Остров
Шрифт:
– Вы откуда, ребята? – спросил один из них. Он посмотрел на Hay, на Хиссонера, на Мейнарда. Не получив ответа, он продолжил:
– Ну и перепугали же вы нас. Это точно.
Они не понимают, подумал Мейнард. От этого места разит смертью; вокруг валяются мертвецы, а они все еще не понимают.
Hay обратился к пятерке:
– Кто из вас главный?
– Я, – вышел вперед молодой человек.
– Какой у вас груз?
Молодой человек обвел рукой коробки, сложенные на корме.
–
– Это провизия, а не груз.
– Провизия? – Осмелев от уверенности, что в конце концов их отпустят, он позволил себе некоторую развязность. Он улыбнулся своим. – Вы что, перегрелись?
– Ваш груз.
– Вы смотрите на него, шеф.
Hay слегка кивнул Баско, тот схватил молодого человека за руку, хлопнул ею о планширь и, взмахнув тесаком, снес ему мизинец.
Молодой человек отдернул руку и взглянул на нее.
– Эй, приятель... – Рука была такой же, как раньше, если не считать того, что вместо пяти пальцев теперь было четыре, а на месте пятого, торчал теперь огрызок кости. – Ах, черт...
Мейнард видел, как побледнело его лицо, видел, как он покачнулся, как будто бы последняя рюмка, наконец, на него подействовала.
– Я же истеку кровью до смерти!
– Ты окажешься дома еще до того, как это произойдет. Не испытывай мое терпение, или же дорога твоя будет вымощена горестями, – Hay снова кивнул Баско.
На этот раз Баско потянулся к девушке, но она отшатнулась от него и крикнула: “Нет!”
– Ваш груз, леди.
– Он там! – Она указала на трюм. – Под кучей всякой дряни.
– И он представляет собой...
– Кокаин, гашиш...
Hay не понял ее. Он взглянул на Хиссонера и на Баско, но они тоже не знали, о чем идет речь.
– Наркотики, – вмешался Мейнард, качая головой.
– Медикаменты, писака?
– Нет, наркотики. Знаете... э-э, наркотики. – Порывшись в памяти, Мейнард вспомнил слово, использованное в Законе. – Фармацевтика.
– Мы посмотрим. – Hay послал вниз двоих. Хиссонер сказал:
– Кошелек этого “доктора”...
– Ах да, – Hay обратился к женщине: – Скажи мне, леди, где кошелек вашего судна?
– Что?
– Наличность, – сказал Мейнард.
– Я не знаю. – Она толкнула раненого, который все еще не мог отвести глаз от своей кровоточащей руки. – Динго, где наша наличность?
– А? – Он, казалось, был недоволен, что его оторвали от созерцания обрубка. – Тебе нужно пару долларов?
– Он требует деньги, черт побери, приятель! – Она потрясла его за плечо. – Где они?
– У меня есть несколько долларов, – равнодушно ответил он. – У меня в койке.
– Мы еще не скидывали товар, – извинилась женщина перед Мейнардом.
Мейнард чувствовал себя неловко. Женщина использовала его как переводчика.
– Груз они должны были продать, – сказал он Hay. – А пока у них мало денег.
Это Hay понял. Он кивнул Хиссонеру. Хиссонер сделал вдох, готовясь ораторствовать, но женщина его перебила.
– А может, заключим сделку? Товар стоит столько, что обосратъся можно.
Hay сообщил Мейнарду:
– Эта женщина пользуется неприличным языком.
– Она хочет с вами договориться. – Мейнард не видел вреда в том, что говорит от ее имени. Он чувствовал, что она, единственная из уцелевших, начала понимать, что смерть неотвратима, и рад был хоть так выказать свое сочувствие, тем более, что это ему ничего не стоило. – Их свобода в обмен на их груз.
– Да уж! – Hay рассмеялся. – Выгодный обмен. У меня в руках их корабль, их груз и их персоны. Что они могут предложить мне такого, чего у меня нет?
Никто ему не ответил. Молчание нарушил Юстин:
– Кончайте с этим! Hay улыбнулся.
– Да, Тюэ-Барб. Разговоры только сотрясают воздух. – Он сделал знак Хиссонеру.
Хиссонер заговорил, почтительно вознося взор в небеса, взмахивая руками и адресуясь, очевидно, к оставшимся в живых. Это было нечто вроде оправдательного молебствия – устаревшее обращение, которое, Мейнард в этом не сомневался, Хиссонер только слегка менял от случая к случаю.
– Преступления, вами совершенные, известны как нам, так и Всевышнему, но это все же преступления, так что они влекут за собой возмездие, и тем, кто совершает их – участь в озере, горящем огнем и серою, это – смерть вторая. Откровения, 21:8, также Глава 22:15, – все это Хиссонер произнес на одном дыхании, а когда перевел дух, то взглянул на пятерых уцелевших, ожидая увидеть признаки раскаяния, или хотя бы страха. Но они были просто ошарашены, и больше ничего.
Когда он продолжил, первые пластиковые мешки с кокаином появились на палубе.
– Ужасные слова, особенно, принимая во внимание ваше положение и вашу вину, – они должны, несомненно, приводить вас в дрожь; ибо кто способен пребывать в озере огненном? Глава 20:14. Так как свидетельство совести вашей должно убедить вас в грехах великих и многих, кои вы совершили, коими вы обидели Всевышнего превеликим образом, и весьма справедливо вызвали отвращение Его и возмущение вами, я думаю, мне нет необходимости сообщать вам, что единственный путь получить от Него всепрощение и отпущение грехов ваших – это путь искреннего покаяния и веры во Христа, и что на спасение надеяться вы можете только через Его достойную смерть и страдания.