Особый агент
Шрифт:
А я и не подозревал, что казначей знает язык дижанцев! Вроде бы ему незачем. Это нам при высадке на новую планету приходится учить все основные диалекты.
– Да ладно тебе, - обиженно бормочет дижанец, по-особому свистнув собакам.
Свора мгновенно теряет к нам всякий интерес, и провожаемые бульканьем бутылки, стараясь идти нарочито неторопливо, мы сворачиваем за угол.
Для того, чтоб выбраться из королевского дворца, минуя главные ворота, есть несколько путей. Но нам подходит только один, через нижний сад к бухте.
Есть только одна сложность в этом плане. Чтобы добраться до калитки ведущей в нижний сад, нужно пересечь двор прямо против парадного входа во дворец. И вот этот то путь нам сейчас как раз и предстоит.
Вступив за угол, невольно на секунду замираю, оглядывая двор и вздыхаю с облегчением. Мощеная полированным гранитом площадка перед главным входом абсолютно пуста. И что самое приятное, Фонари, обычно в это время ярко освещающие каждый уголок двора, сегодня еще не горят.
– Быстрее, - шепчу я, хватая Дариналь за руку.
Понимая, что со стороны бегущие выглядят крайне подозрительно, мы пересекаем двор быстрым шагом, стараясь не переходить на бег. И в тот самый момент, когда я уже взялся рукой за кованую калитку, во дворе внезапно вспыхивают все фонари и чей-то голос лениво спрашивает со ступенек:
– Митай, куда это вы поперлись?!
– В садик погулять!
– Беспечно откликаюсь я, лихорадочно придумывая, что соврать, если он заинтересуется, с чего это нам вздумалось гулять.
– Смотри, да они какого то олуха заловили!
– Пакостливо хихикает другой голос, и я, слегка повернув голову, вижу, как двое дижанцев спускаются со ступеней, направляясь к нам.
Рывком распахиваю калитку и вталкиваю туда принцессу.
– Бегом!
– шепотом командую ей.
– Нехорошо так, парни!
– противно кривляясь, упрекает нас первый голос, - возьмите нас в компанию!
Мы с Кегелатом тем временем заскакиваем в сад и, захлопнув калитку, несемся по дорожке, догоняя Дариналь. Но, предвкушающие приключение дижанцы не собираются отставать. Ну, чтож, ребятки, вы сами напросились!
– В кусты!
– Командую Кегелату, и, поймав за руку Дариналь, тащу к тонущим в сгущающихся сумерках буйно цветущим кустам.
Дижанцы несутся за нами во весь опор, и едва я успеваю, заскочив за куст, достать свое оружие, как первый из них с победным криком вылетает прямо на меня. И с размаху хлопается в траву, получив свою дозу усыпляющих волн. Почти сразу же на него падает второй, споткнувшись об незаметное в сумерках тело. Вколачиваю в него его долю сна, и спешу догнать Кегелата с принцессой.
Они ждут под стекающей душистыми волнами кроной цветущего конфетного дерева.
– Что вы с ними сделали?
– настороженно встречает меня Дариналь.
– Положил поспать, - бурчу я.
– Вы лучше знаете сад, подскажите, как
– Так же, как тех, в камере?
– не отвечая на мой вопрос, упрямо допытывается принцесса.
– Да.
– Тогда почему мы не пойдем, и не усыпим тех, что во дворце, и не освободим заключенных?
– Искренне недоумевает она.
В самом деле! Как Бэтманы! Как супергерои! Что нам стоит! Пойдем и перебьем всех врагов! Так просто! Вот только пока я направляю усыпитель на одного, другой откуда нибудь из-за шкафа пристрелит меня. И некому будет завтра спасать Симона и остальных!
– Я объясню вам это позже, - холодно отрезаю я, - так вы знаете или нет короткий путь?
– Знаю, - Вздыхает Дариналь, и шагает из-под дерева.
– Возьмите вот это, - придержав ее, подаю очки ночного видения.
– А вам Кегелат, придется держаться за меня, очков всего двое.
– Я неплохо вижу ночью, - невозмутимо отзывается он, - но в случае чего, предупреждайте!
Золото парень! Впрочем, за другого Симон и не стал бы меня просить.
Стараясь ступать бесшумно, мы пробираемся между кустов и клумб, террасами спускающимися к морю. Я уже рассмотрел витые перила узкой лесенки ведущей на пляж, как, по дорожке, ведущей к ней от дворца, скользнул тонкий лучик света.
– Стойте!
– шепотом командую я, - назад!
Пригнувшись пониже, мы отступаем под сень огромного куста, усыпанного темными кистями приторно пахнущих цветов.
Три громоздкие фигуры, нагруженные тяжелыми узлами, проходят по дорожке, посвечивая под ноги фонариком. Несколько грязных псин бегут следом, изредка помечая кусты своим способом. Одна из них совсем пробежала было мимо нас, но, уловив в воздухе что-то доступное только ей, приостановилась. Протянув морду в нашу сторону, принюхалась и тихонько зарычала.
– Что там, Хара?
– спросил грубый голос.
Мне показалось, или я правда его где-то слышал?!
– Может, пальнуть?
– тихо предложил другой голос, тоже знакомый.
Ну, прямо вечер встречи старых друзей.
– Не надо шума, - шипит первый, - я пойду, посмотрю.
Э нет, так мы не договаривались! Сложив губы определенным образом, издаю жалобный кошачий крик. Надеюсь, я не ошибаюсь, думая, что в этом мире, как и во многих других, есть животные, издающие подобные звуки.
Дижанец заворачивает трехэтажное грязное ругательство, от которого даже у меня уши сворачиваются трубочками, и, свистнув собак, уходит прочь.
Мы переводим дух, и, подождав немного, осторожно шагаем следом за ними. Троица уже спустилась на пляж, и, увязая в песке под тяжестью ноши, направляется в сторону королевской яхты, пришвартованной к крытому причалу.
– Интересно, что они тащат?!
– озадаченно шепчет Дариналь.
– Я думаю, ваши фамильные ценности, - хмыкает Кегелат.