Ошибка комиссара
Шрифт:
Итак, плыли себе по Шексне славянские колонисты, увидели возвышенность и порешили там жить. Как они сами звали свое поселение никто не знает, но местность получила название «Череповесь». К племени весь окончание тоже никакого отношения не имеет, просто, так называть удобнее.
Место, где нынче стоит наш город, очень удобное. В Шексну впадает река Ягорба, а по самой Шексне можно попасть хоть в Белое озеро, а хоть и на Волгу. Понятно, что и рыбы водится множество, а в лесах немеряно дичи. С землей, правда, не очень хорошо и поэтому прокормиться только с земли невозможно. А еще в болотах залегала железная руда. Качество скверное, но лучше, чем ничего. А если учесть, что до открытия Уральских месторождений иной руды в России не было — так это вообще клад!
Жили
Не минула чаша сия и Череповец. Поселение, которое могло бы считаться городом, вымерло и стояло заброшенным много лет. А вот в конце XIV века сюда пришли иноки Афанасий и Феодосий — ученики самого Сергия Радонежского и основали здесь Череповский Воскресенский монастырь.
С появлением монастыря стала возрождаться жизнь. Сюда подтянулись крестьяне, бежавшие из центральных княжеств, опять-таки стали ловить рыбу рыбаки, потому что река Шексна давала жизнь и пахарю, и рыболову. А ловили рыбу очень хитрым способом — с помощью ёзов — деревянных клетей, в которые рыба заплывает, но выплыть не может. А рыбаки сидят сверху и вычерпывают рыбу большими сачками. И водилась в Шексне и стерлядь, и белорыбица, и осетр. Шекснинская стерлядь отправлялась в Москву. Царь Иван Грозный очень любил копченую рыбу и даже жаловал иноземных дипломатов шекснинской стерлядью, которая считалась чем-то вроде ордена.
Вокруг монастыря появился посад — основа будущего города.
Кстати, на забыть упомянуть строки поэта про «шекснинсу стерлядь золотую» и пояснить, что «золотой» ее считали из-за янтарного цвета мяса, а такой цвет достигался благодаря насекомым, которыми оная стерлядь и питалась. Увы, с появление Волго-Балта, частью которого стала река Шексна, исчезла и стерлядь, да и осетр уже не водится. Ладно, если судак заплывает к нам из Белого озера, но не часто.
Так вот и жил себе монастырь. Монахи и землю сами пахали, и рыбу ловили. Разумеется, угнетали окрестных крестьян, которые считались «монастырскими». Как же без угнетения-то? Правда, крестьяне тоже монахам спуску не давали, а иной раз даже и убивали иноков, если им казалось, что монахи зарятся на их землю. Одного бедолагу, с которым мужики не поделили покос, даже на кол посадили.
А потом на Руси случилась Смута. В Угличе, при странных обстоятельствах погиб законный наследник династии царевич Дмитрий, на престол сел Борис Годунов, при котором три года случались неурожаи — суровая зима, из-за которой гибла озимая рожь, дождливое лето, пагубно воздействующее на пшеницу, привело к страшному голоду. А вот «виновником» всего этого было извержение вулкана в Перу, который выбросил в атмосферу кучу пепла и создал «малый ледниковый период» во всей Европе.
Но объяснить крестьянам взаимосвязь природных факторов и голода было некому, да и никто тогда не смог бы это понять, поэтому они стали искать виновника поближе. А кто виноват, если не царь? Ежели Господь бог на царя сердит, то наказывает народ. А вот, был бы настоящий, «природный царь», то все бы стало на свои места. Как водится — спрос рождает предложение. Из Польши к нам прибыл Лжедмитрий I, потом его дружненько свергли и убили, выбрали нового царя, но и того скинули. А дальше историки запутались — сколько самозванцев имелось на Руси? Кто-то называет пятнадцать, а кто семнадцать. В общем, много. И, как следствие, гражданская война, интервенция. Польские отряды, что рыскали
Но все-таки, появляется народное ополчение, избирают нового царя Михаила, воцаряется династия Романовых.
