От А до А

Ланская Алина

– Именно так! – подтвердил Бессмертный.

– Спасибо, конечно, но мы сами с ней разберемся. – Он в упор посмотрел на Бессмертного. – Лада мне как жена, и жить будет у меня. Но если вдруг…

– Ясно, – перебил Олег. Похоже, он понял, что лезть бесполезно, и, сменив тему, стал засыпать собеседника вопросами о младшей сестре Андрея – Екатерине.

Мамаев лениво отвечал. Во-первых, у него нещадно чесалась освобожденная от гипса рука, а во-вторых, в голове зрело главное обоснование, почему нужно не только вывозить Ладу из больницы, а непременно к

нему. Но говорить это вслух он не собирался.

В Ладе Кулаковой Андрей нашел свой идеал настоящей женщины и меньше всего на свете хотел ее потерять. И когда он отвезет ее домой, Андрияш Разумовский перестанет, наконец, мозолить глаза Ладе. Мамаев давно уже был на пределе, но воспитание, нежелание ссориться со своим партнером Бессмертным из-за поляка все не позволяли открыто проявить агрессию. Что ж, скоро, очень скоро Разумовский будет отрезан от Лады. В свою квартиру Мамаев его никогда не пустит.

Глава 9

– Лада Сергеевна, я только на минутку. Ну мы же переживаем всем отделом. Очень-очень переживаем.

Лада пыталась вспомнить эту бойкую, но в то же время напуганную девушку в деловом сером костюме и белой блузке. «Анна? Алла? Точно, Аня Алексеева, работает со мной. Моя подчиненная…»

Лада повернула голову к стене. Видеть Аню ей не хотелось, еще меньше хотелось, чтобы эта Аня видела ее в таком состоянии.

Беспомощность. Лада смирилась с аварией, с тем, что впереди много месяцев борьбы за саму себя, но не смогла смириться с тем, что сейчас полностью зависела от чужих незнакомых людей. От элементарной, но совершенно интимной гигиены до принятия решений, как жить. Много лет назад Лада забрала в свои руки власть над собственной жизнью и совершенно точно не собиралась отдавать ее сейчас. Пусть она пока не может даже встать с ненавистной кровати. Больше всего она хотела спрыгнуть с нее и бежать. Бежать вперед. Но вместо этого покорно принимала лекарства, назначения которых не до конца понимала.

С памятью по-прежнему были проблемы. Иногда не осознавала, где находится, казалось, что она вот-вот проснется в своей маленькой, но уютной квартире, купленной в ипотеку.

«Это временные трудности, – твердила себе Лада. – Не смей себя жалеть! И другим не позволяй».

И она не жалела.

– За меня не переживайте, – медленно произнесла Кулакова, повернувшись к Ане. – У вас новогодняя встреча с журналистами в четверг. Не провалите!

У той от удивления вытянулось лицо. Конечно, Ане не могло прийти в голову, что Лада едва ее вспомнила, а про встречу узнала только вчера, когда ее проведать заходила Василиса, девушка Бессмертного, которая работает в местной газете.

– Конечно! Конечно, Лада Сергеевна! – Аня вскочила со стула и вытянулась в струнку. – Все сделаем!

Лада не помнила, какой она была начальницей, но, видимо, жесткой, раз Аня, зашедшая в палату три минуты назад, спешно начала собираться обратно.

– Я только не знаю, куда цветы поставить. – Девушка кивнула на свой скромный

букет. – У вас тут целый розарий.

– Просто оставь на тумбочке, – коротко попросила Лада, решив не объяснять, от кого у нее здесь столько цветов. – Спасибо.

Корзины и правда были шикарные. И все с английскими винтажными розами сорта Sweet Juliet. На работе знали, какие цветы она любит, вот и дарили из года в год на день рождения эти романтичные с нежным абрикосовым оттенком розы. Вот и Аня принесла точно такой же букет. Несколько красивых букетов от сотрудников и партнеров. Три больших корзины от Андрея, Бессмертного и от Марка. Ее любимого великана с самым добрым на свете сердцем. Вот кого Лада очень хотела видеть, но он сейчас в Штатах. Прилетал всего на сутки, а она тогда была без сознания.

Лада набрала в грудь воздуха и попыталась чуть-чуть приподняться. Резкая боль прострелила мышцу, и девушка бессильно опустилась на кровать. Ей нельзя еще двигаться, кости будут срастаться не меньше месяца. И только потом, а не сразу после Нового года, как обещал Андрей, начнется реабилитация. Но сейчас Лада думала не о ней, она хотела увидеть васильки. Ярко-синий букет полевых цветов был чужеродным контрастным пятном в этом нежном облаке, но для Лады они сейчас олицетворяли настоящую жизнь. Такую же насыщенную, яркую и чистую.

Этот небольшой букет появился вчера, она спала и не знала, от кого эти обычные полевые цветы, да еще и в декабре. Но в этот раз память сжалилась над ней и услужливо повела ее в прошлое, туда, где она была просто Ладой.

…Васильки? Лада удивленно крутила в руках ярко-синие цветы, которые ей велели доставить в ресторан на первом этаже делового центра. Странно как-то, но дальше размышлять некогда было: в компании, где она вот уже две недели работала курьером, не держали растяп и лентяев, здесь считали каждую минуту.

Чуть запыхавшись от быстрого бега, она поздоровалась с администратором и уже хотела отдать ему букет, как увидела… Пижон Разумовский! Да что ж он ее в покое никак не оставит! Довольно улыбаясь, Андрияш шел прямо на Ладу, и ей пришлось призвать все свое мужество, чтобы не дать деру. Их вторая встреча оказалась еще более эпичной, чем знакомство, и сейчас пижон точно попытается отыграться.

– А тебе идет синий цвет, я не ошибся, – лениво протянул и нагло уткнулся носом в нежные цветы.

– Варежку закрой! – прошипела Лада, испуганно озираясь по сторонам. В этом новом для нее мире больших денег она чувствовала себя крайне неуверенно. – Мне нужно букет передать.

– Ну так уже! Считай, выполнила задание. – Разумовский наслаждался ее растерянностью. – Это тебе букет, Лада. Чтобы помнила, мелкая зараза.

– Чего помнила? – переспросила Лада. Она не могла поверить, что это ей. Цветы. Ей!

– Меня, разумеется! Я вечером улетаю домой. Вот зашел попрощаться.

Лада ошарашенно посмотрела в ярко-синие глаза Андрияша и увидела в них… те самые васильки, которые сейчас держала в руках.