Отчаянная девчонка
Шрифт:
– Сьюзен, – поправила она.
– Что, простите?
– Зови меня Сьюзен.
– А, хорошо. Так вот, Сьюзен, боюсь, у меня сейчас не будет времени для уроков. – А вдруг сработает? В этой лжи была доля правда: вокруг моего дома сновали репортеры, на улице толпились зеваки, и всякие подозрительные личности оставляли на автоответчике десятки сообщений. Вполне вероятно, что в суматохе родители забудут и о художественной школе, и о тройке по немецкому,
– Сэм, – сказала вдруг Сьюзен Бун очень серьезно. – У тебя есть талант, но ты его не раскроешь, пока не перестанешь
Учиться видеть? Может, миссис Бун решила, что у дверей ее студии я повредила не руку, а зрение?
И тут я поняла. Вот оно – Сьюзен хочет превратить меня в робота и помешать чувствовать то, что я рисую, сердцем! Но только я хотела сказать что–нибудь вроде: «Нет, спасибо, миссис Бун. Я не желаю становиться очередным клоном от искусства», как она продолжила:
– Итак, увидимся во вторник. Иначе, боюсь, мне придется сказать твоим родителям, как мы по тебе вчера скучали.
Ничего себе. Жестоко. Слишком жестоко для королевы эльфов.
Я внезапно поняла, что устала бороться с системой.
– Хорошо, договорились.
– Вот и отлично, – сказала Сьюзен Бун, а, перед тем как она положила трубку, Джо прокаркал: – Хоррррошая птица! Хоррррошая птица!
Итак, я была во власти Сьюзен, и, что самое ужасное, она это знала. Знала! Кто бы мог подумать, что эльфийские королевы так коварны.
Теперь выхода нет – придется вернуться в студию, где все знают, что я прогуляла занятие, и наверняка догадываются, почему я его прогуляла. Боже, как несправедливо!
Я сидела, уныло понурив голову, как вдруг в комнату, по своему обыкновению без стука, вошла Люси.
– Итак, – важно произнесла она.
Я сразу поняла, что мои неприятности еще не закончились: Люси держала карандаш и блокнот, а одета она была в свой любимый наряд – зеленая мини–юбка, белая блузка и тонкий пуловер.
– Значит, завтра ты идешь со мной и девочками по магазинам, а потом в кафе, – объявила Люси, сверившись с блокнотом. – Вечером ты, я и Джек смотрим новый фильм с Эдамом Сэндлером. Учти, тебе надо показаться и «У Луиджи», куда мы пойдем есть пиццу после кино.
В воскресенье ужин у президента, я пыталась его отменить, но не вышло. Правда, если он закончится не слишком поздно, можем снова заглянуть к Луиджи. Многие из моей тусовки ходят туда делать домашние задания. В понедельник – слушай внимательно, Сэм, это важно – в понедельник мы займемся твоим внешним видом, и тебе придется встать как минимум на час раньше, чем обычно. Ты больше не будешь вскакивать за пятнадцать минут до выхода, одевать первое, что попадется под руку, и плестись в школу, как беспризорник. Учти, чтобы привести твои волосы в божеский вид, нужно по крайней мере полчаса. Я нервно сморгнула.
– О чем, – слова произносились с трудом, – ты… тут… говоришь.
Люси демонстративно закатила глаза и плюхнулась на кровать ко мне и Манэ.
– Я составила расписание твоей жизни, глупышка! Не бойся, все под контролем. Ну, признайся, ты же сама знаешь, что… м–м–м… немного не вписываешься в правильную тусовку и, кстати, напрасно общаешься с Катриной. Она милая, не спорю,
– Люси. – Я постепенно пришла в себя: – Вон из моей комнаты.
Сестрица встряхнула длинными шелковистыми волосами.
– Сэм, перестань. Даже папа всегда говорит – подарки судьбы надо уметь принимать, не то в конце концов вместо золотого колечка она предложит тебе медное. Если бы парень захотел подарить мне медное кольцо, я бы послала его куда подальше.
– ЛЮСИ! – заорала я, замахнувшись на нее танком. – ВОН ИЗ МОЕЙ КОМНАТЫ!!!
Сестра презрительно пожала плечами и поднялась, чтобы уйти.
– Как говорится, не делай добра. Только попробуй меня о чем–нибудь попросить.
К великому моему облегчению, Люси ушла, а я осталась наедине со своей хронической врожденной неконтактностью.
Вот список того, что Гвен Стефани не сделала бы под страхом смертной казни.
10. Она никогда не позволила бы сестре выбирать ей одежду. Гвен Стефани нашла свой неповторимый стиль и в любом комиссионном магазине может отыскать классную майку, а потом переделать ее в спортивный топ. Гвен никогда в жизни не надела бы белые, серые или коричневые клеши, которые сестра великодушно купила ей за триста шестьдесят пять долларов в «Banana Republic».
9. Если бы сестра велела Гвен бросить ее лучшую подругу, потому что та нелепо одевается, Гвен не стала бы кидаться тапками, а просто презрительно рассмеялась.
8. Вряд ли Гвен, чтобы не привлекать внимания репортеров, пошла бы выгуливать собаку в рваном свитере, огромных темных очках и папиных армейских штанах. Напротив, она воспользовалась бы всеобщим интересом к собственной персоне для того, скажем, чтобы продвигать музыку ска.
7. Я совершенно уверена в том, что Гвен Стефани не покраснела бы до ушей, если бы парень ее сестры, в которого она тайно влюблена, сказал бы, что она классно выглядит в папиных армейских штанах.
6. Более того, Гвен Стефани слишком ценит свою индивидуальность, чтобы влюбиться в парня своей сестры.
5. Если бы Гвен спасла президента США от смерти, она бы не сидела дома, прячась от восхищенных поклонников, а написала бы об этом проникновенную, остроумную песню.
Но песня все равно не поднялась бы выше пятого места в сводном чарте, потому что, если верить статистике, американцы не очень любят ска.
4. Если бы Крис Парке позвонила Гвен Стефани, как позвонила мне, и сказала: «Привет, Гвен! Так ты придешь? В смысле, на мою вечеринку в субботу!» – Гвен остроумно бы ответила, например, так: «А откуда у тебя мой номер?» Естественно, она бы сделала вид, что не знает о том, что Люси разослала его по почте всей школе, из боязни пропустить, не дай бог, какое–нибудь важное мероприятие вроде похода к Луиджи или в кино.