Островитяне
Шрифт:
— Ты чего? — с легкой обидой спросил Мейсон.
— Прости. Видимо, привычка.
Мейсон бросил на меня удивленный взгляд, поставил на стол виноград, морковные палочки, пакет шоколадного молока. Передал нам тарелки и чашки.
В животе у меня так громко заурчало, что Лоуви повернула ко мне голову и подняла брови.
— Кое-кто проголодался, — усмехнулась она.
«Знала бы она», — подумал я. И навалил себе на тарелку всего подряд. Закрыл глаза, откусил от бутерброда. Вкусно так, будто я попал
— Джейк, ты будто ешь в последний раз в жизни! — заметила Лоуви.
Я налил себе полный стакан шоколадного молока и пожал плечами.
Я сделал себе второй бутерброд, а потом мы с Лоуви забрали свои тарелки и вслед за Мейсоном пошли в общую комнату. Она была огромной, как и все в этом доме. Сюда бы поместились три моих лофта. Впрочем, я бы не променял свой лофт ни на одну комнату на свете.
Я плюхнулся на бин-бэг, Мейсон сунул мне в руки игровой контроллер. Повернулся к Лоуви.
— Ты будешь играть?
Лоуви покачала головой и ушла с тарелкой на диван.
Мейсон сел на второй бин-бэг, включил телевизор.
— А где твоя мама? — удивилась Лоуви.
— Мама много лежит в постели, — объяснил Мейсон, запуская игру. — У нее уже два раза случился выкидыш, так что ей приходится беречься. Мы поэтому и перебрались сюда на лето. Тут тихо. Папа приезжает на выходные. Он нанял помощницу — она убирает, ходит за продуктами, готовит. — Мейсон нахмурился. — Папа велел мне следить за мамой. Я должен ей помогать.
— Это я понимаю. Мне велели заботиться о Хани, — сказал я и откусил кусок от своего огромного бутерброда.
— А кроме того, — продолжал Мейсон с набитым ртом, — поскольку ребеночек родится уже совсем скоро, папа хочет найти еще и медсестру. На всякий случай.
— Моя тетя Сисси — медсестра, — заметила Лоуви, закидывая в рот виноградину. — Правда, бывшая. Теперь она на пенсии. Но раньше, в больнице, она принимала роды. Может, она и согласится помочь. Хорошо, если медсестра будет прямо на острове. Мало ли что.
— Вот здорово. Обязательно скажу маме.
Лоуви спрыгнула с дивана и крикнула через плечо:
— Запишу ее телефон для твоей мамы.
Потом мы с Мейсоном целый час играли в видеоигры. Предложили Лоуви сыграть тоже, но она сказала, что этим не занимается. Вместо этого она ходила взад-вперед по комнате, прямо как зверь по клетке. Часто поглядывала на книжные полки и все время тяжело вздыхала.
Кончилось тем, что она хлопнула книгой по столу.
— Так, народ, вы долго тут собираетесь валять дурака?
Мы с Мейсоном недоуменно переглянулись.
— Мы не дурака валяем, — сказал Мейсон, сжимая в руках контроллер.
— Упс! Прохлопал, Мейсон! У меня еще одно очко. — Я-то не отводил глаз от экрана.
— Я сейчас умру от скуки! — пожаловалась Лоуви.
— Мы же тебе предлагали
Лоуви решительно встала перед экраном.
— Эй, ты нам мешаешь! — завопили мы оба.
— Все самое интересное вон там. — Она указала на окно. — На острове. А не в душной комнате.
— Ты чего, правда так думаешь? — Мейсон встал, пытаясь все-таки разглядеть экран. — Ты такая странная бываешь. А теперь отойди, ладно?
Лоуви закатила глаза, плюхнулась на диван и принялась что-то смотреть в телефоне. При этом ее последние слова так и звенели у меня в голове, и мне было как-то неловко. Мне ведь положено быть на улице, «наблюдать», как это называет Хани. Но я так соскучился по отдыху, по видеоиграм!
— Я пойду домой, к тете Сисси, — объявила Лоуви.
— Ну давай, — ответил Мейсон.
Я бросил на него недовольный взгляд.
— Погоди, — сказал я Лоуви. — Еще десять минут — и мы все пойдем на улицу.
— Пятнадцать, — поправил меня Мейсон.
Лицо у Лоуви просветлело.
— Ладно, десять минут.
Но прошла всего минута, и у входной двери зазвонил звонок.
Мейсон пошел открывать, а я потянулся к пакету с чипсами. Начал засовывать их в рот — и тут вдруг замер.
В комнату вошла Хани, в руке у нее была большая коробка с тортом, перевязанная красной лентой. Она остановилась — глаза как два блюдца — и уставилась на меня.
Глава 10. Длинный ужин
У меня есть ты, у тебя — я
Хани застыла, как статуя, взгляд ее перемещался между видеоигрой на экране телевизора, столом, уставленным едой, и моим лицом.
— Джейк, — произнесла она потрясенным голосом, — ты чего делаешь в помещении, да еще и за компьютерной игрой? Я думала, ты на улице, заполняешь журнал. Уже сколько часов тебя не видела.
Я сглотнул. Чипсы, точно песок, царапали горло.
Тут в комнату медленно с широкой улыбкой на лице вплыла мама Мейсона, протянула Хани руку. На ней был длинный халат, колыхавшийся на большом животе.
— Здравствуйте! Рада вас видеть. Я Тесса Симмонс.
Хани взяла себя в руки и улыбнулась в ответ. Рядом с миссис Симмонс в ее ярком цветастом халате бабушка выглядела старой и тусклой: серые брюки, футболка «Черепашьего отряда».
— А я Хелен Портер. Практически ваша соседка. Из «Птичьего Гнезда». Вот, припозднилась, но принесла вам черничный торт. Добро пожаловать на остров Дьюис.