А Череповецкому монастырю постоянно не везет. Монахи его отстраивают, но постоянно возникают какие-то проблемы. То молния попадет в храм и все сгорит, то настоятель, собравший деньги на восстановление церкви сбежит вместе с деньгами. Или другой настоятель тоже сбежит, пусть и без денег. Какое-то время монастырь походил на бандитский притон — новоприбывшие из других обителей иноки начнут проводить настоящий террор в стенах святой обители — стрелять по своим братьям из пистолетов, колоть их шпагами.Дело дошло до того, что один из настоятелей слезно молил патриарха, чтобы тот отправил его в другую обитель, поспокойнее.
К началу XVIII века все будто-то бы обустроилось и образумилось, но тут уже грянули реформы Петра. Вместо патриарха создается Святейший синод, в монахи молодежи уходить запретили, выручка от монастырских земель шла в казну.
Но Петра пережили, а его наследники поначалу монастыри не ущемляли. И Череповецкий Воскресенский монастырь стал потихонечку оживать, благо, что река Шексна — а это и рыба, и торговые пути, давала такую возможность. Общими усилиями монахов и крестьян отстроили два каменных храма, чтобы не горели, как прежние, деревянные, колокольню. Но тут уже началась секуляризация монастырских земель, а монастыри, лишившись материальной базы, стали закрываться. Возможно, что и не было бы нашего города, но императрица Екатерина II решила провести территориально-административную реформу и принялась создавать губернии и уезды. А если создавать уезды, то нужно основывать и административные центры, где будет сидеть местная власть, приглядывающая за крестьянами — городничие и капитан-исправники, а еще судьи. И вот, 4 ноября по старому стилю (15 по-новому) вышел Указ Екатерины об учреждении города Череповца.
Город учредили, но поначалу он мало чем отличался от большой деревни. Из каменных зданий существовали только храмы, а все остальное было деревянным. Но опять-таки, потихонечку стали отстраиваться, оживилось купечество.
В 1810 году появилась Мариинская водная система, соединившая бассейн Волги с Петербургом и Балтийским морем. И это, как водится, стало стимулом для развития города. Проходившим мимо на грузовых барках купцам и их приказчикам, а еще бурлакам, тянувшим лямку на баржах, надо было где-то останавливаться, что-то есть и где-то спать.
После отмены крепостного права огромную роль стало играть купечество. Особенно — Иван Андреевич Милютин. Разумеется, Иван Андреевич заботился о своей мошне, он был нещадным эксплуататором рабочего класса и трудового крестьянства, но, тем не менее, он сыграл огромную роль в промышленном развитии города и нашего края.
По его инициативе строились предприятия, включая нынешний завод «Красная звезда», бывший в те годы судостроительным предприятием. Чтобы заполучить себе на заводы и пароходы квалифицированных специалистов, Милютин открывает Александровское техническое училище — теперь Лесомеханический техникум. Кстати, в училище в 1916 — 1918 годах учился будущий легендарный летчик Валерий Чкалов. Как говорят старожилы — отлично играл в футбол, но учился неважно и дисциплину не соблюдал, а из училища его отчислили за то, что на спор с приятелями угнал паровоз.
Вот по поводу «угона» паровоза у меня имеются большие сомнения. Во-первых, чтобы угнать паровоз нужно уметь им управлять. Во-вторых — угонять паровозы в любое время чревато, а уж в восемнадцатом году и подавно! Возможно, череповецкое ЧК и не расстреляло бы будущую легенду, пощадили бы мальчишку, но проблем у него было выше крыши.
Скорее всего, здесь все гораздо проще. Либо само училище закрывалось в период гражданской войны (и преподавать некому и средств на содержание нет), либо отцу Чкалова было не на что содержать сына.