Останься со мной
Шрифт:
– Реми, с-сэр, – заикнувшись, ответила девушка, нервно теребя потрепанный край толстовки.
– Хм, а фамилия у тебя есть, Реми?
Шериф выжидающе вскинул широкие брови. Он придал голосу строгости, потому как незаконное проникновение в чужой дом – серьезное нарушение, а он все-таки шеф полиции. Но, глядя на эту перепуганную, голодную девочку, шериф вовсе не хотел поступить по букве закона, как того требовал порядок. Ему хотелось накормить ее, отмыть и успокоить. Клей и сам себе удивлялся. Наверное, он стал слишком сентиментальным на старости лет, но ничего не мог с собой поделать. А возможно, причина была в том, что
Да, наверное, причина в этом.
Шериф ждал ответ на свой вопрос, но Реми не спешила говорить. Опустив голову, она смотрела в пол. Конечно же, у нее была фамилия, как и у любого человека. Но говорить ее она не хотела. Как только он установит ее личность, то узнает, что она сбежала из последней приемной семьи, и ее вернут обратно. Ну, или и правда, зашлют в колонию. Что было хуже, она не знала. Она могла бы солгать, назвать выдуманную фамилию, но это лишь ненадолго отстрочит ее разоблачение. Этот мужчина с добрыми глазами – коп и без труда все выяснит. Реми поняла это, так как за последние двенадцать лет своей жизни повидала огромное количество людей и научилась лишь по виду определять, какой перед ней человек.
– Так что, ты назовешь мне свою фамилию, или поедем в участок?
Клей не хотел пугать и без того напуганную девочку, но как еще ему узнать то, о чем он просит?
– Тейлор, сэр, – обреченно выдохнула Реми, не найдя ничего лучше, чем сказать правду. – Меня зовут Реми Тейлор.
Шериф удовлетворенно кивнул. Конечно, вполне возможно (и даже вероятно), что девчонка лгала, но Клей отчего-то был уверен, что она говорит правду. Нужно будет пробить ее по базе. Скорее всего, она поссорилась с родителями и сбежала из дома. Таких подростков из неблагополучных семей тысячи по всей Америке. Их лица с просьбой о помощи в поиске можно видеть на пакетах с молоком, которое он по утрам добавляет в кофе.
Клей запустил руку в седеющие, но еще густые волосы. Он не знал, как ему следует поступить. Отправить ее в участок? Идея не слишком понравилась шерифу. Перед ним стояла перепуганная, запутавшаяся девочка-подросток. Ее следовало вернуть домой, а не запирать в камере. Ведь ясно же, что она проникла в его дом не с целью обчистить до нитки, а потому что была голодна. Возможно, задержись он подольше, она бы и унесла что-то более ценное, чем несколько пакетов с закусками, но шериф хотел думать, что это не так. Любой ребенок может сбиться с пути, и задача взрослых помочь им отыскать его. Клей хотел верить, что, если бы такое случилось с Джули, нашелся бы человек, который помог бы ей.
– Есть хочешь? – решив, что делать дальше, спросил шериф. Сейчас он накормит эту девочку и попытается узнать от нее все, что можно. Если же сама она не захочет говорить, что вполне возможно, он позвонит в участок и попросит Гарольда – своего заместителя – найти всю информацию о Реми Тейлор. Скорее всего, она есть в их базе данных о пропавших подростках.
Не ожидая такого поворота, Реми широко, хоть и недоверчиво, распахнула большие темно-зеленые глаза. Разве коп не должен ее арестовать? Удивительно вообще, что на нее до сих пор не надели наручники и не затолкали в полицейскую машину. Или в его предложении есть какой-то подвох? Реми привыкла к тому, что людям не стоит слишком доверять. Потому как так уж в ее жизни сложилось, что обычно они ее разочаровывали. Да, этот человек не выглядел отморозком, лицо довольно
– Вы предлагаете мне… – Реми запнулась, не зная, что сказать. Спросить, не хочет ли он ее накормить? А вдруг он совсем не то имел в виду, и тогда она покажется полной дурой? Реми боялась, что он просто хочет над ней посмеяться, а потом все же бросить за решетку.
– Моя жена ужасно вкусно готовит, – внезапно улыбнувшись, произнес Клей. Он видел, что Реми все никак не может решиться, и захотел ей помочь. Наверное, эта девочка не привыкла, что ей помогают. – Ты не откажешься от мясной запеканки и вишневого пирога?
Реми глубоко вздохнула и виновато пробормотала:
– Вообще-то, я попробовала пирог, совсем чуть-чуть.
Клей хмыкнул и кивнул.
– Ну и как?
Обрадовавшись, что он не стал ее ругать, Реми смущенно улыбнулась.
– Очень вкусно.
– Давай, пошли. – Клей сделал знак ей следовать за ним, и они спустились в кухню.
Все еще пребывая в недоумении, Реми расправилась с большим куском мясной запеканки, которую разогрел для нее шериф Рассел, как он сам представился, а потом и с вишневым пирогом, запив большим стаканом молока. Пока она ела, шериф молчаливо сидел напротив и пил чай из дымящейся чашки. Ситуация была более чем странная, но чувство голода было таким сильным, а еда такой вкусной, что Реми проглотила все до последней крошки. Кто знает, когда ей удастся поесть в следующий раз. Если она окажется в тюрьме, то не стоит ждать домашней стряпни на ужин.
– Наелась? – плохо скрывая улыбку, спросил Клей, когда Реми допила молоко и отставила стакан.
Девушка медленно кивнула.
– Да, большое спасибо. – Реми нервно сцепила руки под столом чистенькой уютной кухни. – Простите меня, – тихо попросила она, когда шериф больше ничего не сказал. Надо же ей было оказаться такой неудачницей, чтобы не только попасться, но еще и забраться в дом шерифа. – За все. – Реми подняла голову и, решив быть смелой, посмотрела в ярко-голубые глаза мужчины. – За то, что проникла в ваш дом, и за это. – Реми кивнула в сторону грязных следов на полу, которые оставили ее старые кеды. Прошлой ночью прошел дождь, и на обувь налипла мокрая земля.
Проследив за ее взглядом, шериф усмехнулся.
– Да уж, Марта обязательно станет ворчать из-за грязных полов.
Реми ссутулила плечи, ощутив вину перед женщиной, которую никогда не видела, но которая так вкусно готовила.
– Когда ты нормально ела в последний раз? – неожиданно спросил Клей, пожалев о своей шутке. Конечно, Марта не придет в восторг от того, что ее недавно начищенные полы испачкали, но Клей был уверен, что его жене станет жаль Реми. У этой женщины было большое и доброе сердце.
– Три дня назад, – честно призналась Реми. – Но так вкусно – никогда.
– Расскажешь, как ты оказалась в Грин–Фоллс? – спросил шериф, стараясь не выдать жалости, вызванной словами девушки.
Реми отвела взгляд и отвернулась к окну. Меньше всего ей хотелось говорить правду о себе, но она знала, что должна это сделать. Какой у нее был выбор? Да и по праву этот человек заслуживал искренности с ее стороны. Он не заковал ее в наручники, застав в своем доме, а отнесся с добротой и даже накормил. Много ли таких, как шериф Рассел, она встречала в своей жизни?