказал, что похожа. И как только все это услышали, так аж с кресел повскакивали и стали громко кричат и задавать вопросы так быстро и все разом, что у меня все в голове перемешалось и я дрожать начал.
Господин профессор Таустен увидел, что с мною делается и стал кричать на господина доцента и других, чтобы они меня не дразнили, а меня очень вежливо и мягко попросил, чтобы я успокоился и даже угостил сигаретой. Я ее выкурил и успокоился.
И как только они это увидели, то господин профессор спросил, на что же похожа эта штука в ящике. Я ответил, что
Я задумался, потому что лгать мне не хотелось — ведь я знаю, что это нехорошо — и потому решил подсчитать сколько раз я это видел. Но ничего у меня не получилось, И я ответил только, что очень много раз, так часто, что не могу подсчитать.
И тогда профессор разволновался. Он сказал мне, что я лгу, потому что он живет на свете уже долгое время и бывал во многих местах, даже в Европе, но нигде никогда ничего такого не видел.
Мне стало обидно, что господин профессор мне не верит и я со слезами стал объяснять, что никогда не обманываю, потому что знаю, что это большой грех.
Господин профессор тогда сказал, что он не хотел меня обидеть, что он имел в виду только подсознательное фантазирование, а это что-то совсем другое и это не грех. Господин доцент Смит, как услышал это, так постучал себе пальцем по лбу и сказал, что бы он скорее съел свою шляпу, чем дал убедить себя в том, что у меня есть подсознательные фантазии.
Так они спорили несколько минут, а я сидел тихо, потому что не знал, о чем они спорят и потому что был очень измучен и мне было все равно, есть у меня подсознательное фантазирование или нет.
Когда они кончили спорить, то господин профессор спросил меня, когда я видел эту вещь в последний раз.
Я задумался, а потом ответил, что уже давно, месяца три назад. Потому что теперь я принимаю очень хорошее лекарство и приступы у меня стали редкие. Раньше так у меня часто приступы были. И каждый раз, перед тем, как должны были начаться судороги, я видел по углам всякие странные штуки, вроде той, что сейчас лежала в ящике.
Потом даже выучил, что если что-нибудь такое вижу, то, значит, надо быстро лечь на мягкое и в зубах пробку зажать — потому что сейчас я потеряю сознание и начнет меня трясти эта самая эпилепсия.