Осада. Часть 2
Шрифт:
Шольт невольно и сам выпрямился, потом наткнулся на взгляд девочки, икнул и поспешно поклонился.
— Л-леди… — Наряд? Да Шольт этот мальчишеский наряд уже и не замечал. Не до него.
— Можешь выпрямиться, — кивнула она, продолжая смотреть прямо на Шольта, отчего тот чувствовал себя всё менее и менее уверенно. — Проводи нас с Арготом до башни, — не просьба, приказ явный и недвусмысленный.
— Эм… госпожа… — несколько неуверенно пробормотал Аргот.
Девочка мгновенно изменилась. Вся величественность куда-то испарилась, и на
— Шольт, если понравилось, обращайся, что я, другу не помогу?
Шольт облегчённо выдохнул. Вытер со лба пот.
— Не надо меня так больше пугать… эм… леди… госпожа…
— Элайна Великолепная, — помогла Шольту девочка. Хохотнул Аргот.
Элайна же вскочила со стула и стремительно зашагала к выходу.
— Хватит тут сидеть, гарлы сами себя не посмотрят.
— Напугала меня до чёртиков, — услышала девочка шёпот Шольта, который делился впечатлением с приятелем. — Как это у неё получилось?
— Опыт, тренировка, наблюдение за отцом и старшим братом, дрессировка по этикету, — ответила вместо Аргота Элайна. — Если ты думаешь, что твой шёпот мне не слышан, подумай ещё раз. И ещё подумай, как думаешь, почему я предпочитаю всякий раз сбегать от высокопоставленного общества подальше к ровесникам? И чем младше дети, тем легче с ними общаться. Они ещё не разучились радоваться чудесам, и они честны в своих чувствах… Вы же… Я впервые говорю со своими ровесниками, которые сохранили умение удивляться и настолько честны в выражениях чувств.
— Хочешь сказать, что мы по развитию как маленькие дети аристократов? — обиделся Шольт.
— В умении контролировать себя — да. И я, кстати, ни разу не сказала, что это плохо. Иначе сейчас сидела бы в курятнике с остальными леди и обсуждала бы… ну не знаю, что они там обсуждают, ни разу не была там.
— В курятнике? — переспросил Аргот.
Элайна поморщилась.
— Я этого не говорила, поняли? Курятник всего лишь помещение, в котором содержат куриц!
— А-а-а, — ехидно протянул Аргот, видимо догадался, что именно девочка обозвала курятником. — Конечно же, курятник — место, в котором содержат исключительно куриц.
— Вы о чём это? — завертел головой Шольт.
— Госпожа интересуется, где в деревнях держат кур, — серьёзно отозвался Аргот. — Что поделаешь, дворцовое воспитание.
Шольт глянул на серьёзного друга, на пытавшуюся спрятать улыбку Элайну.
— Да ну вас, — махнул рукой Шольт.
Хоть отсюда до башни было не очень далеко, можно было бы и пешком добраться, но по статусу Элайне пешком ходить не полагалось… Так-то плевать на статус, девочке и пешком приходилось мотаться по городу по необходимости, когда изучала отведенные беженцам места, но никогда не знаешь, куда придётся отправиться дальше, потому конь должен быть всегда под рукой.
И в высоком статусе Элайны был еще тот плюс, что вместе с ней ездил и конюх, который брал на себя заботу
— Сама не справляешься, что ли? — поинтересовался он.
— Нет. Мой рост слишком мал, до стремени не достаю. Нужна либо подставка, либо помощь. Но это не основное дело дядюшки Клора. Он еще за моим конём присматривает и заботится.
— Личный конюший…
— Герцогской семьи, если быть точным. Помощник главного конюшего в Лоргсе. На нём забота обо всех моих конях.
— А у тебя он не один?
— Четыре, но для дальнего путешествия я всегда выбираю вот этого, — Элайна потрепала коня по шее. — Правда, красавец? Я назвала его Буцефалом.
— Как?
— Буцефалом. Ну, по правде говоря, имя я честно свистнула из мира своего близнеца. Так звали коня одного царя. Ну, как царь он был, откровенно говоря, хреновый, зато как полководец не знал себе равных.
Девочка проследила, как Шольта устроил за спиной один из гвардейцев — у Аргота, оказалось, есть собственный конь… Точнее, конь отца, который сейчас ему был не нужен, и он разрешил сыну его брать, чтобы конь совсем не застоялся. Хоть немного, но разминка. Сейчас вот приходилось ждать, когда Аргот его оседлает. Правда, с помощью Клора это произошло быстро. Так что Аргот быстро пристроился рядом с девочкой, сгорая от любопытства.
— Как это? Почему если он хороший полководец, то плохой правитель?
— Я такого не говорила, я дала характеристику конкретному царю, который за свою жизнь не проиграл ни одного сражения и создал огромную империю…
— Так, значит, он хороший правитель.
— Которая развалилась сразу после его смерти, — закончила Элайна. — Война, Аргот, это всего лишь средство для достижения цели. Одно из, не больше. И даже не всегда главное. А если она сама по себе превращается в цель, то ничем хорошим это не заканчивается. Даже у гарлов эта война не ради войны, а ради объединения и создания королевства. Мы стоим у них на пути. Как видишь, ничего личного.
— А когда они нападали на деревни, это тоже для создания королевства?
— Нет, это для пограбить. Типичные грабители, только лучше вооруженные. Но, обрати внимание, тогда они и не создавали угрозу существованию герцогства, как сейчас.
— Но если ты этого правителя не уважаешь, то почему коня назвала как у него?
— Имя понравилось. Загадочное, могущественное… Как раз идеальное для коня Элайны Великолепной. У Элайны Великолепной всё должно быть самое лучшее.
— Тебе ведь это не надоест, да?