Шрифт:
Annotation
Новинка от Джоанн Харрис, автора четырех циклов книг, мастера в создании уникальной атмосферы и захватывающего сюжета с сочетанием мистики, фэнтези и реализма. Главная героиня решает изменить существующие стереотипы в обществе и доказать, что открыть в себе новые способности и стремления можно в любом возрасте, а также, что никогда не поздно начать жить для себя. Берни Мун чувствует себя невидимкой. Она отдала свою жизнь другим людям – мужу, сыну, матери, друзьям (хотя у нее никого из них не осталось). В 16 лет она была полна надежд и сил. Теперь, когда ей исполнилось 50, она угасает.
Джоанн Харрис
Плейлист
Вступление: A Kind of Magic[1]
Песня первая: Girls Just Wanna Have Fun[3]
Песня вторая: Manchild[6]
Песня третья: All I Really Want[14]
Песня четвертая: Strange Phenomena[17]
Песня пятая: Fight Like a Girl[21]
Песня шестая: The Beast in Me[22]
Песня седьмая: Little Plastic Castle[25]
Песня восьмая: Unchained Melody[29]
Песня девятая: I Missed Again[33]
Песня десятая: Another One Bites the Dust[34]
Песня одиннадцатая: Changes[35]
Песня двенадцатая: Mirrors[37]
На бис: The Man With the Child in His Eyes
Краткое содержание
notes
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
Джоанн Харрис
Осколки света
Фреду Харрису, лучшему мужчине
Плейлист
Вступление: Queen – A Kind of Magic
Песня первая: Cyndi Lauper – Girls Just Wanna Have Fun
Песня вторая: Neneh Cherry – Manchild
Песня третья: Alanis Morissette – All I Really Want
Песня четвертая: Kate Bush – Strange Phenomena
Песня пятая: Emilie Autumn – Fight Like a Girl
Песня шестая: Nick Lowe – The Beast in Me
Песня седьмая: Ani de Franco – Little Plastic Castle
Песня восьмая: The Righteous Brothers – Unchained Melody
Песня девятая: Phil Collins – I Missed Again
Песня десятая: Queen – Another One Bites The Dust
Песня одиннадцатая: David Bowie – Changes
Песня двенадцатая: Sally Oldfield – Mirrors
На бис: Kate Bush – The Man With the Child in His Eyes
Вступление: A Kind of Magic[1]
1
Из «Живого журнала» Бернадетт Ингрэм (под никнеймом «Б. И. как на духу1»):
26
На месте первых семи лет моей жизни зияет пустота. До них я ничего не помню. Большинство детей запоминает хоть что-нибудь, а вот я – нет. Ни любимой игрушки, ни колыбельной, ни даже падения с лестницы. Мои воспоминания начинаются с полседьмого вечера двенадцатого сентября тысяча девятьсот семьдесят девятого, и эти события я помню с кристальной четкостью.
Был мой день рождения, и мама с папой повели меня посмотреть на фокусницу, госпожу Чаровник. Вижу тот вечер как наяву. Красная ковровая дорожка на длинной лестнице, красный бархат кресел, от старости потускневший до персикового, театральные бинокли на спинках. Запах дыма, огни концертного зала, музыканты в оркестровой яме, херувимы на потолке… Каждая мелочь сохранилась в памяти, кроме одной: там была Кэти. Остался даже чуть потускневший снимок, на котором мы вдвоем стоим в фойе. Мы похожи на сестер. У нас все одинаковое: и темные волосы до подбородка, и челка, и оживление на лицах. Даже платья одного фасона: на мне розовое, на Кэти – голубое. Сомнений нет, это снимок с того вечера, и все же я совершенно не помню там Кэти. Будто вырезали из памяти.
Зато помню все остальное. Огни, музыку, изумленную тишину в зале. Кролика из черного цилиндра. Стеклянный ящик и семь мечей. Жуткую голову Сфинкса в коробке. Бумажные цветы и порхающих голубей. Сильнее всего мне запомнился фокус со столом. А еще ее взгляд и слова, которые она прошептала мне на ухо. Да, это я помню прекрасно. Тогда-то и свершилось истинное волшебство.
Сначала появился обеденный стол, накрытый скатертью из дамаста и уставленный посудой, канделябрами и бокалами вина. Госпожа Чаровник раскинула руки, демонстрируя нам вазы с фруктами, изящные конфетницы и блюда под крышками. Задняя часть сцены была вся увешана зеркалами, отражающими свет. Я даже увидела в них свое бледное личико в первом ряду. Оно волшебным образом зависло в воздухе, как шарик на новогодней елке.
Барабанная дробь. Погас свет. Зал смолк в ожидании. Чаровник в мгновение ока сдернула скатерть со стола, не загасив ни единой свечи, не сдвинув с места посуды, кроме бокала вина – он как-то очутился у фокусницы в руке, и она подняла его, чествуя зрителей. Остальные бокалы и тарелки остались на месте. Миг – и Чаровник развернула стол, и канделябр оказался на противоположном конце…
Тогда я была совсем маленькой, однако же прекрасно все помню. Грим на лице фокусницы. Ее костюм – серебристый фрак, черные сапоги, сдвинутый набок цилиндр. Она улыбнулась мне, а потом с удовольствием отпила из бокала. «За нас!» – говорил ее взгляд.
Наверное, она заметила, как я глазею на нее с первого ряда. Помощники торопливо уносили тяжелый стол, а она подошла к краю сцены, опустилась на колено и ласково зашептала мне на ухо. А потом встала, единым духом допила вино, подмигнула мне и поклонилась публике под оглушительные аплодисменты.
Дома я сказала маме, что хочу стать волшебницей, как та женщина в серебристом костюме, госпожа Чаровник.
– Берни! – рассмеялась мама. – Волшебства не бывает. Это просто фокус с зеркалами. И не госпожа, а господин. Та женщина – его помощница. А Чаровник – мужчина в костюме и плаще.