Останься рядом

Май Лана

Хватая ртом воздух, Анна едва сдерживала рыдания.

– Лжец, – заплакала она, не выдержав. – Лжец!

«Это же не я просила тебя уйти от жены, – думала она, всхлипывая. – Ты сам это придумал, сам сделал. А я поверила тебе. Как ты мог так поступить со мной?»

Ее бросало то в жар то в холод. Она не помнила, как добралась домой. Увидев на пороге дочь, мать даже не стала ее ни о чем спрашивать. На Анне лица не было.

Вернувшись, она сразу закрылась в своей комнате, отключила телефон и, забывшись сном, до утра не выходила. Родители сочувствовали ее боли, но тайком радовались. Они надеялись, что ее злосчастный роман наконец окончен.

На следующее утро Мирон, не сумевший накануне дозвониться любимой, ждал ее, как обычно, за аркой. Он не знал, что в эту ночь измученная Анна приняла решение, что порвет с ним отношения, чего бы ей это ни стоило. Но, увидев знакомую машину, она почувствовала слабость в коленях. Мирон вышел ей навстречу и посмотрел в глаза. В этот момент она поняла, что, как бы она ни злилась, готова простить этому человеку все на свете.

Усадив Анну в машину, Мирон объяснил ей, что по выходным пообещал привозить к матери Юлю с дочерью, а не сказал ей об этом, чтобы не тревожить. Ему удалось уверить Анну, что все происходящее совершенно безобидно и связано только с ребенком, который не виноват, что родители решили развестись. Мирон, с которым уже успели провести множество нравоучительных бесед, принял решение заботиться о ребенке и жене. В его понимании он должен был покупать и привозить по звонку Юли все необходимое: еду, одежду, памперсы, лекарства. У них все останется как в нормальной семье, но жить и спать он теперь будет с Анной.

Анне было сложно принять такую позицию возлюбленного, но его не интересовало ее мнение по данному вопросу. Он принял решение, на которое она никак не могла повлиять. Анна могла допустить мысль, что Мирон будет содержать дочь и видеться с ней по выходным, но то, что он придумал, она понять не могла. Пока что она не хотела даже думать о том, как все будет происходить.

Однажды Анна с Мироном, прогуливаясь по городу, сели в сквере на скамейку.

– Мирон, – лицо Анны стало серьезным, – ты любишь меня?

– Конечно! – Он крепко обнял возлюбленную и страстно поцеловал в губы. – Почему ты задаешь такие вопросы?

– Потому что у тебя на руке все еще обручальное кольцо… – Анна замолчала, не желая даже произносить ненавистное

ей имя. – Кольцо, которое тебе надела на палец другая женщина.

– Аня… – Мирон взволнованно посмотрел на кольцо. – Это всего лишь условность. Для меня оно ничего не значит.

– Правда? – Анна доверчиво подалась к нему.

– Конечно! – обрадовался он.

– Дай мне его, пожалуйста. – Анна протянула раскрытую ладонь.

– Зачем?

– Ты боишься?

– Ничего я не боюсь. – Нехотя стащив кольцо с пальца, он положил его Анне на ладонь. – Держи.

Улыбнувшись, Анна размахнулась и бросила его на большой газон, покрытый густой травой.

Мирон побледнел и обернулся.

– Ты же сказал, что оно для тебя ничего не значит? – спросила она с деланным весельем. – Правильно?

– Да, но зачем тебе понадобилось его выбрасывать?

– Если хочешь, иди поищи его. – В глазах Анны мелькнуло презрение. – Может, найдешь, пока не поздно.

– Я не буду его искать, – процедил он. – Просто не понимаю, зачем ты это сделала.

– Странно, что ты не сделал этого раньше сам, – ответила Анна гневно и встала со скамейки. – Не буду тебе мешать. Иди же, ищи кольцо!

Анна развернулась и, гордо вскинув подбородок, пошла к автобусной остановке. Мирон не стал ее удерживать. Но уже на следующий день они помирились, забыв об этом инциденте.

И снова все вернулось на круги своя: тайные свидания, короткие встречи и съемные квартиры. Тогда Александра Николаевна решила, что для невестки и ребенка слишком утомительно приезжать и уезжать в один и тот же день. Юля охотно согласилась оставаться ночевать в ее доме с субботы на воскресенье. На этот раз Мирон предусмотрительно сообщил Анне неприятную новость.

Этого влюбленная женщина вынести не могла. Она настояла на том, чтобы ночь, когда там остается жена, Мирон проводил с ней. Так появилась новая традиция: арендовать квартиру не на час, а на сутки. Александре Николаевне оставалось только скрипеть зубами от досады, что все пошло не так, как она рассчитывала. Родители Анны тоже ничего не могли поделать. Они решили закрыть глаза на отлучки дочери в обмен на то, что в будние дни она стала вести нормальную жизнь и больше не говорила о своей любви к Мирону. Родители надеялись, что, если не вмешиваться, эти отношения постепенно себя исчерпают.