Остров
Шрифт:
– Уэзли это или кто-то иной, но на острове наверняка существует тайник. Я хочу сказать, что веревка не появилась из воздуха, правильно? И завтра нам надо попытаться отыскать место, где все это добро хранится.
– Что нам действительно надо будет сделать завтра, – воскликнула Конни, – так это сесть в моторную лодку и уносить отсюда задницы, пока нас всех не убили. Разве можно представить себе что-нибудь разумнее? Просто уехать, а? Кем бы ни был этот парень, надеюсь, я не увижу его в нашей моторке. Мы просто переплывем на другой остров, где не будет безумца, стремящегося лишить нас жизни. А острова эти можно
– Они дальше, чем кажется, – заметил Эндрю.
– Ну и что?
– У нас не хватит бензина даже приблизиться к ним. И что? Будем тогда болтаться в открытом море без воды и еды?..
– Но и никто не будет пытаться убить нас, – возразила Конни.
– Все же, поверь мне, здесь нам будет лучше. У нас есть все, что необходимо для поддержания жизни. Если уж на то пошло, здесь можно провести хоть несколько лет относительно комфортабельно.
– Семья швейцарских Робинзонов, – не смог удержаться я.
– Не приведи Бог! – воскликнула Билли.
– Не волнуйся, Уэзли всех нас убьет, – утешила ее Конни.
– Это не Уэзли! – громко запротестовала Тельма.
– А кто бы ни был!
– Прекратите! – рявкнул Эндрю.
Мне и самому скоро придется остановиться, поэтому надо поторапливаться – уже почти не различаю строк, так стемнело.
Короче говоря, на военном совете пришли к заключению, что Кит был убит, и сделал это либо Уэзли, либо кто-то иной, и что убийца наверняка будет продолжать свою охоту. Пытаться уплыть отсюда на шлюпке завтра мы не станем, но воспользуемся этим вариантом в том случае, если ситуация драматически ухудшится. Завтра мы отправимся осматривать остров. На ночь мы выставляем удвоенную стражу: сначала будут дежурить Эндрю и Тельма, затем Кимберли и Билли, и, наконец, я и Конни. Предполагается, что никто никуда не будет ходить в одиночку.
После совета мы сообща насобирали по пляжу целую кучу дров. Еще набрали камней, чтобы использовать их в качестве оружия. Затем у меня появилась возможность уединиться в сторонке и сделать записи в дневник. На это ушло много времени, но я уже почти закончил. Впрочем, если не потороплюсь, придется сегодня дописывать последние строчки азбукой Брейля.
Пока я был занят дневником, Тельма сидела надувшись. Конни тоже опустилась на песок возле шлюпки, вперившись куда-то вдаль. Эндрю, Билли и Кимберли мастерили оружие. Теперь у нас свой небольшой арсенал: кроме кучи метательных снарядов в виде камней, есть еще и копья, дубинки и что-то наподобие томагавков. Так что, если доведется сразиться не на жизнь, а на смерть с Фредом, Уилмой и Барни, мы не осрамимся.
Однако это не совсем удачный повод для шуток, поэтому мысль о том, чтобы обзавестись оружием, мне по душе.
Но больше, конечно, хотелось бы заиметь винтовку “М-16”.
Впрочем, у жертв кораблекрушения нет большого выбора.
День третий
Что произошло со шлюпкой?
А случилось вот что.
Этой ночью – в чье дежурство это произошло, неизвестно, – умыкнули шлюпку.
Сделать это было несложно. Хотя мы и втащили ее выше линии прилива, ночные дежурные не могли ее видеть. Во-первых, в том месте, где мы разбили лагерь, берег идет под небольшой уклон. А во-вторых, свет костра шлюпки
К тому же никто особенно за ней и не следил. Мы беспокоились о себе, а не о лодке.
Так что злоумышленнику достаточно было подкрасться к шлюпке сбоку со стороны моря и стащить ее в воду. Затем похититель, вероятно, поплыл, буксируя нашу лодку за привязанную к носу веревку.
Наша с Конни вахта началась в четыре утра. Мы уселись с разных сторон костра лицом друг к другу. Поэтому никто не смог бы приблизиться к нашему лагерю так, чтобы хоть один из нас его не заметил.
Расположиться подобным образом предложила Конни. Мы не только были на некотором расстоянии друг от друга, но даже не могли беседовать, не повышая голоса. Так что большую часть времени просто молчали. И меня это вполне устраивало.
И хотя мы все время внимательно поглядывали по сторонам, никто из нас не заметил ничего подозрительного. А, может, к тому времени шлюпка уже исчезла.
Примерно через час после начала нашей смены, повинуясь зову природы, я поднялся и на минуточку отошел к скалам. Тогда я, должно быть, расположился не более, чем в двадцати футах от места, где должна была находиться шлюпка. Не припоминаю, чтобы я ее видел, но не могу также утверждать, что не видел. Вероятнее всего, ее там уже не было. Но поручиться за это я не могу.
Чуть попозже туда же ходила и Конни – и по той же самой причине. Я было поднялся, чтобы сопровождать ее, но она меня остановила:
– Мне не нужны зрители, но все равно спасибо. О себе я пока что могу позаботиться сама. – И она потрясла в воздухе копьем. – Сиди здесь и занимайся своими делами.
Так что пришлось просто встать спиной к костру и проводить ее взглядом. Выйдя из света костра, она превратилась в пятно с неясными очертаниями. Видно было только ее тенниску, и то только потому, что тенниска была белой. Казалось, она парит над пляжем. Затем она стала подниматься вверх. Это означало, что Конни начала взбираться на скалы. Когда она была уже на самом верху, тенниска вдруг нырнула вниз и исчезла из виду.
Тогда я подумал, что Конни получила бы по заслугам, если бы ее там в этот момент накрыли.
Но этого не произошло.
И вскоре Конни снова оказалась у костра.
– Очень мило, – поздравил я ее.
– Прости, понимаю, тебе так хотелось посмотреть.
– Догадайся, кого бы обвинили, если бы наш местный Крюггер воспользовался возможностью и расправился с тобой, пока ты там заседала? Твой предок и без того считает меня ни на что не способным. Ты представляешь, что он сделал бы со мной, если бы тебя убили?
– Ха-ха-ха. А я думаю, ты только этого и ждешь.
– Ты что думаешь, я хочу твоей смерти?
Она обиженно фыркнула:
– Что невелика для тебя потеря, так это точно. Тебя интересует только моя мама – и Кимберли. Я ведь не такая привлекательная, да?
– Ну, в общем...
– Вот видишь?
– Это еще не означает, что я жажду твоей смерти. Нет, я хочу совсем другого: чтобы случилось чудо и ты перестала быть такой стервой.
На что она с ухмылкой ответила:
– Какие мы остроумные. – И с важным видом проследовала на свою сторону костра. Опустившись на песок, она скрестила ноги и положила на колени копье. – Не смей на меня даже смотреть, – приказала она.