От океана до степи
Шрифт:
Айсмэн сунул пустой колчан в сумку, достал полный, прицепил его к поясу, открыл, пробежался пальцами по оперению, но стрелять не стал, вместо этого командир отряда вернулся к своим основным обязанностям. Прошелся по позициям, подбодрил-похвалил заготовок, выпустил пару стрел вместе с рейнджерами-игроками, подстегнул магов больше внимания обращать на щиты, закрыл глаза умиравшему эльфу-стрелку со стрелой в сердце, велел раненому спецназовцу отступить в тыл и показаться целителю, добил попавшую под шальную стрелу лошадь, тут же приказал универсалам отвести остальных поглубже в тыл, вместе со всеми посмеялся над брошенной одним из воинов шуткой, сам отпустил пару донельзя похабных острот — в общем обычные дела вождя, командира, офицера — неважно — все это суть одно, особенно в бою. Потом варвар снова стрелял, угощая собратьев по расе содержимым очередного колчана. Да, один лук, один средний лучник это практически ничто, особенно там, где перестреливаются сотни гораздо более
— Когда же у них кончатся стрелы!? — думал Айсмэн, выпуская по врагу десяток стрел. Он не целился в кого-то конкретно, а пускал по принципу ''на кого бог пошлет''. — Неужели я ошибся и у них окажется больше стрел чем у нас?! — на мгновение мелькнула паническая мысль и тут же под давлением логики ушла. — Да нет, не может быть, не может этого быть! У нас пусть и вьючный, но обоз, у них — только то, что смогли уволочь на себе! Может носороги? Нет, ерунда: носороги — боевые звери, они носят в бой героев и вождей, а не таскают вьюки. Все понятно, безразмерные колчаны, как и у многих из нас, но все имеет свой предел — когда!?
–
Однако что бы он не думал, факт оставался фактом — прошло больше получаса, а стрелы у ледяных и не думали кончаться.
Варвар еще немного поработал за простого лучника, а потом, так и не убрав лук в смертехран, двинулся дальше, поздравил нанесшего удачный удар мага, скривился, когда мимо него пронесли убитого эльфа-стрелка, и более равнодушно воспринял смерть одного из бойцов ''прослойки'', который словил стрелу горлом прямо у него на глазах и осел на траву, выронив из рук тяжелый арбалет.
*
''Прослойка'' — отдельное подразделение внутри отряда Драконов: все местные уроженцы, в основном люди, но встречались и полукровки разных рас. Когда-то больше года тому назад мелкие ремесленники и крестьяне, потом — беглецы и жертвы гражданской войны, голодные, бездомные, нищие попрошайки с мертвой пустотой в глазах, ну а теперь — добровольно влившиеся в отряд бойцы. Драконы снарядили их в хорошие трофейные доспехи — толстая бычья кожа и сталь, дали в руки длинные копья или арбалеты, подучили, подкормили, положили небольшой, но стабильный оклад, плюс неплохой харч. Задачи ''прослойки''вытекали из ее названия: доспешный строй из нескольких сотен вооруженных копьями и арбалетами бойцов прикрывал эльфов-стрелков и тем самым повышал мобильность спецназовцев и игроков. Сначала в ''прослойке'' было 400 бойцов и одни копья, потом их численность сократилась до 100, потом выросла до 200 и снова упала на полсотни, теперь же их было 250 (150 — копейщики, 100 — стрелки из арбалетов). Как видно из динамики потерь, служить в ''прослойке'' как играть со смертью в домино, однако верный кусок хлеба и стабильность перевешивали в глазах отчаявшихся людей возможность умереть в любой момент — из ''прослойки'' почти не уходили и она никогда не испытывала проблем с притоком добровольцев.
*
Айсмэн довольно равнодушно относился к своему детищу, воспринимая ''прослойку'' не как часть СВОЕГО войска, а скорее как инструмент, и без сожаления пожертвовал бы ей всей, если бы подперла нужда, но и он выругался, когда сразу два арбалетчика наловили стрел — хорошие, но совершенно простые доспехи не могли остановить эльфийскую стрелу, что сумела найти щель в общих щитах. По идее столь слабо защищенных бойцов стоило бы отвести в тыл, к лошадям и их собратьям копейщикам, однако безжалостный, но практичный Айсмэн не отдавал такого приказа — пускай их арбалеты делали один выстрел в минуту, пускай простыми болтами, пускай вчерашние крестьяне и ремесленники не очень хорошие стрелки, но каждый выстрел из мощного, почти что станкового агрегата напрягал щиты врагов, повышая шансы гораздо более искусных стрелков (заготовок, игроков), рассеивал внимание вражеских лучников, тем самым сохраняя жизнь своим. Что же касается потерь, то тут судьба, которую не могли избежать даже гораздо лучше защищенные спецназовцы и эльфы-стрелки, да и в конце-концов, если кто-то из бойцов''прослойки'' хотел долго жить, ему не следовало приходить в отряд Драконов.
