Отблески света
Шрифт:
Навеянная ритуальными песнопениями мистическая обстановка разлетается вдребезги. Мы уверенно идем вперед. Хаос, который при этом создаем, только веселит. До тех пор, пока возмущенные крики не разрывает зловещий смех. Разве так должен смеяться проигравший? Разве он вообще должен смеяться?
А потом мы видим это. Оставшиеся на пути люди расступаются, открывая взору алтарь, на котором лежит девушка. Судя по всему, та самая, о спасении которой нас попросили в записке.
Связанные руки туго перетянуты веревкой, впивающейся в покрасневшую кожу с такой силой, что наверняка она причиняет боль. Края веревки обвиваются вокруг
– Случайно к нам забрел Красный Ворон или задание чье выполняет? Задание ордена? А может, королевское? – интересуется руководитель всего этого сборища. Не дожидаясь ответа, с кривой усмешкой добавляет: – Надо же, как испугался за несчастную. Все вы так печетесь о справедливости и хорошей жизни для людей, что аж тошно.
Тонкое лезвие завораживающе блестит в свете факелов, развешенных по всему залу. Кажется, стоит отвести взгляд или только моргнуть, как оно скользнет вниз, к трепещущей от страха груди девушки. Но слова сектанта настолько удивляют меня, что я невольно оглядываюсь.
Тэан не может испугаться! Если быть совсем уж честной, он не может всерьез обеспокоиться судьбой девушки. Нет, он не испуган, но лицо Тэана… излучает растерянность. Он пытается скрыть свои чувства, бурлящие внутри безудержным потоком, но некоторые эмоции все же проскальзывают сквозь привычное спокойствие. Изумление. Сомнения. Недоверие. Одержимость? Янтарный огонек разгорается в глазах Тэана, как будто он видит что-то очень ценное, необходимое ему.
– Сложите оружие, – командует предводитель шайки сектантов, возвращая меня к реальности, – пока я не убил девчонку.
– А если сложим, ты пощадишь ее? – насмешливо интересуется Альрайен, даже не скрывая недоверия.
– Возможно, – пожимая плечами, улыбается мужчина, чем вызывает во мне лишь волну отвращения.
Нет, в его облике нет ничего уродливого или просто необычного. Все тот же черный плащ, имитирующий ритуальный балахон. Обыкновенное лицо с резковатыми чертами, густые брови, темные глаза, трехдневная щетина на широком подбородке, длиной до плеч темные волосы. Но его действия и получаемое от этого наслаждение – вот что вызывает отвращение. – Вам ничего не остается, как это проверить, не так ли?
Рука мужчины как будто невзначай опускается чуть ниже. Девушка вздрагивает, бьется в истерике, пытаясь вырваться и заливаясь беспомощными слезами.
– Только попробуйте пошевелиться – и я убью девку, – предупреждает он. Тем временем нас окружают. До этого поверженные с помощью ветра противники теперь выпутываются из плащей, поднимаются и собираются вокруг нас плотным кольцом. Кажется, среди них мелькает несколько человек с покрасневшими лицами и слегка обуглившимися одеждами. Быстро очухались – излишне осторожно я использовала свет, боясь им сильно навредить.
– Ты пытаешься вызвать Первозданную Тьму? – неожиданно спрашивает Тэан. Его голос звучит напряженно.
– Что? – вздрагивает предводитель сектантов, тем самым выдавая себя. – Что ты о ней знаешь?
– Куда интересней вопрос,
– Тебя это не касается! – явно нервничая, восклицает человек. – Все это уже не важно! – Его рука мелко подрагивает. – Я призову Тьму, и она убьет вас! – С этими словами он резко вонзает кинжал в грудь девушки. Вернее, пытается.
Уже почти достигший цели кинжал вдруг вырывается из руки сектанта и отлетает в сторону, ударяясь о стену. Туда же, уносимый порывом ветра, отправляется и сам человек, звучно стукая головой о камень.
– Прикройте меня, – бросает Альрайен, устремляясь к алтарю. Начинается хаос.
Со всех сторон на нас наваливаются сектанты, словно пытаясь задавить количеством. С помощью меча я отбиваюсь от них, краем глаза поглядывая на своих напарников.
Поворот – успеваю отметить, как яростно сражается рядом со мной Тэан. Блок, удар, еще один поворот – вижу, как Альрайен поднимает на руки освобожденную девушку. Что-то мелькает сбоку – вовремя поворачиваюсь, чтобы защититься от нового противника, незаметно ко мне подбирающегося.
Небольшая передышка, во время которой решаю помочь Тэану. Поворачиваюсь к нему и в ужасе замираю. Уже не ярость – в нем сверкает сама смерть.
Находясь по другую сторону, он никогда не ценил чужие жизни, не считал их чем-то важным. Душа Тьмы, что правит душами умерших. Пусть Тэан не ценил жизни людей, но никогда и не убивал с удовольствием! Да, он мог убить, например, защищая меня, и при этом ни одна струна не дрогнула бы в нем, смерть не вызывала у него никаких эмоций.
А сейчас вызывает. Что-то темное, страшное и непонятное. Тэан убивает, как одержимый. Как будто каждая смерть дарит ему глоток свежести, глоток воздуха, необходимого для собственной жизни. Из оцепенения меня выводит крик Альрайена:
– Алиса, не жалей их, используй свет! Иначе мы потратим слишком много времени, которого у девушки нет!
Ближайших к себе противников аллир раскидывает ветром, что с силой закручивается в настоящий ураган. Однако к нам пробиться Альрайен не может, опасаясь, видимо, задеть и нас, ведь тот контроль над ветром, когда-то восхитивший меня, в этом мире недоступен аллиру.
Однажды Альрайен ворвался в замок Повелителя Ночи, приютившего меня и моих друзей. Смерч, который принес Альрайена, лишь слегка всколыхнул длинный ворс ковра, но не задел ни одной вещи, и даже занавески на окне остались совершенно неподвижны. Теперь же ветер держится в стороне, не трогая тех, кто окружает нас с Тэаном.
Опять свет, опять я должна использовать свет! Выжечь путь к свободе? Или, быть может, убить всех? Ведь они приносят людей в жертву, они, наверное, заслуживают. Но одно – дать волю свету, когда уже почти ничего не соображаешь от боли, когда тебя окружают лишь тени, мерзкие создания, питающиеся смертью. И совсем другое – убивать людей, которые почти не представляют для тебя угрозы. Да, их много, но мы справимся. И убивать их вовсе не обязательно. Вот только…
Мельком взглянув на Альрайена, я замечаю девушку, безжизненно обвисшую на его руках. Струйки крови стекают на пол из растревоженных порезов, оставляя вслед за аллиром красную дорожку. Сможет ли девушка выжить после всего этого? Успеем ли мы доставить ее к тем, кто окажет помощь? И я решаюсь. Некогда сейчас отбиваться, некогда сохранять жизни людей, отнимающих чужие жизни. Нужно как можно скорее выбираться отсюда.