Осколки
Шрифт:
Ник слабо улыбнулся.
— Странно, именно об этом мне все время говорит Анжела, что я сошел с ума, если, на самом деле, верю, что она когда-нибудь вернется ко мне. Но все было бы по-другому, не так, как раньше. Я все время ей повторяю, что готов пойти на компромисс.
— Правда? — Данте скептически выгнул бровь. — Я знаю тебя уже сколько? Восемь, нет девять лет? Я ни разу не видел, чтобы ты от чего-то отказывался, не настояв на своем. Я не виню Анжелу за то, что она тебе не верит. Честно говоря, мой друг, у тебя дерьмовый послужной список.
— Я
— Можешь? Ты правда думаешь, что можешь? — бросил вызов Данте. — Давай проверим эту теорию, а? Ты готов привести Анжелу к себе домой? Или, эй… это всего лишь твои фантазии?
Ник не ответил, упорно сжав губы, не сводя взгляда со своего друга.
Но Данте только начал.
— Хорошо, давай посмотрим, что еще ты, предположительно, готов сделать, если решил пойти на компромисс. Она может звонить тебе, когда захочет? Отправлять смс-ки или писать на электронную почту? О, и, ты позволишь ей выбрать ресторан, в котором вы будете ужинать, по крайней мере, довольно часто?
— Да, — ответил Ник. — С рестораном я согласен. В пределах разумного, конечно. Мне все равно в какой пойти, но я не буду есть фаст-фуд или жирную еду на вынос, или в пабы, которые предлагают посмотреть футбольный матч в понедельник вечером с «Будвайзер» и горячими крылышками.
— Сноб, — крикнул Данте. — Ты едва снизошел, чтобы посетить ресторан моей семьи, хотя потом признался, что это была лучшая итальянская еда, которую ты когда-либо пробовал. Но как насчет первой части вопроса, Ник… телефонные звонки и тому подобное?
Ник заколебался.
— Честно говоря, я не знаю. Думаю, мне придется согласиться на контакт с ней через смс-ки, телефон и почту, но только в ограниченных размерах. Ты же знаешь, как я отношусь к своей личной жизни.
Данте вздохнул.
— Да, ты настоящая заноза в заднице и плюс ко всему еще и параноик. Ладно, следующий вопрос. Ты готов познакомиться с ее родителями? В конце концов, Анжела — девушка из хорошей итальянской семьи, и я уверен, что ее родители будут настаивать на встрече с ее парнем? С мужчиной?
— Я не знаю, но мне кажется, что ей совершено наплевать на то, что хочет ее семья. Из того, что я знаю, там имеются некие сложности… нет, вернее ужасные отношения. Они не очень хорошо относятся к Анжеле, особенно ее мать.
Данте покачал головой.
— Опять ты не ответил на мой вопрос, Ник. Если бы она попросила тебя… скажем, пойти с ней на семейную свадьбу или на день рождения ее отца, ты бы пошел?
Ник попытался ответить вопросом на вопрос.
— А ты бы пошел? Если бы Кэти попросила тебя встретиться с ее родителями, или пригласила бы тебя посетить свадьбу своей лучшей подруги, ты бы согласился?
— Черт, да, — без колебаний заявил Данте. — Я бы пошла куда угодно, куда бы попросила меня пойти Кэти — в кино посмотреть фильм с цыпочкой, в аптеку купить тампоны или посмотреть, как она будет примерять обувь в каком-нибудь магазине три часа подряд.
Ник
— Боже мой, у этой девушки, действительно, потрясающая киска, не так ли? Единственное, что мне приходит в голову, глядя на тебя, что она использовала какого-то колдуна вуду, чтобы тот тебя околдовал, или же обладает золотым влагалищем.
Данте ухмыльнулся.
— Ну, у нее определенно имеется последнее, она наверняка воздействует на меня как заклинание, и даже если я потом потерплю поражение, я не против, потому что для меня эта боль от поражения будет сладкой в этом гребаном мире. Но, послушай, сейчас разговор идет не обо мне, а о тебе. Я уже говорил тебе, что обращаюсь со своими женщинами, как с кем-то особенным. Вопрос в том, как далеко ты готов пойти в своих компромиссах, чтобы вернуть Анжелу? Потому что пока, я не слышу ничего нового, ту же старую песню, которую ты поешь всегда.
— Да, я знаю. — Ник вздохнул от разочарования. — Это называется быть зажаты между молотом и наковальней, Дэн. Я хочу, чтобы она вернулась, я знаю, что должен измениться, но старые привычки тяжело умирают, понимаешь? Думаю, я все еще достаточно эгоистичен и не слишком хочу меняться. Хорошо бы, чтобы она согласилась просто поговорить, если пока больше ничего не получается.
— Ну, вот и подумай, — предложил Данте. — Если ты говоришь, что она не хочет тебя слушать и, что более важно, ты не готов идти на компромисс, тогда прекрати говорить и начни действовать. Из того, что я наблюдал, между вами было довольно жарко несколько лет назад. Просто покажи ей, что она упускает. Если, конечно, она упускает это на самом деле.
Глаза Ника опасно сузились.
— Какого черта это значить?
— Ты говорил, что она встречается с другим парнем, да? Что он — прыгун с шестом, или метатель копья или что-то типа того?
— Прыгун в высоту. И уверяю тебя, — произнес Ник, — что такой ботаник, как он, не способен удовлетворить такую женщину, как Анжела.
Данте весело улыбнулся.
— Так чего же ты ждешь тогда? Ах, да, ты бы нарушил одно из своих правил, не так ли? Которое ты озвучил мне несколько минут назад — ты не уводишь женщин у других мужчин.
— К черту это. — Ник стукнул кулаком по столу достаточно сильно, что подскочили тарелки и столовые приборы, и Данте пришлось подхватить свой бокал с вином. — Она ему не принадлежит. Ангел была моей, и я решил забрать свою собственность.
— Э-э, э-э. — Данте решительно покачал головой. — Видишь ли, именно эту часть в отношениях тебе нужно подкорректировать, Ник. Ты не трахаешь свою собственность. Анжела никогда не была твоей собственностью, она тебе не принадлежала, хотя ты и обращался с ней четыре года назад, именно так. Отношения — это отдавать и брать, это не односторонние усилия, которые ты применял. И пока ты не будешь готов принять это, а вернее осуществить, то Анжеле будет чертовски лучше, если ты просто оставишь ее в покое.