Шрифт:
Глава 1
По мнению одного древнего свихнувшегося архимага, Линаэль — невероятно везучая личинка эльфа.
И действительно, если задуматься, этому молодому эльфу постоянно везло. Вначале фортуна повернулась к нему лицом, когда он родился с магическими способностями, что в эльфийском обществе автоматом давало статус аристократа.
В возрасте трёхсот лет он закончил магическую академию и ещё семьсот лет в эльфийской глуши крутил хвосты единорогам. В смысле, он был ничем не выдающимся средним магом-природником.
Из-за неудачной первой любви он старался
Если подумать, то ему сильно подфартило с неудачной первой любовью, ведь если бы он не расстался с принцессой Большого Дома, то не дожил бы до тысячи лет: погиб бы от несчастного случая, например, случайно сорок раз упал бы на отравленный артефактный кинжал и отрубил себе голову. Именно так записал бы в заключении следователь.
Вторжение орков под покровительством сильных духов-божков, погубившее всю эльфийскую цивилизацию, назвать удачей нельзя, как и гибель на этой войне. Но и тут этот любимчик фортуны выкрутился. Божок, уничтоженный диверсионным отрядом, в котором состоял Линаэль, решил спасти своего слабого собрата, которого эльфы не заметили. Из последних сил старший божок вселил погибших эльфов в тела людей и использовал их души в качестве маяка для перехода младшего божка в параллельную вселенную. Ну и подгадил он первородным изрядно: наложил неснимаемое проклятье, которое лишило остроухих бессмертия и магических способностей.
Но главное, Линаэль стал одним из трёх счастливчиков, которые очнулись людьми. Выжил там, где другие погибли.
То, что он сильно сроднился с сознанием человека и стал определять себя не только как эльфа, но и как Карпова Дмитрия Васильевича — жителя Советского Союза Народных республик, — не так страшно, как окончательная гибель.
Не погиб он и в новом мире от рук фанатиков набирающего силу божка. Выкрутился из смертельных интриг бывшего командира своего отряда.
Ну и этого словно мало. Все эльфы с родины Линаэля в результате войны с орками обзавелись схожими проклятьями. За всю историю достоверно известно лишь о трёх первородных, сумевших вернуть себе бессмертие и магию. Линаэль стал четвёртым. Вот только произошло это через одно место.
Нынешнее тело Дмитрия некогда принадлежало древнему архимагу, который являлся ректором эльфийской магической академии. Ириэль настолько жаждал жить, что использовал любые способы для продления существования и ударился в вампиризм жизненных сил сородичей. В итоге он довёл своё тело до такого состояния, что ему уже ничего не поможет. Тут бессильны технологии и пасует магия. Жизнь теплится в Карпове исключительно из-за бессмертной частицы души, которая больше не была скована проклятием.
Будто поцелованный самой богиней удачи, он сумел выжить в противостоянии с древним архимагом, чьё могущество на порядок превосходило силы молодого эльфа.
И вот он, помотанный судьбой, стоял на зелёной лесной поляне в новом мире в фиолетовом скафандре из высокотехнологичной реальности. Со снятым шлемом он
Выглядел Карпов как столетний старик-человек с поправкой на угловатые черты лица, обвислые заострённые уши и большие миндалевидные блекло-серые глаза. А так посмотришь — древний дед. С такими же седыми волосами и с густо покрытой морщинами сухой кожей.
Среди эльфов невозможно было встретить стариков. Они не старели, а погибнуть могли лишь насильственной смертью. Но так продолжалось до пирровой победы над орками. Вся эльфийская раса мгновенно лишилась того, чем больше всего гордилась — бессмертия и магического дара.
Конечно же, эльфы не желали умирать. Они делали всё возможное для возвращения былого. И у магов получилось вернуть магию, но лишь себе, а не потомкам. При этом жить им хотелось привычно долго.
Линаэль хотел поскорее сменить тело на нормальное эльфийское, а для этого ему нужен был или донор физической оболочки, или, что более гуманно, просто донор генетического материала для выращивания клона.
По сведениям, полученным из мирового информационного поля (ноосферы), в этом мире должны обитать перворожденные. Именно поэтому он выбрал для посещения этот мир. Точнее сказать, таких вселенных было очень много, просто Карпов выбрал одну из них рандомно.
Насладившись свежим воздухом, он решил организовать лагерь и отдохнуть. Старческое тело после пережитого стресса сильно клонило в сон.
Карпов направил ладонь вперёд и без напряжения создал чары для выращивания дома-сада, но случился пшик. Мана развеялась, чары распались, и не то что деревья не выросли, ни единая травинка не шелохнулась.
— Не понял!
Дмитрий нахмурился. Определённо, такое поведение заклинания ему не пришлось по нраву.
Он попробовал сотворить другие чары, но снова с тем же эффектом.
Тогда он принялся экспериментировать с разными заклинаниями, мощностью чар, количеством подаваемой маны. Чем дальше, тем меньше ему нравились результаты.
Пока плетение заклятья находится под скафандром, оно ещё стабильно, но всё равно пытается развалиться, из-за чего приходится прикладывать чуть больше усилий для удержания чар. Стоит ему оказаться за пределами скафа — заклинание разваливается. Окружающее пространство подобно мощному пылесосу высасывает ману из чар и не только.
Скафандр тоже работал от маны, а не от электричества. Десять генераторов маны выдавали по резерву архимага в секунду. Это нереальная мощь. Линаэль, к примеру, при максимальном напряжении может кратковременно воспользоваться всего лишь одним накопителем, иначе имеет шансы повредить часть души, отвечающую за магические способности. Это как с мышцами: если поднять слишком тяжёлый вес, можно их повредить.
И эта мощь вытекала в окружающее пространство через орихалковые части скафа в районе глаз и подушек пальцев. Эти бреши были специально оставлены в адамантиевой броне для того, чтобы можно было использовать визоры со сканерами и магичить. В противном случае скафандр становился слепым, поскольку адамантий блокировал все сигналы и энергии.
Утечка была весьма существенной, учитывая, какая магическая мощь заключена в скафандре — двадцать процентов. И это всего лишь через маленькие бреши!