Останься
Шрифт:
— Я сам тебе подберу кофе, можно? — в глаза Леи появилось недопонимание. — Это не отрава, честно.
Смущённый кивок был похож на неуверенный жест доброй воли. Она знала, что ничего подобного и не может быть, но видеть босса в такой быстрой смене настроения немного странно, учитывая все обстоятельства до этого.
«Обнажаться перед ним нельзя: уколет сильнее самой острой иголки», — подумала про себя Лея. Она не была глупой, чтобы не признать истину: их взаимоотношения могли бы стать лучше, и, подумав про себя, пришла к выводу, что заикнуться в далёком будущем о дружбе тоже можно. Но было в нем и отталкивающее: каждый, с кем
«Моника его лучший друг. Девушка. Как же мне это не нравится…»
Спустя минут семь босс направился к Лее с подносом, на котором были булочки, приготовленные Колтером.
— Это единоразовая акция, — обводя поднос головой, поставил его прямо перед Леей, — так как ты меня сегодня… спасла, так скажем.
— Спасибо, — интерес взял верх, поэтому первое, что Лея решила попробовать, это кофе. По запаху она не могла понять, что же такое экзотическое ее ждёт. Но и на вкус она не сразу поняла, чем же он отдаёт. — Что за вкус? Не могу понять.
— Капучино с солёной карамелью и лесным орехом. Удивил? Он не особо сладкий, но и не горький. Мне показалось, ты не любишь слишком сладкий кофе.
— Вы правы, — отпив еще глоток, Лея не может сдержать вырывающейся улыбки, подаренной то ли напитку, то ли Питчеру, сидящему напротив и внимательно следящему за девушкой.
— Почему так рано пришла? Неужели я настолько кретин, даю так много работы, что тебе приходится идти сюда так рано?
Лея не стала говорить правду. Нельзя ему говорить прямо, что полное наслаждение в работе она получает именно тогда, когда утречком, держа в руке кружку чая, просматривает миллион записок, миллион отчётов, чтобы сверять их между собой, а затем, когда это все сделано, начинать другую свою работу. Нельзя было сказать, что она настолько получает удовольствие от работы, что готова сидеть здесь 24/7.
— Недоделала вчерашние документы, которые нужно было сдавать сегодня, ничего такого сверхъестественного, — пробубнила она, откусывая булочки. — Хотите интересный факт?
— Попробуй удивить.
— Эти булочки готовит мой близкий друг. Не знаю, насколько удивила, но вам они, по-моему, нравятся.
— Друг? Кто он?
— Колтер Миллер, кондитер, который доставляет их вашей компании.
Питчер очень любил это мягкое сдобное тесто, но не позволял себе съесть слишком много. А сейчас, заметив наслаждение от булочки, которую так жадно ела Лея, ему захотелось и самому попробовать маленький кусочек роскоши.
— Какая самая вкусная?
— Миндальный круассан с миндальным кремом. Это его новинка.
Откусив маленький кусочек, Питчер не сразу распробовал этот потрясающий сладкий вкус только-только приготовленной булочки, откуда капало немного нежнейшего крема.
— Это очень вкусно, спасибо. Умеешь удивлять.
Просидев еще минут так двадцать в компании босса Лея стала удивляться тому, каким разным он может быть. И удивляться тому, как быстро ее отношение к нему стало меняться под воздействием некоторых обстоятельств. Решив, что всё-таки нельзя так резко быть милой и доброй по отношению к нему, она ненадолго попрощалась, ссылаясь всё-таки на первоочерёдную причину ее такого раннего присутствия на работе.
— Мне понравилась твоя компания. Может, еще
— Извините, у меня много работы, — строго, но с улыбкой на лице она мягко ответила, скрываясь за дверьми.
Часы нещадно тикали, время близилось к началу рабочего дня, а Питчер, словно в тумане, не мог начать работать.
…
— Нас связывают исключительно рабочие отношения. Не перегибай палку, я тебя прошу. Из всей компании достаточного близкими будем только мы с тобой, поэтому мне и этого достаточно. Су-бор-ди-на-ция. Понятно?
Тихие шутки Момо, пока обеденный перерыв, не оставляли Питчера равнодушным. Он все склонялся к тому, чтобы просто выгнать ее из кабинета, но даже так поступить не мог — она всё-таки сотрудник и друг, а шутки — вещь временная.
— Уже вас что-то связывает, да? — с прищуром, словно кошка, она лягнула по ноге босса, не скрывая своих намёков.
— Ну да, — уверено парировал он, — рабочие отношения, как я и сказал. Я ее буквально вчера терпеть не мог, а сегодня…
— Переобулся, — помогла закончить мысль Моника, — все верно. Оставь эти рассказы для дурачков вроде Эдди, а мне выдавай как есть, персик. Я хочу знать все подр…
— Джексон!
Забежавшая в кабинет без стука девушка своим громкий звонким голосом доставила моментальный дискомфорт. Кейт забежала как к себе домой, явно не заметив недовольного взгляда на лице Питчера. За ней вбежала Лейла, пожавшая плечами с кислым выражением лица.
— А если бы это был киллер? — с ноткой угрозы он исподлобья смотрел на телохранителя, который виновато опустил голову, прячась за секретаршей. — Я бы уже подох с такой быстрой реакцией, Митч. Я тебе плачу деньги за твою работу, а не за твои пройденные уровни в играх! — сорвавшись на крик, он совершенно перестал собой управлять.
— Лейла, — строго привлекала к себе внимание Моника, двинув головой в сторону двери, явно намекнув на выход. Сглаживать углы — ее конёк.
— И почему я не удивлена, увидев тебя снова в компании Момо?
— И тебе здравствуй, Кейт, — недовольно поднявшись, Моника на языке жестов объяснила, что не хочет и дальше находиться с ней в одном кабинете, а затем вышла, удостоверившись, что Питчер достаточно уравновешен для общения со своей «девушкой».
Саркастично раздосадованная девушка плюхнулась на диван, закинув ноги на кофейный столик, на котором до сих пор стояла чашка с водой, только с утра принесенная Леей. Что-то происходило, отчего Джексон стал злиться ещё больше. Странно было наблюдать за тем, что чашка с водой выглядела куда чище, чем вся Кейт.
Что-то происходило, если он начал смотреть на эту чашку с долей грусти.
— Давай я сразу начну говорить, чтобы я долго не задерживала тебя, — без розовых соплей, привычно проявляемых ею, она встала, медленно подходя к столу Джексона. Ее короткое платье, едва прикрываемое шелковой тканью, становилось ещё короче, стоило ей присесть на край стола. Мягкими руками, отдающими малиновым десертом, она коснулась щеки босса. — Я соскучилась.
Дернулся, как от огня, но не поднялся, продолжая и дальше сверлить дверь кабинета. Щеку будто обжигало, а настроение моментально пропадало. Движение руки девушки медленно перешло к шее, а на щеке остался небрежный поцелуй, брошенный как будто спасательный круг для самой же себя.