Отбор. Мечтать о главном
Шрифт:
Официальный ужин закончился. Веллингтон поблагодарил хозяйку и сына и поднялся из-за стола. Дариана поднялась вслед за ним.
И это все? Он так просто уйдет? Неужели приходил, чтобы задать эту кучу официальных вопросов и его совершенно не интересует другая сторона возможного брака?!
Даша вышла в сгустившиеся сумерки, чтобы проводить гостя. С заходом солнца дышалось намного легче, но налетавший порывами ветер все равно приносил дотошную пыль.
– Наисветлейший, – трясущимся голосом позвала Дариана, когда неоген уже стоял одной ногой в лонгуслете.
– Да?
– Простите мою дерзость, но мы можем просто прогуляться?
Веллингтон
Щелчок крепких пальцев, и камера залетела в дом.
Веллингтон и Дариана вышли на пустую центральную площадь, слабо освещенную бледным диском луны, прячущимся за жиденькими облаками.
Хотя на улице было душно, девушку бил озноб. Они медленно шли по квадратному периметру более-менее приведенного в порядок пространства, и Веллингтон, заложив руки за спину, ждал, когда же Дариана начнет беседу. Она понимала, что должна заговорить первой, но никак не решалась. Если бы рядом шел Трейван, то Даша без проблем сказала все, что беспокоит, и знала, что ее выслушают, но с Веллингтоном намного сложнее.
Они прошли уже до середины одной из четырех сторон площади, когда девушка собралась с духом, понимая, что неоген не станет ей помогать.
– Скажите, а вы видите семейный союз чисто как рабочий дуэт? – Она испугалась собственного голоса, который предательски дрожал в ночной тишине.
– Мне нужна надежная опора, которую примет население. Правящая триаса должна быть мудрой и уметь правильно преподнести жизненно важные для семигорцев решения. Я не могу разорваться и на внешнюю, и на внутреннюю политику, но без моего контроля ничего не должно происходить. Если я посчитаю, что триаса приняла неверное решение, то оно будет отклонено, – холодно, официально, монотонно. Дариана сжалась в комочек, втянув голову в плечи.
Это просто кусок льда, требующий полного подчинения. Ну разве такие отношения должны быть в семье, пусть и правящей?! Ничего, что не возникнет любви, но ходить строевым шагом и бояться каждого неверно сказанного слова…
– А вы бы хотели чего-то большего от совместного проживания? – Она сделала еще одну попытку залезть под непробиваемый панцирь.
– Если вы о физической близости, то дети должны быть непременно, это обязательное условие брака.
И снова Даша почувствовала себя на собеседовании. Обед, секс, государственные дела по расписанию.
– Я люблю детей, – она решила сменить тон разговора, – а вы?
– Я ценю всех жителей Семигорья независимо от возраста и пола.
Даша шумно выдохнула, возмущение накрыло с головой. Ну как можно, она ему про Фому, а он ей про Ерёму!
– У вас вообще есть недостатки, слабости, хоть что-то делающее вас живым человеком?! – Голос зазвенел, отгоняя раболепную робость.
– Нет. Не положено! – Веллингтон остановился и навис над Дарианой, как трехметровая волна нависает над неопытным серфингистом. – Но мне нравится ваша самоотдача и эмоциональность. У нас может получиться эффективный тандем.
– Ясно-понятно, – горько усмехнулась девушка, запрокинув голову. Больше вопросов не возникло.
Глава 9
Трейван опять плохо спал. Дариана не выходила из головы, а при мысли, что Веллингтон оставался с триасой наедине, накатывала ноющая тоска. Измученный бессонницей молодой человек вместо утреннего визита к правящему неогену отправился абсолютно в другое место. Эта ночь не прошла напрасно, в голову пришла одна интересная идея.
Саарленд
– Эриан, – зычно крикнул Трей, стоя посередине просторной гостиной и глядя на две закругленные мраморные лестницы, ведущие на второй этаж.
Под пятиметровым потолком откликнулось эхо, оседая на хрустальной люстре, водопадом спускающейся к полу.
– Эриан, я знаю, что ты дома! – Неоген подошел к правой лестнице и оперся на широкие холодные перила, поддерживаемые белыми резными балясинами.
– Что надо?! – Недовольный молодой человек с растрепанными черными волосами с проседью подошел к краю лестницы на втором этаже, держа одну руку за спиной.
Трей с отвращением посмотрел на красные глаза, несвежую рубаху, мятые брюки и грязные ногти на босых ногах.
– Разговор есть, спускайся.
– Ага, бегу, – хохотнул Эриан, достал из-за спины темную бутылку и демонстративно сделал несколько больших глотков. – Только боюсь упасть!
– Я подожду, когда ты перестанешь паясничать. – Неоген круто развернулся, прошелся по утопающей в солнечном свете гостиной и сел в темно-синее бархатное кресло.
Триас Кей театрально поохал и, держась за перила, все-таки спустился, нетвердой походкой дошел до гостя, со звоном шлепнул пустую бутылку на мраморный пол и сел в кресло напротив.
– Эрни, ты совсем слетел с катушек, – с сочувствием проговорил Трей, пристроив затылок на высокий мягкий подголовник, – пожалей Кралину. Она бьется за Семигорье изо всех сил, а ты вместо того, чтобы восстанавливать фацию, беспробудно пьешь. – Неоген сморщил нос от донесшегося до него перегара, смешанного с запахом пота.
– А ты зачем пришел? Меня пожалеть? – Триас сложил полные губы трубочкой и специально дыхнул в сторону гостя. – Лина победит, я в ней уверен, и с восстановлением фации что-нибудь придумает. – Он равнодушно махнул рукой и вальяжно развалился в кресле. – Она-то меня не кинет, не то что лучший друг.
– Тебе нужно жениться. – Трей выпрямился и в упор посмотрел на прибывающего в депрессии Эриана.
– Ха… ха… и еще раз ха… Ты издеваешься? – Полная верхняя губа недовольно приподнялась. – Кого из выживших малолеток ты хочешь мне подсунуть?! Учти, если Лина победит, мне нужна только триаса. Триаса, способная управлять сильнейшей фацией! На неравный брак не соглашусь. Да я вообще ни на какой брак не соглашусь! – Эриан вскочил с кресла и возмущенно взмахнул руками. – Мне самому плохо, а ты хочешь, чтобы я женился на такой же морально раздавленной девчонке? Это что за семья получится? Будем по ночам друг другу рассказывать, кого мы потеряли в боях, и подсчитывать ранения, а потом рыдать в подушку?! Не хочу такого! Не стану брать на себя ответственность, лучше продолжу пить в одиночестве и радоваться за Кралину! – Молодой человек заходил из стороны в сторону, злобно выпучив глаза и ероша черные с проседью волосы. – Как думаешь, кто согласится без страха спать со мной по ночам, увидев это?! – Триас с силой дернул на себе рубаху, обнажая толстый, безобразный шрам, начинающийся между ключицами и заканчивающийся у паха. – Кому нужен такой урод, когда эти куклы, не нюхавшие крови, мечтают исключительно о красавцах типа Веллингтона? Спасибо, что спас! Не дал сдохнуть, настоящий друг! А лучше бы дал! Глядишь, и Яримина осталась бы жива!