Особый агент
Шрифт:
– Арт, я тебе рассказывала, помнишь?- тихо спрашивает Тези.
– Угу!
– крепче сжимая её пальчики подтверждаю я.
– Так вот, он здесь, я его сразу узнала. А теперь он меня не узнал.
– Ни плащ!
– приказываю я.
– Не буду, не буду! Он тут рядом, познакомься!
Кто рядом? Ах, да отец Тези! Очень приятно! Интересно, а ему приятно видеть, как дочка сидит рядом с полутрупом, нежно пожимая ему ручки?! Только теперь до моего сознания доходит, что я больше не прежний, здоровый и сильный молодой
– Я Гай. Гайерт Март, отец Тези.
– Угу!
– вежливо мычу в ответ, пытаясь понять, на что намекает этот Гай?
И в этот момент пещера сотрясается от недальнего взрыва. На мои повязки сыпятся камушки, вызывая волну боли. Стон вырывается у меня прежде, чем я успеваю стиснуть оставшиеся зубы. Тези осторожно снимает с меня осколки, Кен кричит чтоб все отошли от двери. А где-то в глубине лабиринта гремит еще взрыв, потише и сразу раздается вой сирены. Что же там у них такое происходит? Друзья сгрудились около меня, прикрывая от новых обломков, и тут новый взрыв раздается у самой двери. От толчка моя голова дергается и я проваливаюсь в черноту.
– На счет три ты просыпаешься, - говорит знакомый голос и считает: Раз, два, три!
Я открываю глаза и говорю другу:
– Привет, Мишель!
– Привет, - отзывается он, - сосредоточенно рассматривая что-то в своих приборах. Потом с тем же выражением рассматривает меня и осторожно спрашивает, - Как себя чувствуешь?
Я пожимаю плечами. Нормально вообще-то. Глаза немного режет с непривычки яркий свет, да слегка тянет розоватые полоски молодой кожи на пальцах, а так - все отлично.
– А что помнишь?
– осторожно спрашивает Мария.
– Привет!
– повернувшись на голос, внимательно рассматриваю ее. Все так же молода и хороша, а между нами, ей скоро двести. Много лет назад мы договорились звать друг - друга только по имени, хотя на самом деле она моя мать.
– Все помню.
И только тут понимаю, что я действительно помню все!
– Как тебя зовут?
– серьезно и слегка напряженно спрашивает Мишель.
– Арт, - кратко отвечаю я, и видя, как кривятся его губы, задумчиво продолжаю, - Артез Рази, старший коммуникатор особого отдела межгалактической службы ОПРП.
Мишель облегченно вздыхает и, закрывая прибор, бурчит:
– Когда-нибудь я пристукну тебя за идиотские шуточки!
– Лучше расскажи, что я пропустил! Последнее, что помню, - это взрывы в лабиринтах.
– Мария расскажет. И, если хочешь, не тебе одному.
– Обещает Мишель, выходя из комнаты.
– А кому еще?
– невинно интересуюсь я.
– Своих новых друзей ты еще не забыл?
– лукаво интересуется Мари.
– А разве они здесь?
–
– И не только новые, - смеется она, - но и хорошо забытые старые! Пересядь-ка с этого кресла, чтоб не испугать их!
Да, действительно, специальное медицинское кресло может вызвать подозрение, что перед вами неизлечимый инвалид, хотя в наше время таких не бывает. Но ведь не все осведомлены об этом?! И что мне вовсе не двадцать пять лет, как я думал в последние полгода, и что я никогда не был простым искателем самоцветов?!
– А может и нужно испугать?!
– задумчиво бормочу, не вставая с кресла.
Мария вмиг оказывается против меня.
– Если ты действительно так думаешь, - рычит она, - ты либо жесток, либо трус!
Я смотрю в гневные выразительные глаза и ясно понимаю, что именно за это я ее и уважаю.
– Я тебя люблю, - констатирую, поднимаясь с кресла - но я против матриархата!
– Я тоже, - заявляет она, следя, как я, еще немного прихрамывая, топаю к дивану, - но и против патриархата, кстати!
И, устроившись рядом, бросает в свой мику команду дверному автомату.
Широкая дверь отъезжает в сторону и я вижу их всех разом. Все так непривычно чисты и нарядны, что это их даже немного смущает. Увидев нас, они останавливаются и не сговариваясь, пропускают вперед Тези. Она напряженно вглядывается в меня, недоверчиво покачивая головой и неуверенно делает несколько шагов в мою сторону. И вдруг замечает Мари, по хозяйски устроившуюся рядом. Так знакомо взмахнули ресницы и окаменело личико, что невыносимо больно кольнуло сердце. Забыв про еще побаливающую ногу, срываюсь с дивана и поймав начавшую разворот Тези, мягко говорю ей, подталкивая к дивану:
– Знакомься, это моя мама.
– Я Мари!
– обнимая Тези за плечи, ласково объясняет вскочившая мать, - и я в самом деле его мама!
– Я могу подтвердить!
– уверенно заявляет знакомый голос и я, мгновенно обернувшись, попадаю в крепкие дружеские объятия.
– Гайерт! Как же я рад наконец тебя увидеть!
– бормочу, всматриваясь в сильно постаревшее лицо друга. Нужно немного времени, чтоб мику и современная медицина заставили расправиться морщины и согнувшуюся спину. Жаль, что раны в сердце не заживают так быстро.
– Я тоже, - шепчет он, - а вот Жюли...
– Знаю.
– Мягко останавливаю Гая, не стоит бередить душу.
– Мне Тези рассказала. Только тогда я не понял, что это про тебя. Мне очень жаль, ты же знаешь, как я ее любил.
– Вы что, знакомы?- недоверчиво бурчит Кен, - Как это может быть?!
– Сейчас все расскажем!
– я дружески хлопаю его по плечу.
– Садись поудобнее, Кен.
И тут же замечаю, что Мари и Тези уже уединились на диване и о чем-то мило щебечут. Ну нет, так мы не договаривались!