Останься в прошлом

Вишня Алиса

– Я журналист одного из центральных каналов! – поспешно добавила я, попыталась пригладить волосы, и одернуть мятую майку. Еще на мне были розовые спортивные штаны, с растянутыми коленками, и тапки—зайчики.

– Дадите десять минут? – попросил парень – Я заканчиваю.

– Хорошо! – недовольно согласилась я – Десять минут!

И, строго помахав пальцем, ушла к себе.

Таблетки нашла, потом, кое—как, приняла душ. Затем попила кофе. Музыка не прекращалась, хотя прошло уже полчаса. Штош… Я открыла кладовую, и сунулась в коробку с инструментами, стоящую на полке. Инструменты остались от Ромашова, и выкинуть их тоже не разрешила Марго. "Пригодятся!" – сказала тогда подруга, и была права – пригодились.

Я порылась в коробке, рассматривая все, что в ней было, и выбрала… Пассатижи, что ли? Или кусачки, черт знает, как они называются. Главное, что ручки пластмассовые, не пропускающие ток. И отправилась к соседу, одетая на этот раз в халат, и с полотенцем на голове.

Моего прихода он не заметил, увлеченно бренча на своей гитаре. Я зажала шнур, отходящий от инструмента и… Перекусила его. Да, это кусачки, ибо перекусывают. Музыка смолкла, парень вскочил.

Глава третья

Я шагнула к двери, но он был быстрее. Парень навис надо мной, уперев руки в стену, так что я не могла убежать. К тому же, зажал коленями мои ноги, что бы я не дала ему по яйцам.

Первое мое впечатление о нем не было совсем верным. Парень был выше меня, и не так уж худ, скорее, его фигуру можно назвать спортивной. А расстегнутая куртка не скрывала рельефные мышцы, туго обтянутые майкой. И не двадцать лет ему, постарше. Еще от красавца обалденно пахло – кожей и кедром. И он смотрел на меня серо-голубыми, темными, как море в шторм, глазами, оттеняемыми черными и густыми ресницами.

– Знаешь, сколько стоит моя гитара? – наконец, сказал брюнет.

Я не стала отвечать, просто поднесла руку с кусачками к его лицу. Надеюсь, парень не хочет, что я попортила его красоту, и позволит уйти. Но, он просто схватил мое запястье, и прижал руку к стене.

– Пусти! – прошипела я, пытаясь оттолкнуть его второй рукой. И ощутила под пальцами твердые мышцы . Трогать их было приятно, поэтому я продолжала парня отпихивать, не прилагая особых усилий.

– Мне нужна компенсация! – произнес этот изврат, и поцеловал, захватив своими ртом мои губы. Я мычала, и вертела головой, пытаясь освободится. Ну как пыталась… Наверно не особо старалась, раз поцелуй не прервался. Потому, что мне нравилось. Потому, что по телу прокатилась жаркая волна, а ноги сомлели… Потому что…

От моих попыток освободится сначала грохнулись на пол кусачки, и я осталась безоружной, потом свалилось полотенце, и еще влажные волосы упали на плечи и на лицо, из-за чего парень прервал поцелуй.

– Отвали! – задыхаясь, пропищала я.

– Тсс! – шикнул этот извращенец, дернул за пояс моего халата, и халат распахнулся.

Я стояла перед незнакомым мужиком практически голая, охваченная жаркой волной стыда. Парень отстранился, что бы посмотреть на мою сокровенную красоту нахальными внимательными глазами. И по его довольной роже было заметно, что увиденное брюнету нравится. Мое тело отреагировало на этот взгляд предательски – покрылось мурашками, и его пронзило желание, пронесшееся по телу, и занывшее в одной точке. А соски и вовсе затвердели, и призывно торчали вверх, чего этот изврат не заметить не мог, и принялся похабно лыбится. В районе ширинки его джинсов появился подозрительный бугор. Мой мозг оценил ситуацию более трезво, чем тело, я рванулась в сторону, и бросилась из квартиры.

"Боже! Маньяк!" – думала я, заскакивая к себе. Закрывшись на все замки, я металась по квартире, ожидая звонка в дверь, и размышляя, не вызвать ли полицию. Но, сосед больше не беспокоил, что вызвало некоторое разочарование. Мои волнения прервала смска от Северова, где он просил о встрече. Ну наконец-то!

