Отблески света
Шрифт:
Стоит хотя бы самой себе признаться, что простила его. Теперь, когда мы больше ничем не связаны, когда я перестала быть его женой, прощение дается легко. Воспоминания о словах Альрайена, раскрывавшего предо мной свои чувства, сидя на ступенях трактира, вызывают в душе глухой, щемящий отклик, но не более того. Слишком пусто, слишком холодно.
– Скажи, а что тебе пообещали Высшие? – неожиданно спрашиваю я. – В чем заключалась ваша сделка?
– Они явились ко мне во сне и сказали, что отправляют тебя на важное, опасное задание, – отвечает Альрайен, задумчиво разглядывая меня. –
– Альрайен, – выдыхаю, не сводя с него взгляда. К привычной пустоте примешивается легкий отголосок тоски. Наверное, мне даже жаль, что все так складывается. Нужные слова сами находятся и льются спокойной рекой без малейших усилий: – После того, что произошло, я словно сгорела изнутри. Понимаешь? Исчезли эмоции, чувства, желания, стремления. Ничего не осталось. Я просыпаюсь по утрам, что-то делаю, но не живу. Внутри какая-то пустота, и с каждым днем она только растет. Альрайен, ты заслуживаешь большего. Ты заслуживаешь намного больше, чем могу дать тебе я. Не хочу, чтобы ты становился всего лишь заменой, запасным способом скрасить одиночество.
– Не нужно решать за двоих. Думаешь, что не сможешь ответить взаимностью? Пусть. Я готов на это, – твердо говорит Альрайен. – Только позволь быть с тобой рядом. Не уходи.
Аллир протягивает руку, осторожно касаясь пальцами моей щеки. Хочет обнять, прижать к себе, но почему-то не решается, продолжая вглядываться в мое лицо.
– Зачем я тебе такая? – с легким сожалением спрашиваю я. – Жалкая, сломанная, пустая…
– Не говори так, – резко перебивает Альрайен. – Ты нужна мне любая, потому что это ты. Я просто хочу быть с тобой, – говорит он и досадливо восклицает: – Как же ты этого не понимаешь!
Беру Альрайена за руку, решительно отстраняю ее от лица и с ожесточением говорю:
– Нет. Сломленные и раздавленные не нужны никому. Запомни меня сильной, целеустремленной, живой и никогда не забывай, что люди действительно бывают такими. Не хочу, чтобы ты видел ничтожное существо, которое осталось от прежней меня. Не оскверняй память жалким зрелищем.
– Прекрати, Алиса! – злится Альрайен. Грубо хватает за плечи, с силой встряхивает. – Ты по-прежнему сильная, ты справишься, просто тебе нужно время! Я буду рядом и поддержу тебя, помогу оправиться. Вот увидишь, чувства вернутся. Ты же никогда не сдавалась. Даже сейчас, опустошенная, ты отказала Высшим, не стала слепо следовать их желаниям.
– Альрайен! Пожалуйста! Оставь меня в покое. Уйди из моей жизни и больше никогда не возвращайся! – восклицаю я, вырываясь из его рук.
– Дура! Я никуда не собираюсь уходить и тебя не отпущу!
– Хоть один раз сделай так, как я прошу, – говорю тихо, пристально глядя в упрямые синие глаза. Эта спокойная, бесцветная фраза, выскользнувшая из самых глубин души, что-то вдруг меняет, переламывает ход разговора. Несколько мгновений Альрайен потрясенно смотрит на меня, после чего неожиданно
– Хорошо. Если это единственное, чего ты хочешь, пусть будет так, – говорит он ровным голосом. – Но ты саму себя обрекаешь, думая, будто никогда не сможешь чувствовать.
– Это не важно, Альрайен, – я грустно качаю головой. – Может быть, чувства вернутся. Откуда мне знать? Вот только прежними они не будут, и полюбить тебя я не смогу, а без любви с тобой не останусь. Ты обманываешься, когда говоришь, будто тебе хватит одного моего присутствия. Всем хочется настоящих чувств, а не… того, что осталось у меня. Создашь портал, когда я соберу свои вещи?
– Да, создам. Скажи, как будешь готова. Но хочу, чтобы ты знала. Мне не безразличны твои чувства, и думаю я не только о собственных желаниях. Именно поэтому я выполню твою просьбу и больше не потревожу тебя. Надеюсь, когда-нибудь ты сама вернешься, переосмыслив весь этот разговор.
Я только киваю, не желая спорить.
Прощание получается бесцветным, каким-то натянутым. Виль так и не выходит – выкрикивает сквозь закрытую дверь, что ненавидит меня за сломанную жизнь. Конечно, можно оспорить, найти множество аргументов, как, например, отсутствие каких-либо перспектив в средневековом обществе у простой девчонки без семьи, но мне не хочется ввязываться в разговор, и я молчу. А вот Шей, извиняясь за сестру, смущенно обнимает меня и тихо говорит:
– Спасибо, тебе Алиса. Спасибо за все. Ты действительно многое сделала для нас обоих. Думаю, со временем Виль это поймет.
Сначала Альрайен держится отстраненно. Безразлично наблюдает за моим прощанием с Шеем. Небрежно взмахивает рукой, создавая портал. При этом не роняет ни слова, сохраняя на лице холодную маску отчужденности. Однако мне все равно, поэтому его поведение меня ни капли не задевает. В конце концов, я сама этого хочу – вернуться на Землю и больше не встречаться с аллиром, прожить обыкновенную человеческую жизнь. Покой – единственное, в чем я теперь нуждаюсь.
Закидываю на плечо сумку, снятую с фоара. Я прохожу к арке, охваченной синим сиянием.
– Всего хорошего тебе, Альрайен, – желаю ему вместо долгих речей и возвышенного «прощай». – И… спасибо.
Я не уточняю, за что благодарю, да и сама толком не знаю. Может, за помощь, за то, что прошел вместе со мной этот путь от начала и до конца. А может, за то, что нашел в себе силы меня отпустить, и не важно, что при этом он тешит себя ложной надеждой на мое возвращение. Просто чувствую, что должна сказать ему «спасибо».
Я почти вхожу в портал, как вдруг Альрайен перехватывает меня и, ловко притягивая к себе, целует. Я не сопротивляюсь и не отвечаю на поцелуй. Просто дожидаюсь, когда он меня отпустит и втолкнет в сияние арки со словами:
– Не забывай.
Наверное, он уже не слышит моего обещания:
– Не забуду.
Пусть я больше ничего не чувствую, но мои воспоминания не отнимет никто.
Со всех сторон меня окружает сине-голубой свет, на мгновение ослепляя. Однако сияние быстро гаснет, а сквозь него проступают знакомые очертания комнаты, где мы жили вместе с Тэаном.