Осознанный риск
Шрифт:
Когда закончилась смена, Майк пошел в больницу. Все могло быть гораздо хуже, но он не удивился, когда Элис, жена Джима, бросилась к нему со слезами на глазах. Узнать, что твоего мужа завалило в пожаре, было ужасно. Узнать, что он жив, было большим облегчением, но ненадолго. Потом хотелось знать, насколько он пострадал.
— У него только сломана пара костей, — успокоил Майк. — Как он?
— Великолепно, — ответила Элис, шмыгнув носом. — Но я думала, у меня случится нервный срыв. Слава богу, с ним все в порядке.
Газеты иногда писали
Также случались сердечные приступы, и не только от отравления дымом, а от напряжения, постоянных приливов адреналина, от осознания того, что нужно постоянно бороться. Даже молодые мужчины иногда страдали от этого.
— Ты в порядке? — спросил Майк Джима.
— Нет, не в порядке, — ответил тот, пытаясь улыбнуться. Вместо этого у него получилась кривая гримаса из-за повязок, покрывавших его правый глаз и подбородок. Его рука в гипсе была приподнята, а нога — на вытяжке. — Это случилось как раз перед моим отпуском. Повезло так повезло!
— Но ты ведь не останешься здесь на Рождество?
— Разумеется, нет. Я отказываюсь. С остальными все в порядке?
— Они все еще там. Но теперь просто разбирают все. У тебя были самые тяжелые травмы за ночь.
— Чего только не сделаешь ради внимания окружающих.
— В первый раз тебя не стошнило.
— Не было времени. Не видел даже, как прилетел тот ящик. Так, значит, гараж взорвался?
— Плохой пожар. Двоих арестовали еще до рассвета. Никто не уйдет от ответственности.
— Да. Конечно.
Ответ прозвучал цинично. Они оба знали, что хоть и арестовали тех мальчишек, но большие парни, которые финансировали и продавали все эго, никогда не будут найдены. Уличные наркотики. Химикаты. Эфиры и так далее. Кто бы мог подумать, что они приедут на что-то более непредсказуемое, чем обычный пожар в гараже с краской? Домашняя лаборатория по изготовлению наркотиков.
— Я обязан тебе, дружище, — произнес Джим.
— Ты ничем мне не обязан.
— Я обязан тебе жизнью. Тебе нужно дать медаль.
— Не смей, ненавижу такие вещи! Медали для полицейских. Они их просто обожают. Ты не оставишь нас на минуту, Элис? — попросил Майк.
Она кивнула и вышла из комнаты. Майк помедлил. Он думал.
— Не надо, — предупредил Джим.
Майк взглянул на него. Им удавалось справляться с опасностью, выживать, рискуя всем. Но у них плохо получалось быть ранимыми, потому что они не привыкли к этому. Ты не можешь признать слабость, но не
Майк посмотрел на друга, лежавшего в гипсе. Он собирался испытать свои эмоции на Джиме. Страшно. Что, если бы ты признал свою уязвимость, когда больше всего был бы уязвим? Ты бы вбежал в горящее здание? Вот почему они никогда не говорили об этом. Они боялись одного и того же, и если они будут задумываться об этом, то сломаются, как дешевые часы.
— Не начинай, — подал голос Джим.
— Ты мой лучший друг, — произнес Майк, почти задохнувшись от нахлынувшего на него чувства. Он хотел рассказать Джиму о страхе, который у него был, страхе, что хуже, чем боязнь потерять Джима, — страхе снова остаться одному. И об облегчении, что он не один.
— Тебе нужно иметь больше друзей, — сказал Джим.
— Они не вытерпят меня. А ты можешь.
— Просто прими благодарность и не будь сентиментальным. Мне больно. Не хочу играть с тобой сейчас.
— Хорошо. Но ты вернешься.
— Конечно вернусь. В любом случае молния не ударяет дважды в одно место.
— Да, — засмеялся Майк, вспоминая старую шутку. — Потому что этого места больше нет.
— А я здесь, — торжественно возразил Джим.
Майк прикоснулся к его пальцам, торчащим из-под гипса. Он хотел сделать больше, может, обнять, но благоразумно воздержался. «Ты здесь, старина. Слава богу».
— Увидимся, — сказал он.
— Не беспокой меня на Рождество. Я буду занят.
Майк знал, что Джим имеет в виду. Тот не хотел, чтобы он считал себя обязанным, Майк должен чувствовать себя свободно и наслаждаться праздниками, а не пытаться навестить своего лучшего друга.
Он выпил кофе с Большим Майком, прежде чем вернуться домой. Он чувствовал себя неряшливым, хотя помылся и переоделся. И усталым, но был слишком взвинчен, чтобы заснуть. И злым — из-за пожара, из-за того, что чуть не случилась катастрофа, из-за трудностей в жизни. И из-за того, что завтра — за два дня до Рождества — приезжает тетя Фло… Все это копилось в нем. Он даже подумал, не отвлекло ли его беспокойство от того, чтобы первым броситься в горящий дом. В противном случае в больнице оказался бы он, и Джим навещал бы его. Обычно он первый спешил на помощь людям.
Когда Майк вернулся домой, было почти одиннадцать утра. Крис нервно ходила по дому. Она подбежала к нему, обняла за шею.
— Эй, — сказал он, смеясь. — Эй.
Когда она отпустила его, в ее глазах была ярость.
— Почему ты даже не позвонил мне?
— Зачем?
— Я ужасно волновалась. Говорю же, что не могу спать из-за сирен! Ты знаешь, что не могу.
— Ну, знаешь ли, я был занят.
— Но у тебя нашлось время, чтобы позвонить Мэтти!