Осколки маски
Шрифт:
– А ещё он, пользуясь тем, что Эрна-тян ничего не знала об изгнании, посмел выкрасть невесту моего воспитанника.
– Что?! – расширились глаза Юшимитсу.
– То, что они помолвлены, вам тоже доказывать надо? Уж извините, не думал, что вы настолько низко цените слово Аматэру, так что и бумаг с собой не взял. Но может, проще спросить саму Эрну?
– Я… Нет… Я верю вам на слово, – пробормотал он, приходя в себя.
– Хочу повторить свои вопросы, заданные вам не далее, как позавчера. Вы по-прежнему утверждаете, что не похищали Амин Эрну, и что она ушла с вами
– Да, – прорычал он, играя желваками.
– И у вас она находится по доброй воле, и вы её не удерживаете?
– Да, – произнёс он сквозь губы.
– И вы по-прежнему считаете, что у нас нет на неё прав?
– Нет. Я ошибался, – выдавил он. – Кое-какие права вы на неё имеете.
– В таком случае, мы уходим. А вы, горе-похититель, запомните этот день и не повторяйте своих ошибок. Я уже однажды просил вас, но попрошу вновь, последний раз: хватит уже липнуть к нашему Роду, добивайтесь всего сами. И да, не забудьте прислать мне голову этого недоноска.
***
– А ведь и правда, в последнее время они только и пытаются украсть что-нибудь у Аматэру.
– Увядает Род Нагасунэхико, увядает.
– И главное, сколько апломба было…
***
– Парень его с дерьмом смешал. Говорил я тебе – Аматэру не так-то просто взять. А ты мне всё – “На грани, на грани!”
– Кто ж знал, что Нагасунэхико настолько… настолько неумны?
– Это да. Похищать невесту Слуги Аматэру – это надо совсем дураком быть.
***
– И вот этот вот ещё смеет на нас давить?
– Не перегибай, они на Аматэру споткнулись, а нам до них далеко.
– И что? Мы, по-твоему, низшая форма жизни? Должны прогибаться под каждый сдающий Род?
– Не под каждый. Просто… Ладно, потом об этом поговорим.
***
– А серьёзно, ты помнишь, когда Нагасунэхико последний раз сами что-то делали, а не у других отбирали?
– Малайзия.
– Ну да, ну да. Но это был прошлый глава клана, а сам Юшимитсу?
– Не помню. Он либо скупал уже готовое, либо отнимал.
– Не повезло им с главой.
***
– Не те уже Нагасунэхико.
– Надо бы прикинуть, как безболезненно свернуть наши с ними дела.
– Нет, ну в ближайшие десятилетия они ещё будут в силе. Зачем нам…
– А ты подумал о том, что Аматэру выиграл лишь бой? Конфликт-то продолжается. И на кого ты после сегодняшнего поставишь? Уверен, что они продержатся эти твои десятилетия?
– Хм…
***
– Ну что, будешь меня слушать в следующий раз?
– Да я и в этот как бы…
– И теперь мы имеем отличный торговый центр! А ты – “испугался”, “подставить хочет”. Аматэру словами не бросаются.
– Да, да, ты была права, отстань, а?..
– А ведь мы ему теперь должны. Не сильно, но должны.
– Хватит уже сыпать мне соль на рану! Я и без тебя всё понимаю.
– И отдай ты ему уже эти кристаллы.
– Ох, боги, помолчи ты уже.
***
– Нам определённо надо как-то свести с ним Анеко.
– Кто ж спорит? Но теперь окончания войны в Малайзии ждать. Раньше и пытаться не стоит.
***
– Молодец Синдзи. И вот с ним ты хотел воевать?
–
– Это мозги и воля. Такого проще сразу убить, а ты хотел растянуть удовольствие.
– Не перегибай. К удовольствию это не имеет отношение.
– Помирись с ним. Ни к чему хорошему ваша вражда не приведёт.
– А вот это мы ещё посмотрим.
***
В ярко освещённом кабинете собрались трое. Глава клана Нагасунэхико и его сын с внуком. Юшимитсу сидел за своим столом, Нориаки, сын главы и наследник клана, устроился в кресле у стены, а старший внук Юшимитсу и сын Нориаки – Оуджи, нервно ходил из стороны в сторону.
– И мы это вот так оставим?! – воскликнул остановившийся Оуджи.
– Успокойся, – ответил Юшимитсу. – Не забывай, что ты Нагасунэхико.
– А значит, эта тварь смешала с грязью и меня! – ответил на это Оуджи.
– Успокойся и прекращай кричать, – произнёс резко Юшимитсу. – Иначе я не посмотрю, что ты мой внук и уже взрослый парень, выпорю как малолетнюю истеричку.
– Блин, – отвёл от него взгляд Оуджи. – Отец, хоть ты со мной согласен?
– Ты пока ничего и не предложил, – ответил Нориаки. – Но отец прав, прекращай тут истерить.
– Да что ж такое-то? Вам что, плевать на произошедшее?
– Молодой ты ещё, – покачал головой Юшимитсу. – Ну проиграли мы этот раунд, и что? Нас смешали с грязью? Так у него было на то право. Ты себя-то не обманывай – мы изначально поступили довольно неприглядно.
– Отец прав, – произнёс Нориаки. – Если уж ударил кого-то, будь готов, что противник влепит тебе со всей дури. Аматэру ещё жестить не стал, дал нам моральную оплеуху – и всё.
– Моральную? Да ты вообще слышал, что о нас теперь говорят? – удивился Оуджи.
– Поговорят и забудут, – ответил Юшимитсу. – А кто не забудет, тому мы в этом поможем. Пойми, внук, опыт, набранный нашим Родом за тысячелетия, говорит вполне однозначно – не спеши. Торопыги очень быстро исчезают. И нечего злиться на всё подряд, злость – не самый лучший советчик. А Аматэру… Да, раунд мы слили, мальчишка переиграл нас вчистую, но игра-то ещё продолжается.
Глава 18
Вернувшись домой, я, не переодеваясь, завалился в гостиную, где и развалился в кресле. Напряжный вечерок получился. Но продуктивный. Напряжный не в плане, когда надо изворачиваться и на ходу придумывать, что ответить, а в плане сдерживания себя. Слишком много я мог сделать, например, облить Нагасунэхико таким количеством помоев, что они годами бы отмывались. И я сейчас даже не о кульминации вечера говорю, хоть и там я сдерживался, а про то время, пока ходил между гостями. Постоянно одёргивал себя, чтобы не намекнуть на что-нибудь. Чтобы не припомнить вслух о каком-нибудь моменте из своей или Нагасунэхико жизни. Да и Абдушшакура я почти пристрелил. Очень хотелось, хоть и нельзя было — стрельба на приёме, куда тебя пригласили, не лучшим образом отразилась бы на моей репутации даже при наличии повода. В целом на прошедшем приёме мне постоянно приходилось себя одёргивать.