Основатель 2
Шрифт:
— Это был хитрый ход, — признал Демид, — оплатить штрафы, которые мы на Вас наложили, и втихую строить эту стену. Застали нас врасплох, признаю. Но Вы поставили нас обоих в очень шаткое положение.
— Да неужели? Прямо обоих? — я изобразил удивление.
— Перекрыв наши торговые пути, Вы значительно снизили мои платежи в главную контору гильдии. Боссы наверху сочтут меня некомпетентным и снимут с должности, особенно на фоне конфликта с одним из моих подчинённых. А как только меня уберут, они поставят молодого, нового, которому поручат для начала продемонстрировать свою крутость и решить эту
— Я смогу за себя постоять, — сделав невозмутимый вид, ответил я, хотя холодок пробежал по спине.
Демид рассмеялся. Сухо, неприятно.
— Против Златоградского отделения выстоите, безусловно, но Вы должны понимать, что каждое отделение существует исключительно для улучшения финансового положения главной гильдии. Мы получаем лишь кусок пирога, но именно они главные выгодоприобретатели от наших действий. Что делает их такими эффективными, так это их способность сохранять свои торговые пути открытыми любыми необходимыми средствами. Любыми, подчеркиваю.
Я нахмурился. У меня имелись подозрения, что дело обстоит именно так, но не был уверен, блефует Демид или нет. С другой стороны, тот факт, что он прибыл посреди ночи совершенно один, указывал на то, что, возможно, об этой сделке остальные не знали. Я знал, что Демид интересуется только собственной шкурой, и если его положение в гильдии действительно зашаталось, то, возможно, это дает мне больше рычагов давления.
— Так что же Вы предлагаете? — спросил я.
— Прекращение санкций в обмен на то, что Вы откроете ворота на главной дороге для моих фур. Если не пойдёте мне навстречу, то нам обоим конец, это я Вам могу обещать.
— То есть, я трачу своё время, энергию и деньги на создание инфраструктуры, способной конкурировать с вашим отделением, а моя награда — это то, на что мне, по большому счеёу, плевать? Ваше благополучие? Вам нужно подумать о более щедром куске, любезнейший, — ответил я. — Предложите что-то стоящее.
— Ваша награда в том, что Вас не сотрёт в порошок главная армия Торговцев.
Я оставил эту очевидную реплику без внимания.
Демид засопел.
— Каждое отделение обязано предоставить им в общей сложности пять тысяч человек, а таких отделений по всему Истоку четырнадцать. В любой момент главная гильдия может собрать семьдесят тысяч бойцов, чтобы сразиться с Вами. Я точно знаю, что Вы не сможете отразить атаку такой силы, — сказал Демид. Голос его звучал серьёзно. — Так что у Вас есть выбор. Вы можете продолжать тыкать мне в лицо своей победой, только чтобы потом с треском проиграть, или мы можем договориться о мире.
— И как вы собираетесь сделать это предложение стоящим для меня? — спросил я, надавливая сильнее. У меня имелись все козыри на руках, это-то я знал точно. Нет вреда в попытке получить больше, чем просто мир.
— Чего вы хотите? — спросил он. — Золота? Я могу предоставить Вам то, что было оговорено в нашем предыдущем соглашении, — он на секунду замолчал и нахмурился, глядя на меня снизу вверх. — Вы ведь помните ту сделку, я уверен.
— Слишком хорошо помню, — сказал я. — И прошу прощения, что не смог выполнить свою часть договора. Кое-что возникло. Непредвиденные обстоятельства, форс-мажор,
— Уверен, что кое-что действительно возникло, — сказал Демид.
Мы оба прекрасно знали о предательстве, которое имело место, но Серебрянников так отчаянно цеплялся за своё кресло Графа, что для успеха переговоров решил не говорить мне об этом в глаза.
Десять тысяч золотых, такова была цена первоначальной сделки.
Это немалая сумма, и она, безусловно, ощутимо помогла бы моей деревне, не говоря уже об оплате расходов, которые я понёс на запуск всего своего проекта со стеной и кредитованием. Но недостатка в деньгах от сделок, которые я заключал, теперь не предвиделось. Мне сейчас нужно нечто большее, чем просто ещё несколько золотых монет в кармане. Мне нужен стратегический актив.
— Я ценю предложение, но позвольте мне выдвинуть встречное, — сказал я.
Демид немедленно кивнул. Само собой, мы с ним оба торговцы и потому понимали друг друга с полуслова.
— Так вот. Мы с Вами стали врагами по воле обстоятельств, но если копнуть поглубже, станет понятно, что мы оба стремимся к одному и тому же, не так ли? Мы хотим богатства и власти, хотя наши методы, ресурсы и средства их достижения различны. Что, если мы объединим наши силы ради чего-то большего?
Демид склонил голову к плечу и посмотрел на меня, как на сумасшедшего.
— Вы серьёзно?! Объединить силы?! После всего, что было?!
— Вы бы рассмотрели такую возможность? — спросил я. — Если да, можете войти в мою деревню. В противном случае, полагаю, мы можем и здесь просто договориться о мире и покончить со всем этим делом.
Демид на мгновение замолчал. Небрежно бросив фразу о мире независимо от его решения, я смогу выяснить его истинные намерения. Является ли он просто пешкой Торговцев или всё-таки достаточно амбициозен, чтобы стремиться к большему?
— Полагаю, не будет вреда Вас выслушать, — сказал он наконец напряжённо.
— Тогда подождите минутку, будьте так любезны, — сказал я, отходя от края стены, и крикнул страже внизу, чтобы открыли ворота для Демида и сопроводили его внутрь.
В моей голове начал формироваться план, который позволил бы каждому из нас получить то, чего он хотели. Эдакое взаимовыгодное партнёрство, пусть и с душком предательства.
Глава 12
Я быстро провёл Демида в свой кабинет, помещение невероятно маленькое и скромное. По сравнению с личным кабинетом Демида, весь в позолоте и дубе, мой просто колхозное позорище.
Но, по крайней мере, у меня теперь стояло хорошее кожаное кресло, добытое в Аистово. Мелочь, а приятно.
Как только мы оказались за закрытыми дверями, пришло время для интриг, для настоящей большой политики.
— Позвольте спросить Вас, Демид, — сказал я, опускаясь в своё кресло, пока он садился напротив на стул, — чего вы действительно хотите в жизни? Вот по-честному, без протокола.
Демид на мгновение погладил свои усы.
— Полагаю, если быть до конца откровенными друг с другом, я бы сказал Вам, что хочу жить как король. Богатство, власть, полная автономия. Чтобы никто не указывал, что делать.