Оскал гориллы

Гарднер Эрл Стенли

– Вы решили, – спросил Мейсон, – устроить перекрестный допрос своему собственному свидетелю?

– Видите ли, – сказал Гамильтон Бергер, – хотя замечание ваше, скорее всего, излишне, но в конце концов мистер Эддикс не может сам заступиться за себя.

– Ну что ж, – непринужденно обратился Натан Фэллон к Гамильтону Бергеру, – возможно, вы придумаете объяснение получше.

Публика в зале суда грохнула от смеха, и даже судья Манди улыбнулся.

– Мистер Эддикс не посвящал вас в свои секреты?

– Мистер

Эддикс не любил меня. Я не любил мистера Эддикса. Полагаю, что в самое ближайшее время я был бы уволен, если бы не смерть мистера Эддикса.

– Вы уехали из Стоунхенджа в среду, в день убийства?

– Да, сэр.

– Во сколько примерно?

– Я вылетел в Лас-Вегас, днем, двухчасовым рейсом.

– Вы получили инструкции касательно того, что должны были делать в Лас-Вегасе?

– Да, сэр. Я должен был вернуться со ста пятьюдесятью тысячами долларов наличными.

– Вы выполнили эту инструкцию?

– Нет, сэр. Не выполнил.

– Почему?

– Потому что не решился носить с собой такую большую сумму наличными. Когда я услышал о смерти мистера Эддикса, я отнес всю наличность в банк и положил ее на счет мистера Эддикса. Я известил по телефону поверенного мистера Эддикса о том, что собираюсь предпринять.

– А мистер Херши покинул Стоунхендж до вас?

– Нет, сэр. Мы ушли с ним одновременно. Мистер Херши отвез меня в аэропорт, а затем поехал в Санта-Барбару.

– Кто находился в Стоунхендже в тот момент, когда вы уходили?

– Бенджамин Эддикс.

– Кто еще?

– Больше никого.

– Но ведь это было довольно необычно?

– Да, сэр. Это было в высшей степени необычно.

– Начинайте перекрестный допрос, – обратился Гамильтон Бергер к Мейсону.

– Почему вы считаете это необычным, мистер Фэллон?

– Потому что обычно кто-то ухаживал за животными, да и дом требовал присмотра со стороны экономки; кроме того, обычно приходили несколько слуг.

– Но когда вы уходили, в доме не было никого, кроме мистера Эддикса?

– Совершенно верно. Несколькими днями раньше мистер Эддикс выразил сильное неудовольствие тем, как содержалась часть дома, отведенная под зоопарк. Он уволил всех служащих, ухаживавших за животными.

– А кто кормил животных, чистил клетки, ну и все остальное, после того как дрессировщики были уволены?

– Мы, – проговорил Фэллон с явным отвращением. – Это как раз и было одной из главных причин возникших между моим хозяином и иной трений. На такого рода работу я не нанимался.

– Вам помогал мистер Херши?

– Мистер Херши и Бенджамин Эддикс. Мы делали это втроем.

– А слуги, кто занимался домашним хозяйством?

– Никаких слуг не было. Домашним хозяйством никто не занимался.

– Случались ли вследствие этого какие-нибудь происшествия?

– Да,

сэр.

– Какие?

– На мистера Эддикса напала одна из горилл, она просунула лапу сквозь прутья решетки, схватила Эддикса за пиджак и притянула его к клетке. Я закричал и принялся стучать по решетке скребком, которым чистил клетки, а мистер Эддикс рванулся, и ему удалось высвободиться.

– Он получил какие-нибудь повреждения?

– Да, сэр. У него был серьезный вывих ноги, а также глубокие царапины на лице.

– Когда это произошло?

– В понедельник утром.

– У меня все, – сказал Мейсон, – больше вопросов нет.

Гамильтон Бергер вызвал в качестве свидетеля фотографа, который продемонстрировал фотографии лежащего на полу тела и расположение пятен крови, брызнувшей из раны на шее на стену и ковер. Он также представил снимки лица мистера Эддикса, на котором были видны царапины от когтей гориллы.

– Задавайте вопросы, – сказал Гамильтон Бергер.

– Я обратил внимание, что здесь две разные фотографии лица убитого, сказал Мейсон, – на одной из них хорошо заметна щетина, а на другой лицо убитого чисто выбрито.

– Первая была сделана до того, как тело перевезли в морг, а вторая вскоре после вскрытия. Служащий морга побрил лицо покойника, когда готовил того для погребальной церемонии.

– То есть вы сфотографировали тело, а после этого вас послали сделать еще несколько фотографий? Я правильно понял?

– Да, сэр.

– С какой целью это было сделано?

– Я не знаю.

– Но вы получили инструкцию пойти в морг и сделать еще несколько фотографий, на которых были бы хорошо видны черты лица?

– Да.

– Чисто выбритого?

– Да.

– С целью опознания?

– Мне неизвестно, с какой целью. Мне велели их сделать, и я сделал.

– Благодарю вас, – проговорил с улыбкой Мейсон. – У меня все.

– У нас по этому делу все, Ваша Честь, – сказал Гамильтон Бергер.

– Хотел бы обратить внимание Высокого Суда на тот факт, – сказал Мейсон, – что я просил разрешения задать на перекрестном допросе еще несколько вопросов после выяснения одной проблемы. Я прошу вас предоставить мне возможность уточнить один технический вопрос посоветоваться со своим компаньоном. Приближается время обеденного перерыва. Не мог бы суд продолжить слушание дела завтра утром в десять часов?

Судья Манди покачал толовой:

– У вас была возможность подготовиться к слушанию дела, мистер Мейсон. Окружной прокурор в самом начале слушания дела предложил вам попросить отсрочку. Суд не собирается проводить слушание по частям. Я объявляю перерыв на пятнадцать минут, так что у вас будет возможность посоветоваться. Суд объявляет перерыв на пятнадцать минут.