Остров
Шрифт:
Он принялся быстро нажимать на клавиши, и экран разделился на две части — в одной остался шифр, в другой появился текст, в который Хэтч сразу впился взглядом.
«2 июня, 1696 год от Рождества Христова. Пират Окхем захватил наш флот, ограбил корабли и убил всех. Наш военный корабль с позором сдался, даже не попытавшись оказать сопротивление, и капитан встретил свой конец жалобными воплями и стонами. Пираты пощадили только меня одного, заковали в цепи и отвели прямо в каюту Окхема, где мерзавец приставил саблю к моему сердцу и заявил: "Пусть Бог сам строит свои проклятые церкви, у меня для тебя есть новый заказ". А затем он
— Поразительно, — выдохнул Хэтч, дочитав экранную страницу до конца. — А можно дальше?
— Я распечатаю для вас копию, — сказал Уопнер и нажал на очередную кнопку.
Тут же где-то в темноте загудел принтер.
— В основном, — проговорил Сент-Джон, — в расшифрованной части дневника рассказывается о том, как Макаллана взяли в плен, как под страхом смерти он согласился построить Водяную Бездну и как они нашли подходящий остров. К сожалению, Макаллан сменил шифр, когда начались работы. Мы считаем, что дальше рассказывается о том, как Водяная Бездна была сконструирована, а потом построена. И разумеется, раскрывается безопасный путь к сокровищам.
— Нейдельман сказал, что в дневнике упоминается меч святого Михаила.
— Ясное дело, — ответил Уопнер, и на экране появился новый отрывок.
«Окхем разгрузил три из своих кораблей в надежде захватить серьезную добычу вдоль побережья. Сегодня на берег спустили длинный свинцовый саркофаг, украшенный золотом, а также несколько ларцов с драгоценностями. Корсары сказали, что в саркофаге спрятан меч святого Михаила, бесценное сокровище, которое капитан обнаружил на испанском галеоне. Окхем очень высоко его ценит и самым бессовестным образом хвастается, что это самое великое сокровище Индий. Капитан запретил открывать саркофаг, и его охраняют днем и ночью. Люди его относятся друг к другу со страшной подозрительностью, и между ними постоянно возникают стычки. Если бы не жесткая дисциплина, которую поддерживает капитан, боюсь, они бы довольно скоро перебили друг друга».
— А вот как выглядит второй шифр.
Уопнер нажал на несколько кнопок, и на экране появилась новая запись:
34834590234582394438923492340923409856902346789
02349056234908393429086399812349012849123400494
90341208950986890734760578356849632409873507839
04570923404589539045623482602569834587576708764
50734059340389090890805645045560345689034598734
68907234589073908759087250872345903569659087302
— Старина архитектор поумнел, — заметил Уопнер. — Больше никаких пробелов, так что мы не можем определить размеры слов. И только цифры, ни одного знака. Ну, каков ублюдок?
Сент-Джон поморщился.
— Керри, а такие словечки употреблять обязательно?
— Обязательно, старина, еще как обязательно.
Сент-Джон смущенно посмотрел на Хэтча.
— До сих пор, — продолжал Уопнер, — эта куколка не поддавалась всем миленьким табличкам Криса. Поэтому я взял дело в свои руки и прибег к методу грубой силы. Программа работает и сейчас, пока мы разговариваем.
— Метод грубой силы? — переспросил Хэтч.
— Ну, попросту, метод прямого подбора. Алгоритм, который проходит по зашифрованному тексту, проверяя все модели с точки зрения теории вероятности. Дело времени.
— Потери времени, — заявил Сент-Джон. — Я разрабатываю новые таблицы шифров, используя
— Будьте любезны, заткните пасть, — перебил его Уопнер. — Посмотрите правде в глаза, старина, никакие исторические книги не помогут взломать этот шифр. Он для нас. — Он погладил ближайший компьютер. — Мы же сломаем куколку, правда, большая мамочка?
Он развернулся на своем кресле, открыл медицинский холодильник, какие обычно используются для хранения образцов тканей, и достал из него мороженое в вафлях.
— Кто-нибудь хочет? — спросил он и помахал рукой в воздухе.
— Я скорее соглашусь на тандури [17] из придорожной забегаловки на «Эм-один», — с отвращением на лице ответил Сент-Джон.
17
Индийский стиль в кулинарии.
— Кто бы говорил, — с набитым ртом заявил Уопнер. — Вы, британцы, кладете мясо в пироги, какой ужас! — Он наставил на Сент-Джона свое мороженое, словно оно вдруг превратилось в оружие. — Вы видите перед собой идеальную еду. Жиры, протеины, сахар и углеводы. Я сказал про жиры? На этом можно жить вечно.
— Что он, похоже, и собирается делать, — заметил Сент-Джон, повернувшись к Хэтчу. — Вы бы видели, сколько коробок хранится на корабельном камбузе.
— А вы думали, мне удастся заполучить в этом жутком городке столько, сколько потребуется? Вряд ли. Следы от задницы на моих трусах и то длиннее, чем здешняя главная улица.
— Может, вам стоит показаться проктологу, — предложил Хэтч, и Сент-Джон разразился благодарным смехом, радуясь тому, что обрел союзника.
— Угощайтесь, док.
Уопнер встал и повертел задницей, делая вид, что собирается снять штаны.
— Я бы рискнул, только у меня слабый желудок, — ответил Хэтч. — Итак, вам не нравится тихий сельский штат Мэн?
— Керри даже не захотел снять комнату в городе, — ответил за него Сент-Джон. — Предпочитает спать на корабле.
— Уж можете мне поверить, — вмешался Уопнер, — всякие там корабли я люблю не больше, чем дурацкие городишки. Но здесь есть все, что мне нужно. Например, электричество. Водопровод. И кондиционер. — Он наклонился вперед, и его хилая бородка качнулась, словно стремилась принять устойчивое положение. — Кондиционер мне необходим.
Про себя Хэтч подумал, что Уопнеру с его бруклинским выговором, цветастой рубашкой и шортами не стоит появляться в Стормхейвене, где на него станут показывать пальцами, как на чучело двухголового теленка, которого каждый год привозят на ярмарку. Он решил, что пришла пора сменить тему разговора.
— Мой вопрос может показаться вам глупым, но что такое меч святого Михаила?
Ответом ему было смущенное молчание.
— Ну, скажем так, — отозвался наконец Сент-Джон не слишком охотно. — Я всегда считал, что у него украшенная драгоценностями рукоять, разумеется, а еще много серебра и позолоты, возможно, клинок с несколькими желобами. Что-то вроде этого.