Ошибка чародеев
Шрифт:
Разговоры потекли в простом бытовом русле. Старик добро улыбался и прихлёбывал, поданный ему, горячий настой на травах. Отогревшись, он начал засыпать. Стали говорить потише.
Через некоторое время раздалось бормотание странника, все прислушались:
– Войны завоевателей.
– Прятаться в лесах.
– Духи леса помогут.
– Гибель планет.
– Упадок прежнего дома.
– Гордыня погубит.
– Будущее далеко.
– Солнце в зените.
– Множество миров.
– Птица судьбы.
– Земля – дом.
– Дети-линдси –
Старик замолчал и мирно всхрапнул, в храме повисла звенящая тишина, даже шум дождя прекратился.
Через пару минут Эжени пробормотала:
– Гроза прошла.
Все встрепенулись и начали перешёптываться, с разных сторон слышалось: «Кто это?», «Откуда знает про линдси?» «Пророчество».
– Что значит пророчество? – спросил в полголоса Чинанди.
Люмея, сестра Смайла, еле слышно произнесла:
– Когда Лорис и Вик ходили на разведку к местным жителям, они часто слышали, про пророчества, которые якобы предсказывают то или иное событие.
Старик зашевелился, все притихли. Эрчин потихоньку выглянул на улицу, гроза действительно закончилась, даже тучи разошлись и на небе сияли звёзды.
Чинанди подозвал Смайла, пошептался с ним и подошел к сыну:
– Думаю нам пора прощаться. Смайл сейчас договорится с сестрой о тайной встрече, остальным мы скажем, что прощаемся навсегда.
Эрчин кивнул и подал знак Флорану и Эжени.
Флоран сходил в соседнюю комнату, где стояла кровать для смотрителя храма, там спала Розалия, он взял дочку на руки и вышел к остальным.
Смайл обнял сестру и встал. Чинанди в полголоса обратился ко всем линдси:
– Нам пора, мы завтра рано на рассвете стартуем. Желаем вам всего самого наилучшего.
Один из линдси подал голос:
– Вы ещё прилетите?
– Думаю нет, нас в этот раз приняли очень натянуто, думаю дальше будет хуже. Берегите детей, они обладают силой, и думаю большей, чем маги Сваторики.
– Вы так думаете? – спросил один из линдси.
– Я конечно, только предполагаю, но мучают меня такие подозрения, и боюсь если вы их будете зажимать и не давать развиваться, они в один прекрасный момент вас возненавидят и уйдут. И вы останетесь одни. Научитесь принимать их дары. Вы сбежали от одних волшебников, а у вас родились свои, видимо судьба у вас такая – жить среди волшебства, не обладая силой. Но это ваши дети.
Наступила тишина, задумчивая и тягучая.
– Ну, нам пора, – выдохнул Эрчин.
Некоторые линдси вышли их проводить, некоторые остались в храме, осмысливая всё услышанное.
На звездолёте по каютам расходиться не стали, собрались в огромной, теперь уже, рубке. Эрчин смастерил тихий закуток для Розалии. И все расселись по креслам.
– И зачем нам свои комнаты, – улыбаясь и разводя руки, сказал Чинанди.
Эрчин усмехнувшись, поддержал отца:
– Пора делать перепланировку, отсеки в рубке для
– Я не согласна, может вам холостякам это и подойдёт, а людям семейным всё-таки хочется побыть своей семьёй, отдельно от общества, – шутя, возмутилась Эжени.
– Тогда вам отдельную комнату, напротив рубки, с отсеками здесь, на всякий случай, – поддержал тему Смайл,
Немного поёрничав ещё по этой теме, перешли к основному, всех волновавшему вопросу, вернее вопросам.
Сначала прошлись по пророчеству, пришли к выводу, что стоит записать всё сказанное стариком и проверить по пунктам.
– Эжени, ты сказала, что видишь магию, это как? – задал вопрос Чинанди.
Та улыбнулась и ответила:
– После посещения Чародейки, извините Ведьмы, я стала видеть серебристо-синее сияние вокруг магов и предметов, созданных магией. Вернее предметы наделённые магией, то есть звездолёт наделён собственной магией, он сияет, а вот тарелка для еды нет, хоть и создана магом. Ну, вот, как-то так.
– Интересно, – пробормотал Флоран, – и давно ты поняла, что есть такая способность?
– Если честно, только когда увидела старика и посох. Вернее уже вроде догадывалась, но пока кроме вас никого вокруг не было. Думала, что после Ведьмы такое поле осталось вокруг всех. Кстати, Чинанди вокруг тебя тоже есть свечение, правда очень бледное. А вокруг детей-линдси, родившихся после переселения, тоже есть свечение, но цвет чаще зеленоватый.
– Давайте попробуем облететь Землю, и Эжени посмотрит на неё сверху. Может, тоже увидишь, светится или нет, – предложил Эрчин.
– Я в принципе не против, – кивнула Эжени, – но хотелось бы выспаться.
– Ну, так, можешь идти ложиться спать, – предложил Флоран.
– А остальные? – Эжени оглядела мужчин.
– А мы пока ещё пообщаемся, – бодро ответил муж.
– Ну, так не честно, – Эжени скорчила обиженную гримаску и добавила, – я побуду с вами, лучше сделай так, что бы я могла лежать в кресле, и укрыться бы чем, – обратилась она к мужу.
Эрчин засмеялся:
– Ну, я же говорил, про отсеки и спальные места прямо здесь.
Все посмеялись, но просьбу Эжени выполнили и продолжили общаться.
Сначала решили записать все пункты, так называемого, пророчества. Эрчин взмахнул рукой, и перед ним появилась небольшая доска и рядом карандаш, который был готов писать.
Все по очереди говорили, кто, что запомнил. Карандаш писал. Уточняли – карандаш перечёркивал написанное и писал заново. В общем-то, вспомнили всё, и задумались.
– Думаю, первые три относятся к Земле и к тем, кто на ней живёт, – изрёк Чинанди, – и это не удивительно, тут куча племён, которые воюют между собой. Когда линдси отправляли Лориса и Вика на разведку, они в первую очередь хотели узнать про быт, но в итоге узнали и про постоянные набеги со стороны соседей и войны с ними.