Остаться собой
Шрифт:
– Мон, у нас получилось!
– Да, да! Подъем, лежебока. Здесь не стоит надолго задерживаться. Идти сможешь?
– Наверное.
Сид встал, покачнулся, однако сразу восстановил равновесие.
– Где мы и как я сюда попал?
–
– Выдернуть тебя можно было и раньше, - улыбнулся ее брат, твердо стоящий на обеих ногах. – Но только граница между вторым и третьим уровнем снимает навешанные проклятья. При прошлом переходе тебя провели другим путем, чтобы оставить их нетронутыми. А сейчас ты чист. Если дойдем, сможешь жить так, как захочешь. И не благодари! Это мы обязаны тебе, а не наоборот. Тем более, что нам снова нужна помощь.
– Все дело в воспоминаниях. У нас с Моном они слишком печальные и тяжелые. Чтобы пройти требуются другие. Ты же столько раз умирал сам и вытаскивал с первого уровня погибших героев. Неужели не припомнишь несколько забавных или смешных случаев, связанных со смертью?
Жрец задумался и кивнул.
– Всякое бывало.
– Тогда вперед! Чем дольше мы здесь торчим, тем меньше шансы выбраться. Главное, ничего не бойся и не замолкай ни на минуту, - Лори встала слева от целителя, а моряк справа.
– Не дай дороге поглотить нас, - попытался улыбнуться Мон Джуэл, но его губы исказила лишь жалкая гримаса. – Это ведь не камни, а черепа тех, кто не дошел.
– Хорошо, что предупредил, - целитель подхватил призраков под руки, и они одновременно шагнули вперед.
– Так получилось, что праздник мне пришлось отмечать в компании лучников. Не поверишь, вот ни одного коллеги! А те лоси мало того, что пить горазды похлеще некоторых оборотней, так еще и все разговоры, какими стрелами лучше монстров бить, а с какими на себе подобных охотиться. В общем, к утру я уже мог вполне профессионально поддерживать беседу и о том, что у меня тройные перья над ушами благополучно забыл, всерьез полагая их одинарными, - жрец почти бежал, старательно не глядя под ноги.
Впереди уже маячила заветная цель – столб света, бивший вертикально вверх, но, как назло, на память приходило такое, что сапоги то и дело глубоко проваливались вглубь жаждущей новых жертв дороги. Ее недовольство обманутого хищника ощущалось почти физически, туманя разум и сбивая
– Заклинания рассеивания давно не справлялись с громадным количеством выпитого, так что в Сумеречный Храм я попал хорошо «навеселе». Обычно при большом наплыве монстров, начинаю с боевой помощи товарищам и лишь потом занимаюсь целительством. И вот создаю себе призрачный лук, спускаю тетиву, а стоящий за моим плечом ночной собутыльник в этот момент стреляет взрывающейся. Красивое зрелище! Этакий золотистый шар с гудением рассекает воздух. Тут я ненадолго отключаюсь, а когда сознание возвращается, первая мысль – в того здоровяка надо отравленной стрелой. В общем, оставшись без лечения, наш отряд благополучно погиб. Лежим на первом уровне, парни ругаются. Мне тоже обидно.
– Жрец, скотина пернатая, - ору. – Ты себя что, магом металла вообразил? И сейчас о чем мечтаешь? Нам тут долго еще валяться? Воскрешай давай, а то если придется в город на алтарь отправляться, вернусь, как курицу ощипаю криворукую заразу!
Все начинают почему-то смеяться. Да что там, ржут, как лошади. Представьте пятерых покатывающихся с хохота покойников, и рядом я плююсь ядом. Высказав, что думаю по второму кругу, отправился на алтарь воскрешения, а в городе внезапно понял, тот самый ленивый целитель, забывший свои обязанности, это же я и есть. Сколько потом шуточек и подколок было – не передать!
Дорога снова стала твердой, и тройка хихикающих путников благополучно прыгнула в сияющий свет.
Синее-синее небо над головой, ласковый ветерок треплет волосы. Хорошо то как! Сид в поношенной черной одежде, едва сдерживая счастливую улыбку, стоял перед Координатором Событий Города Перьев.
– Я же не виноват, что меня тогда не внесли в списки. Это уже ваша недоработка.
– Бардак! – сплюнул тот. – Один напивается, как свинья, и теряет документы, другие учетные книги ленятся заполнять. Куда мир катится? О времена, о нравы! На, держи! В следующий раз штраф сдеру! Найду за что. Убирайся, чтобы глаза мои тебя не видели, позор расы!
Жрец, отойдя подальше, тихо рассмеялся, надевая на шею простенькую цепочку с медальоном. Память полностью вернулась к нему, и на металлической пластине сейчас было выгравировано его настоящее имя – Эрлин, правда, данное в другом, но таком похожем на этот мире.