Останься со мной...
Шрифт:
— Это не месть, — покачала головой малышка. Господи, пусть она замолчит, этого сумасшедшего легко можно вывести из себя, и я не представляю, на что он станет способен. — Это зависть. Вы просто им завидовали!
— Молчать!
Хлесткая пощечина по лицу девушки заставила меня зарычать и буквально кинуться на Давида. Отключить я его успел, а вот выбить пистолет из рук одного из его бандерлогов — нет. Когда рядом раздался выстрел, и закричала Лина, первая мысль была — только не её! А когда перед глазами все
Глава 17
"Что бы ни творилось в мире, всё равно останутся вечные ценности: милосердие, добро, любовь — всё то, что помогает выжить всему человечеству и каждому человеку в отдельности".
Александр Дротов
Слабый, едва слышимый через шумящую в ушах кровь писк заставил нехотя оторваться от губ Славы. Ей это явно не понравилось, потому что она потянулась следом, недовольно захныкав.
— Подожди секунду, — да, а у самого дыхание, как будто марафон пробежал…
— Не хочу, — маленькая изогнулась, обхватывая меня ногами за бедра и заваливая на себя. Что ж ты творишь-то?..
От этого движения чуть было не забыл, зачем поднимался, но назойливый звук повторился, разгоняя чувственный дурман в голове.
— Слава, подожди! — сам того не заметив, повысив голос, отталкивая полуобнаженную девушку.
— Что случилось? — вопреки ожиданиям, она не обиделась, а насторожилась.
— Это сработали два датчика движения на территории, — объяснял, уже торопливо натягивая футболку, — нужно проверить, что там. Из комнаты не выходи!
— Может, пойдем вместе? — она приподнялась, отчего прикрывающая грудь простыня начала медленно сползать.
— Исключено!
А ведь с маленькой станется пойти следом… Как сделать так, чтобы она точно сидела в комнате, придумал сразу. Главное, потом успеть увернуться, когда, освободившись, она начнет кидать в меня тяжелыми предметами.
— Иди сюда. — Слава немного заколебалась, точно заподозрив меня в коварстве, и пришлось сгребать её в охапку вместе с простыней. — Извини, маленькая, но так будет лучше.
Моя девочка успела только пискнуть, когда втолкнул её в ванную и закрыл дверь на ключ.
— Выпусти, зараза! — Судя по звуку, она пнула дверь ногой.
— Обязательно выпущу, только пока посиди тут. И, по возможности, тихо…
Она в ответ высказалась действительно в полголоса, но крайне нецензурно. Нужно будет провести с ней беседу о недопустимости применения таких слов для леди. Но это все потом, сейчас есть дела поважнее.
Конечно, могло так случиться, что датчики потревожила какая-нибудь собачка, только в это плохо верилось. Для того и ставил их на высоте почти метра от земли.
Глянув на часы, замер. Половина третьего. Какого хрена так рано?! Ребята должны были появиться только через полчаса, раньше просто не было смысла…
Вся глубина ситуации, в которой оказались, дошла почти сразу — мы без прикрытия, вдвоем, а ещё рядом наши беззащитные девушки…
Того, кто поднимался по лестнице, вырубил, подождав за углом. Реакция у мужика неплохая, а вот с умением тихо ходить — явные проблемы. Второй был на площадке второго этажа, здесь пришлось немного сложнее, он успел меня заметить и попытался подать голос. Надеюсь, я ему нанес черепно-мозговую, а не убил на месте, но все это ерунда, потом разберемся.
Когда спустился вниз, понял, что ещё чуть-чуть и опоздаю. Не знаю, почему Данил кинулся на пожилого мужика с голыми руками, но стоящий рядом парень поднял пистолет и собирался нажать на курок. Времени на раздумья не было, сам не понял, когда успел вынуть сюрикен из ножен на щиколотке…
И все-таки, не успел. Уже падая, парень выстрелил. В кого именно он попал, поначалу не понял, потому что Лина пронзительно заверещала, а клубок из Данила и того, в ком узнал его дядю Давида, распался не сразу. Урод, все это задумавший, не двигался, из чего сделал вывод, что ранили все-таки не Снайпера. Как выяснилось, зря. На плече друга начало медленно расплываться кровавое пятно, а сам Данька прошептал что-то побледневшими губами и отключился.
— Пусти! — Лину пришлось почти силой оттаскивать от его бесчувственного тела, потому как девушка вцепилась в него клещом, бессмысленно тряся его за плечи и шепча:
— Открой глаза, пожалуйста…
Отверстие от пули было слишком высоко для того, чтобы заподозрить ранение в легкое, а уж тем более в сердце, но проверить все-таки нужно.
— Помоги мне его перевернуть.
Вдвоем мы приподняли эту тушу, и я облегченно выдохнул — ранение было сквозное, да и кровь, хоть и продолжала течь, но нормального цвета и без пульсирующих всплесков, значит, крупные сосуды не повреждены.
— Держи, — стянул с себя футболку и прижал к ране, — вот так и не отпускай.
Лина, которая в тот момент была чуть ли не бледнее самого раненого, заторможено кивнула.
— И не смей падать в обморок, слышишь! Даньке сейчас нужна твоя помощь.
— Не буду, — прошептала она почти синими губами и плотнее придавила к его груди тканью.
— Если у него изо рта пойдет кровавая пена, скажи мне, поняла?
— Я поняла. Саш, помоги, пожалуйста…
Я тем временем набрал номер "Скорой", пытаясь объяснить дежурной, что у Даньки именно огнестрел, а не просто живот схватило.