Отбор. Двое против всех

Осень Галина

Не то чтобы он был резко против принца Рэдмона, но он сомневался, нужно ли это Марселе.

– Давай так, Робин, наблюдение за всеми нашими, кто сейчас находится в столице установить

самое серьёзное. Артефактов не жалеть! Безопасность Марселы на первом месте! Меня беспокоит Изабелла. Знает ли она о своей служанке-шпионке и зачем на самом деле рвалась в столицу. Узнать! Иди, Робин, и вызови ко мне наставника молодых принцев. Хочу отправить детей в поместье. Что-то неспокойно мне.

– Да, мой король, это правильное решение, – согласился Робин и вышел.

Ожидая наставника принцев, Игнаций решил позвонить по зеркальнику своей первой жене – Симоне, в настоящее время настоятельнице монастыря святой Беатрис и главной жрице храма богини Беатрис.

– Добрый день, дорогая. Как твоё здоровье, как дела? – ласково поздоровался он с бывшей женой, едва та появилась в зеркале.

Симона, по его мнению, оставалась самой красивой и самой желанной женщиной, но она приняла жреческий сан и теперь была далека

от суеты обычной жизни. Симона смотрела на мир людей как бы сквозь дымку времени, без эмоций, без сострадания. Но с пониманием добра и зла, справедливости и долга. Она встала на ступень выше обычного человека и могла уже говорить с богиней.

– Спасибо, Игнац, всё хорошо. Ты устал? Что-то случилось? У тебя хмурый вид.

– Что-то назревает в империи, Сима. Я беспокоюсь за Марси.

– Да, в империи неспокойно. Мои агенты тоже доносят это. Я обращусь к богине с вопросами в день поминовения Беатрис. – настоятельница помолчала и другим, более домашним тоном сказала: – Очень скучаю по Марси. Жаль, что ей не удалось заехать ко мне перед отбором. Я люблю её, Игнац, хотя это и не положено.

– Симона, может…

– Нет, Игнац, – мягко перебила его женщина. – Мы уже много раз говорили об этом. Я не могу уже вернуться в мир людей, но я буду любить вас обоих всегда и буду молить богиню о вашем благополучии. – она опять помолчала. – Как твои младшие дети?

Конец ознакомительного фрагмента.