Я позвонила Марго.

– Не надумайся встречаться! – сказала подруга – Кинь в ЧС, и забудь!

– Я

собираюсь, – говорила я, перебирая в шкафу одежду, и решая, что надеть – простить его! Не сразу, конечно, но прощу! А пока пусть умоляет, и в ногах поваляется.

– Тина, ты спятила? – возмутилась Марго.

– Ромашов жениться! – объяснила я – И прислал мне приглашение на свадьбу!

– Садист! – возмутилась подруга – Но какое отношение это имеет к Северову?

– Игорь позвал меня, – объяснила я – что бы тыкнуть носом – вот мол, как у меня все хорошо, а ты так и живешь одна!

Марго молчала.

– Поэтому, я должна явиться на эту чертову свадьбу с мужем! Что бы Ромашова тыкнуть!

– Тина! – произнесла подруга – Брак – это серьезно! И выходить замуж ради тыканья безответственно!

– Разведусь! – сообщила я, и отключилась.

Я лукавила – причина, по которой собиралась простить Валентина, была не только в Ромашове. Да, горько, обидно и больно, но Северов мне все еще нравился, я скучала по нему, и хотела замуж. И решила дать жениху шанс – все же, такие мужчины на дороге не валяются.

Навстречу с Северовым, который назначенную в кафе недалеко от его офиса, я неслась как угорелая. При этом, мысленно ругалась на него – Валентину добираться близко, а мне пришлось машину бросить на соседней улице, так как возле кафе стоянка запрещена. И только подходя к месту встречи поняла, что не взяла с собой сумку – забыла в машине. В ней же осталось и кольцо, которое хотела эффектно кинуть Северову в лицо. Возвращаться не стала, ибо хотелось скорее увидеть Валентина, и выслушать его объяснения и извинения. Интересно, какое он придумал оправдание?

Оправдываться Северов не собирался – вместо него в кафе сидела его секретарша.

– Здрасте! – растерянно сказала я, застыв возле ее столика.

– Здравствуйте, Алевтина! – кивнула мне секретарша, и даже не предложив сесть, сообщила – Валентин Алексеевич просил встретится с вами, и передать следующее – верните кольцо!

Я тупо на нее таращилась, чувствуя, как мои мысли медленно ворочаются в голове, пытаясь осознать сказанное секретаршей.

– Вот компенсация, за потраченное Вами время, и причиненные неудобства.

И она пихнула, кончиками пальцев, в мою сторону конверт. А затем протянула руку, с раскрытой ладонью, и произнесла:

– Давайте кольцо!

Спорить со своей секретаршей боялся даже Северов. А спорить о несправедливости и непорядочности его требования и вовсе не имело смысла – Валентин юрист, очень грамотный и успешный, и при желании докажет, что кольцо я у него украла.

– Мы благодарны, что Вы не предали огласке происшествие на пожаре. Но, неразглашение выгодно Вам даже более, чем господину Северову – скандал, и известие о расторжении помолвки могут помешать Вашей карьере. Ведь так?

Я машинально кивнула, сказала:

– Кольцо у меня в машине, сейчас принесу! – и повернувшись, вышла на улицу, не взяв конверт.

Я брела как зомби, ничего вокруг не замечая… К тому же, мои глаза застилали слезы, которые я изо всех сил сдерживала. И тихонько заплакала, только сев в машину. Надо же быть таким подонком! И я его, эту тварь, притворяющуюся белым и пушистым, раньше любила!

Вытирая слезы стала искать сумочку, что бы достать кольцо, но сумки нигде не было. Что за черт? Я поискала даже в бардачке, где она поместиться не могла, и даже в багажнике. Сумки не было! Это что же, я не закрыла машину, и ее сперли? Не могла припомнить, закрывала я машину или нет, как не помнила, и как открывала… Или, "шанелька" осталась дома, и мне просто кажется, что я ее забыла в салоне? Да нет же! Перед тем, как отправится в кафе, я брызгалась духами, которые доставали из сумки. Должна быть тут! Я опять поискала, пошарив под сиденьями – бесполезно!