Варвар подозвал отвечавшего за ''прослойку'' воина-игрока и узнал у него про состояние сотни: 92 на ногах, ведут обстрел позиций противника, 6 отправились на местные небеса, двух бойцов утащили к прочим раненым — на взгляд Айсмэна неплохо, для часового боя так и вовсе хорошо, лучше чем он опасался, увидев как одновременно завалили сразу двух бойцов.
Он еще немного потусовался на холме, убедился, что все идет как надо и опытным магам и стрелкам не нужен пригляд командирского ока, сиречь стояние над душой, сделал несколько выстрелов куда-то в сторону врагов и, покинув центральный холм, отправился на тот что справа. Очень быстрый, хоть и рисковый спуск под уклон и достаточно непростой подъем — ловкий, сильный, пробафленный варвар справился и через пару минут достиг нужной ему позиции. Тенью следовавший за ним Вуки (питомец) немного отстал от своего шустрого хозяина на спуске, зато моментально догнал его на подъеме.
Тут все также работало как часы — нормально: одни
Как уже было сказано ранее, Драконы вели по очкам, и немаловажной причиной их превосходства являлось разнообразие применяемых ими разновидностей метательного оружия: если их противники ледяные эльфы использовали луки и только луки, то с позиций Драконов прилетали не только стрелы, но и арбалетные болты, как снайперские выстрелы, так и ослабляющие щиты ''приветы'', прилетали гранаты с самой разной начинкой от ядовитого облака до способных пробить даже сталь осколков льда (не только Гуф умел ТАК использовать пращу). Что греха таить, именно гранаты, любые гранаты доставляли ледяным эльфам больше всего проблем. Когда-то на заре Серединного мира гранаты были сильно недооценены игроками и те в своем большинстве практически не пользовались этим оружием. Зачем!? Ведь есть такое притягательное, овеянное славой оружие как меч, есть лук, который почти не уступает славой мечу, есть огромный арсенал холодного оружия на любой самый притязательный вкус, ну и наконец, есть магия — Альфа и Омега любой фэнтезийной игры. Примерно так рассуждали игроки, и гранаты, разнообразнейшие гранаты, бесполезно пылились на полках лавок и магазинов. Как обычно и бывает, время все расставило по местам — дурацкое поветрие прошло, и теперь редкий игрок не имел в своем арсенале хотя бы парочки гранат. Кстати, тут Драконы с полным правом могли гордиться собой — они первые, или как минимум одни из первых, осознали преимущество гранат в сражении с теми, кто использует магические щиты, причем совершенно не важно какой школы.
— Как весело бывало с Василисой! — как молния сверкнула совершенно неожиданная мысль. Вокруг бой, на нем отряд, трещат щиты, свистят стрелы, летают гранаты, а он чуть не кончил в штаны! И от чего!? От простых воспоминаний! — Ах ты чертовка! Что ты делаешь со мной!? — варвар замотал головой, как-будто пропустил удар. Перед глазами словно прокручивали порнофильм с ним и Василисой в главной роли, не один порнофильм, а целую фильмотеку. Сладкие, дикие, правдивые, что скрывать от самого себя приятные, но абсолютно несвоевременные воспоминания. И не перечесть сколько раз они с Василисой украдкой, а то и нет, предавались любви прямо на поле битвы, и в это время не имели значения полученные раны, грязь, стоны добиваемых врагов, иногда насмешки и осуждение заставших их за этим делом игроков — все шло лесом! Он понимал, что это не нормально, но сам не мог пересилить себя и остановить этот безумный хоровод, хотя и пытался, сильно пытался, но не мог. Ему повезло — Василиса сама, по собственной инициативе решила закончить их связь и остаться только друзьями (друзьями, но с привилегиями). С тех пор прошло много времени и много женщин, возможно слишком много — клятая Дочка разбудила в нем зверский ''аппетит'', даже в его отряде он спал сразу с двумя игруньями, магичкой и воительницей — необременительный секс ради удовольствия без обязательств. Но все равно он время от времени скучал по своей первой, САМОЙ первой подружке, безумной как сотня сумасшедших шляпников, красивой как воплощение тысяч прекраснейших красавиц и опасной как сама смерть Василисе.
Айсмэн едва не застонал сквозь стиснутые зубы — как всегда от таких мыслей-воспоминаний у него потяжелело в штанах и еще ему хотелось… в общем хотелось и сильно. Похабно-сложная ситуация: подружек нет под рукой, да и при всех своих достоинствах подружкам-игруньям далеко до Василисы, и не одна из них ни разу не поймет, если он в разгар боя потащит их в кусты. Впрочем не поймут и другие игроки, не поймут заготовки, даже враги и те не поймут. Да что там враги — он сам себя не поймет, вернее не простит, если в разгар боя поддастся животным желаниям. К счастью он знал как преодолеть такое состояние и не просто преодолеть, а использовать его во благо: варвар начал стрелять, вкладывая в каждый выстрел частичку себя, всю свою ярость, огромную силу и все свое неудовлетворенное желание. Прикончил начатый колчан, точно так же второй и третий и лишь на четвертом его начало отпускать: образ Василисы поблек, а из тела ушло неправильное, ненужное и вредное во время боя напряжение.