Оспинка

Фомичёв Сергей Александрович

empty-line/>

– То есть выводы - чиста спекуляция.

– Не большая, чем доминирующая гипотеза. Платформа отступала на Плато, чтобы иметь пространство для обороны, избежать нападения из-за деревьев, сверху со скал. И только потом выяснилось, что взрослые или крупные особи здесь не атакуют. Но следует учесть, что хотя в налётах принимают участие главным образом

мелкие особи, за их спинами обычно находятся и две- три крупных, которые в драку не лезут. Считалось, что они слишком слабы для активных действий. Но попробуйте отвлечься хоть на минуту от гипотезы про кислород и температуру. На что это похоже?

– Хрень какая-то, - крикнул Филирр.

– Они на... тас... ки... ва... ют... мо... лод... няк?

– Верно, капитан, - кивнула Оспинка.
– Но зачем? Сил у них более чем достаточно. А тысячи взрослых особей нам хватило бы за глаза.

– Они не собираются уничтожать нас?
– на этот раз догадку высказал Брюн.

– Нет. Не собираются. Мы для них нечто вроде прививки. Войн между аборигенами не зафиксировано, даже мелких стычек. Естественных врагов они не имеют, но угрозу из космоса вполне осознали. Однако следующий корабль пришельцев может прилететь через сотню лет или через две. Одними сказками и преданиями, если фольклор у них вообще существует, народ в боевой готовности не удержать. Нужна практика, нужен опыт. И этот опыт им даём мы.

– Но если мы начнем спуск в Долину, они могут воспринять это как усиление агрессии, - заметила лейтенант.

– Не думаю. Есть ещё один момент на который я обратила внимание, когда изучала историю войны. Есть периоды, когда манчеры не нападают. Весна, то есть период размножения. Возможно он затабуирован или им просто не до войны и они заняты заботами о продолжении рода. В любом случае у нас есть окно примерно в шестьдесят пять дней для активных действий. Затем можно вновь затаиться, чтобы не провоцировать атаку.

В любом случае, господа и дамы, у нас просто нет иного выхода.

– Бред!
– выкрикнул Филирр.

Лейтенант Сэйери недовольно пожала плечами и посмотрела на капитана, но тот смотрел только на Оспинку. Гвалт усилился. Заговорило сразу несколько человек. Саня прикинул, что люди разделились примерно поровну и, что самое интересное, разделительная линия прошла не по кланам. Каждый решил для себя сам, вне корпоративных интересов и этики. Видимо Оспинка просчитала и это.

– Есть ли здесь те, кто может поддержать меня, независимо от мнения их фракций?
– громко и твердо спросила она.

На мгновение в зале возникла тишина. Нарушать статус-кво было делом неслыханным.

Рука Шитикова рефлекторно дёрнулась к кобуре. Но это оказалось лишним. Никто не собирался выяснять отношения с помощью стрельбы. Он просто шагнул вперёд, ближе к Оспинке. И с удивлением обнаружил, что ещё пять или шесть молодых мужчин шагнули одновременно с ним.

Саня глубоко вздохнул, но мнения не изменил.

Один из здоровяков-бурильщиков взглянул капитану в глаза и увидев согласие двинул жезл по столу в направлении девушки.

– У кого-то есть другие варианты?
– осмотрел он собрание тяжёлым взглядом.

Шитиков вдруг понял, что она больше не принадлежит ему, если вообще когда-нибудь принадлежала. И если колония землян прививала своеобразный иммунитет от пацифизма аборигенам, то Оспинка стала вакциной для всех них.