Остров
Шрифт:
– Как всегда в своем репертуаре, – послышался шепот где-то в углу. Девушки захихикали, а мужчины, смущенные своей беззащитностью перед прошедшей грозой, заерзали на стульях.
За соседним столом от Александра сидел его компаньон по несчастью, приятель Марк. Примерно одного возраста, они устроились на эту работу с разницей в один день. Но когда Александр впервые зашел в кабинет, Марк уже успел со всеми познакомиться и выглядел заправским служащим, а потому до сих пор считал себя наставником новичка.
– Александр, что думаешь по этому поводу? – спросил Марк, не отвлекаясь от отчетов.
– Ты
– Про толстого козла… Бе-бе-бе – и Марк тихонько заблеял, оттопырив пальцы над головой на манер рогов.
– «Вот идиот», – подумал Александр, а вслух ответил: – Ничего нового я не услышал. Опять пахать до самого вечера. Зато, дружище, в пятницу можно напиться до потери памяти. И это будет справедливо!
– Попал прямо в точку! Куда пойдем? Опять в «Креветку»?
– Не представляю другого места, где можно так сильно напиваться, но все же выглядеть человеком среди остальных посетителей, – Александр заговорщицки подмигнул, и оба, довольные затеей, принялись делать свою обычную работу – анализировать.
Так проходил каждый рабочий день Александра. И даже больше – так проходил каждый рабочий день любого сотрудника этой компании. Возможно, если кто-то не знает, но так, и, видимо, это кара господня со времен Вавилонской башни, проходит рабочий день в любой конторе мира. С утра, как угорелые, не выспавшиеся, клерки мчались в офис, боясь опоздать на минуту. В метро, автобусе или своем автомобиле они нюхали чужой пот, обливались собственным, или стояли в пробках. И вот, добравшись до заветного рабочего места, включали компьютеры и плюхались в продавленные пластиковые кресла. Кто-то тяжело дышал, другой бежал за третьей с утра порцией кофе, а большинство курили в маленькой комнатенке и еще добрых полчаса обдавали коллег ароматом дешевых сигарет.
Все это может звучать очень грустно, местами пошло или скабрезно, но простите – такова современная жизнь. Куда бы мы ни направились, в любой город, в другую страну, или свернули за угол, жизнь тысяч клерков, менеджеров, специалистов похожа, как два пальца на одной руке. Одни осознанно выбирают этот путь, других судьба приводит к подобной работе, кто-то верит, может быть, и не зря, в отличное начало. Но много и тех, для кого «начало» так и остается началом и медленно, едва заметно, тянется-тянется, превращаясь в конец. Это неплохо, ведь кто-то должен делать такую работу!?
– Ведь кто-то должен делать такую работу? – спросил Марк, пережевывая тефтелю в офисной столовой.
– «Но почему ее должен делать я?» – подумал Александр, сидевший напротив.
– Я думаю, нужно подождать. Вот увидишь, через два-три года, ну ладно, пусть через пять, но наша работенка выстрелит! – не умолкал Марк, налегая на салат из заветренных овощей.
– «Через пять лет…» – от страшной мысли Александр замер с вилкой у рта, и ломтик огурца, сделав веселое овощное сальто, упал обратно в тарелку.
– С тобой все нормально, друг? – Марк с опаской поглядел на соседа. В его лице было что-то неуловимое для него, будто непроглядная восковая маска с неподвижными глазами, Марк никогда не мог ее разгадать.
– Я в порядке, – ответил Александр, – что-то совсем не хочется есть, –
– Ты не против, если я съем твои тефтели?
– Что?
– Тефтели! Можно я их съем? – повторил Марк, уже вонзивший вилку в поджаренный мясной шарик.
– Налегай, обжора!
Когда стукнуло восемнадцать часов, рабочий день официально завершился. Но дел в аналитическом отделе было невпроворот, и белые воротнички послушно сидели до воловины восьмого. Солнце склонилось к горизонту, покрывая стены домов, крыши, зеленые кроны деревьев в парках, лавочки, голубей на площади и улыбки стариков, играющих в шахматы, теплым красноватым светом с оранжевым и бордовым отливом. Небо же испещрили синие и фиолетовые полосы, и облака, словно перья огромной птицы, выстроились в ряд в направлении светила. Но самое удивительное и загадочное зрелище – едва заметный молодой месяц, показавшийся в том самом месте, где еще днем палило солнце. Он был без своих вечных спутников, звезд; белый и одинокий, месяц терпеливо ждал своего часа и провожал заходящий огненный круг.
В кабинете зашуршали бумаги, папки, кейсы и выдвижные архивы. Менеджеры собирались домой. Некоторые, напротив, уютно устроились за мониторами и быстро клацали по клавиатуре – виртуальный роман и казуальные игры в вечернее время, что может быть лучше!
– Смотри, вот чокнутый! Я бы никогда так не прыгнул, – завопил один из сотрудников, ткнув пальцем в экран, а потом зажмурился и закрыл руками глаза. Все ринулись смотреть на ужас: как какой-то малый прыгнул со столба на столб, но оступился и упал промежностью на железный выступ. Девушки дружно завизжали, а мужчины понимающе закивали головой и переглянулись. Будто сегодня, когда шеф вопил как резаный, они не были похожи на бедолагу с монитора…
– Всем пока! – прозвучал голос за дверью.
– До завтра! – и следующий голос растаял в тишине коридора.
Александр прибрался на столе и в числе последних вышел из офиса. Марк его опередил. Даже не попрощавшись, он умчался в центр, на свидание с прекрасной незнакомкой, чьи фотографии так тронули его сердце. Обычно после подобных встреч он был раздраженным и только Александру, своему «лучшему другу» рассказывал причину: «Фотошоп – великое изобретение! Но почему я должен каждый раз становиться его жертвой?»
Стоянка перед бизнес-центром была почти пуста. На своих местах стояли несколько автомобилей самых преданных трудоголиков, и, конечно, автомобиль главного шефа – исполнительного директора, была среди них. Своим собственным примером он показывал, что работает не только наравне со всеми, но и больше других. Хотя часто просто пользовался служебным авто.
Драндулет Александра, а он именно так называл семилетний Форд, стоял у самого края, перед выездом с парковки. Это было его негласное место, и оно почти всегда оставалось пустым, когда он с утра приезжал на работу. Люди очень странные, они никогда не ставят машину у самого въезда, на свободное место, даже если знают, что будут десять минут кружить по парковке в поисках лучшего. А потом, вечером, те же десять минут будут ждать своей очереди, чтобы выехать на дорогу. Так есть ли в этом смысл?..