Осколки Альдераана
Шрифт:
Они обнаружили обломок истинного ядра Альдераана, сердца мира её матери. Другие молодые рыцари-джедаи наклонились вперёд, чтобы увидеть, как «Скальный дракон» приближается к астероиду.
— То, что надо, — сказала Джейна.
Глава 12
СКАНИРУЯ ПОВЕРХНОСТЬ Эннта, Зекк с удивлением обнаруживал разбросанные поселения в тех же местах, где восемь лет назад были разрушены предыдущие города.
Зекк скорректировал курс «Громоотвода», направляя его в поток шаттлов, направлявшихся к главному поселению, где когда-то жили его родители, где
Включив корабельную систему связи, Зекк передал сообщение в барак центральной диспетчерской, назвав себя. Он вкратце рассказал свою историю - что он был блудным сыном Эннта, который теперь вернулся.
Вышедшая на связь женщина-диспетчер приветствовала его с удивлением, но в её голосе слышалась измотанность человека, обременённого слишком большим количеством обязанностей. Она подключила к разговору оперативного руководителя по имени Растур, который отвечал за эвакуационные мероприятия. Зекку показалось, что он вспомнил этого человека: во время предыдущей катастрофы храбрый молодой солдат по имени Растур был награждён за свои геройские подвиги. Он, очевидно, был повышен в звании и теперь нёс главную ответственность за сохранение жизней стойких колонистов Эннта.
Снижаясь на «Громоотводе» в пояс грозовых облаков, Зекк надеялся, что название корабля себя не оправдает. Он пролетел сквозь чёрные бугристые грозовые тучи, взбудоражив погодные системы, и без того возмущённые приливным хаосом приближавшейся луны.
Внизу расстилался чёрный беспорядочный ландшафт Эннта. Застывшая лавовая порода выделялась растрескавшимися корками. Разрушенные скальные выступы, сформировавшиеся в результате извержений всего восемь лет назад, выглядели свежими и прочными.
На твёрдом каменистом ландшафте Зекк увидел зелёные пятна— маленькие жемчужины сельскохозяйственных угодий, удобренные и вспаханные. К его удивлению, рабочие всё ещё лихорадочно прочёсывали поля, собирая последний урожай перед вынужденным отлётом со своего обречённого мира. Этих запасов продовольствия должно было хватить людям на станциях для беженцев до тех пор, пока колонисты Эннта не смогут в следующем году восстановить свои поселения на пустынном ландшафте.
Борясь с бурным ветром, корабль Зекка приблизился к остаткам оживлённого космопорта — расчищенной посадочной площадке, окружённой разобранными зданиями и частично разрушенными складами. Молодой человек повёл «Громоотвод» туда, где с грохотом поднимались в воздух несколько грузовых кораблей, тяжело нагруженных людьми и припасами. Не обладавшие хорошей аэродинамикой корабли вихляли, набирая высоту. Другие корабли приближались и кружили, выискивая любое доступное место для посадки.
Посадив корабль, Зекк открыл люк и спустился по трапу, готовый прийти на помощь. Поисковики и спасатели сновали вокруг — добровольцы, колонисты, каждый делал свою часть работы. Воздух, пропахший дымом и серой, был насыщен влагой и озоном от грозовых туч над головой.
На городской площади Зекк увидел стоявшие вдоль сложенных из лавового кирпича стен огромные статуи, красочные картины. Яркие художественные проявления были везде, куда бы он ни повернулся, — и всё это оставлялось здесь. Каждый скульптурный и живописный шедевр был изваян или написан за последние восемь лет — в знак благодарности колонистов
К стоявшему у «Громоотвода» Зекку бросилась молодая женщина. Она была подтянутой, лет двадцати с небольшим, одетой в удобный рабочий костюм; её тёмно-каштановые волосы были коротко подстрижены. Глаза цвета глубокой сепии [7] щурились от усталости и напряжения.
— Ты — Зекк? — спросила она, жестом приглашая его за собой в здание штаб-квартиры, откуда она только что вышла, и сразу же, не дожидаясь Зекка, направилась назад, как будто у неё совсем не было времени на светскую беседу.
7
Сепия в реальном мире - светло-коричневое красящее вещество, добывающееся из чернильных мешков морских моллюсков. (Прим. S.)
— Добро пожаловать в Другой Хоуптаун, — крикнула она через плечо. — Я Шиннан. Я помню твоих родителей во время последней эвакуации: мне тогда было тринадцать лет. А ты тогда был совсем мальчишкой... семь?
— Почти девять, — поправил Зекк. — Думаю, я тоже тебя помню. Ты была эдакой маленькой командиршей: указывала другим детям, что делать.
Она улыбнулась.
— Да, а теперь вот я большая командирша и указываю, что делать, взрослым. Надеюсь, ты прилетел сюда, чтобы помочь. На последних этапах эвакуации дополнительная помощь нам, конечно, не помешает.
Зекк посмотрел наверх, на темневшие облака. Он увидел перекрещивающиеся линии корабельных выхлопов, похожие на белую паутину, подсвеченную вспышками молний.
— Я вернулся домой, — сказал он. — Я многое сделал в своей жизни, но теперь я вернулся на Эннт. С радостью протяну вам руку помощи.
Он поспешил, чтобы не отставать от быстро шагавшей Шиннан. Вокруг он видел фундаменты разрушенных зданий и укрытые тентами штабеля припасов, привязанные и ожидавшие, когда их заберут грузовые корабли. Колонисты Эннта продолжали упорно работать без отдыха, умудряясь выглядеть одновременно взвинченными и организованными.
По пути к главному командному центру они проходили мимо заброшенных зданий; некоторые крыши обрушились, окна были выбиты. Подземные толчки сотрясали Эннт в течение последнего года или около того, но колонисты ждали до последней минуты, чтобы собрать вещи. Частично благодаря Силе, частично благодаря собственным нервным окончаниям Зекк чувствовал, как земля дрожит у него под ногами, как будто он стоит на бомбе, которая только и ждёт того, чтобы взорваться.
Единственными постройками, в которых ещё оставались люди, были небольшие каменные домики рядом с командным центром — вероятно, жилища Шиннан, Растура и других работников эвакуированных команд, которые поклялись оставаться здесь до самого последнего момента... точно так же, как, к сожалению, поступили его собственные родители восемь лет назад.
Земля внезапно всколыхнулась, как будто прямо под поверхностью находился извивающийся крайт-дракон. Зекк споткнулся, но Шиннан даже не замедлила шага. Толчки прекратились всего за несколько секунд. Не сказав ни слова, девушка впустила его в командный центр.
К ним подошёл худощавый, сурового вида мужчина. Его глаза казались старше него на много лет, на лице пролегли морщины от напряжения. Он нёс в себе глубокую печаль.
— Растур, это Зекк — вернулся к нам после стольких лет.