Остров
Шрифт:
На мгновение Хэтчу показалось, что глаза инженера торжествующе сверкнули, но тут же ее лицо вновь обратилось в маску.
— Иными словами, у вас нет разрешения капитана?
Удивление в его глазах послужило ответом.
— Новые правила, — продолжала Магнусен. — Единственный экземпляр распечатки дневника хранится в сейфе и выдается только по письменному разрешению капитана.
Хэтч не сразу сообразил, что ответить.
— Доктор Магнусен, — сказал он, стараясь, чтобы его голос звучал спокойно, — это правило на меня не распространяется.
— Капитан не упоминал об исключениях.
Хэтч молча подошел
— Малин! — послышался резкий голос Нейдельмана. — Я хотел к вам зайти, чтобы выяснить, как все прошло на материке.
— Капитан, я нахожусь на «Первом острове» с доктором Магнусен. Она говорит о новом правиле доступа к дневнику Макаллана.
— Это обычная формальность для обеспечения безопасности, — последовал ответ. — Чтобы знать, где находится текст дневника. Мы с вами говорили о необходимости этих мер. Не принимайте на свой счет.
— Боюсь, что именно так и произошло.
— Малин, даже я ставлю свою подпись, когда беру дневник. Это необходимо для того, чтобы защитить не только интересы «Талассы», но и ваши. А теперь, если вы передадите трубку Сандре, я объясню ей, что у вас есть разрешение на доступ к дневнику.
Хэтч молча протянул телефон Магнусен, которая так же молча, с застывшим лицом выслушала довольно длинный монолог капитана. Потом она повесила трубку и вытащила из ящика письменного стола небольшой лист желтой бумаги.
— Покажите это разрешение охраннику на складе, — сказала она. — Вам нужно будет поставить свое имя, дату и время.
Хэтч положил разрешение в карман, размышляя о том, почему Нейдельман выбрал именно Магнусен на должность стража дневника. Разве она не находилась в списке подозреваемых в саботаже?
Впрочем, в сером свете дня мысли о саботаже показались Хэтчу не слишком убедительными. Всем работающим на острове очень хорошо платили. Некоторые должны были получить миллионы. Неужели саботажник готов рискнуть надежным выигрышем ради весьма сомнительного? Чепуха какая-то.
Дверь распахнулась, и на пороге командного центра возникла высокая, сутулая фигура Сент-Джона.
— Доброе утро, — с коротким кивком сказал он.
Хэтч кивнул в ответ, удивленный переменами, которые произошли с историком после смерти Уопнера. Вместо пухлых белых щек и самодовольной улыбки Хэтч видел землистую кожу и мешки под покрасневшими глазами. Неизменный твидовый пиджак выглядел непривычно мятым.
Сент-Джон повернулся к Магнусен.
— Уже готово?
— Почти, — ответила она. — Мы ждем последних показаний. У вашего приятеля Уопнера в системе полная путаница, и мне пришлось потратить немало времени, чтобы во всем разобраться.
На лице Сент-Джона появилось неудовольствие, даже раздражение. Магнусен кивнула на экран.
— Я привожу данные в соответствие с последними спутниковыми снимками.
Взгляд Хэтча остановился на большом мониторе, в который смотрела Магнусен. Он был покрыт сложной сеткой перекрещивающихся линий разной длины и цвета. В нижней части экрана появилось сообщение:
Запрещенный внешний видеосигнал зафиксирован в 11:23 по ВПВ [64] на «Телстар» [65] 704
64
Восточное
65
Серия американских искусственных спутников Земли, используемых для телефонной связи и передачи телевизионного сигнала.
Ретранслятор 8Z (KU Band)
Частота пересылки данных 14,044 мегагерц
Получено и обработано…
Сложное переплетение линий на мониторе обновилось. Несколько мгновений Сент-Джон молча смотрел на экран.
— Я бы хотел немного поработать с этим, — наконец сказал он.
Магнусен кивнула.
— В одиночестве, если вы не против.
Магнусен встала.
— Трехкнопочная мышь управляет тремя осями. Или вы можете…
— Я знаю, как работает программа.
Магнусен молча вышла и закрыла за собой дверь. Сент-Джон вздохнул и уселся в освободившееся кресло. Хэтч повернулся, собираясь уйти.
— Я не имел в виду вас, — остановил его Сент-Джон. — Только Магнусен. Какая ужасная женщина. — Он покачал головой. — Вы уже это видели? Тут есть на что посмотреть.
— Нет, — ответил Хэтч. — А о чем вы говорите?
— Водяная Бездна и все, что имеет к ней отношение. Точнее, то, что уже нанесено.
Хэтч наклонился поближе и вдруг сообразил, что бессмысленное нагромождение линий являлось трехмерным изображением Бездны, со шкалой ее глубины, идущей вдоль края монитора. Сент-Джон нажал на клавишу, и весь комплекс пришел в движение, шахта Бездны, а вместе с ней боковые штреки и туннели принялись медленно поворачиваться на фоне призрачной черноты экрана.
— Боже мой, — выдохнул Хэтч. — Я и не представлял, что это так сложно.
— Мы дважды в день вводим в компьютер новые показания приборов. Моя работа состоит в том, чтобы искать в архитектуре Бездны исторические параллели. Если я сумею найти сходство с другими сооружениями того времени, а еще лучше с работами Макаллана, это поможет отыскать оставшиеся ловушки и уничтожить их. Однако пока у меня ничего не получается. Очень трудно отвлечься от нагромождения сложностей. Несмотря на то что я сказал Магнусен, у меня до сих пор нет ни малейшего представления о том, как работает эта штуковина. Но я предпочту болтаться на виселице, чем обратиться к этой женщине за помощью. — Он нажал на несколько клавиш. — Давайте посмотрим, удастся ли нам удалить все, кроме исходного сооружения.
Большинство линий исчезли — остались только красные.
Теперь изображение стало более понятным: Хэтч ясно видел центральную шахту, уходящую глубоко в землю. На уровне ста футов туннель вел в большое помещение: здесь погиб Уопнер. Глубже, рядом с дном Бездны, шесть туннелей меньшего размера разбегались в стороны, точно пальцы руки; а над ними большой туннель вел к поверхности. Еще один узкий туннель отходил от дна под углом, рядом виднелись еще какие-то углубления.
Сент-Джон указал на нижнюю часть изображения.