Ось земли

Дивеевский Дмитрий

– Ты убивал невиновных.

– Уж не ты ли решил стать верховным судией и решать, кто виновен, а кто нет? Не ты ли толкал и вправду несознательных мужиков на погромы? Не ты ли плодил заговоры оппозиции? Что, или это неправда? Это правда! Может быть, моим органам безопасности попали под горячую руку невинные. Много невинных. Может быть! Но разве без моей дисциплинирующей диктатуры страна выстоит то, что ей предстоит выстоять?! Или ты думаешь, я не знаю, что ты замыслил?

– Уж не хочешь ли ты сказать, что ты читаешь мои мысли?

– Разве трудно

читать мысли обезьяны? Ты обезьяна, сатана. Ты – обезьяна Бога и мысли твои, как бы они ни были зловещи – это мысли обезьяны. Ты задумал напустить на нас нацизм. Это страшная сила. И я готовлюсь к этому испытанию. Я сделаю из страны военный лагерь, в котором каждое слово командира будет исполняться снизу до верху. За неисполнение – тюрьма и расстрел. Это условие нашего выживания.

– Видишь, какой ты насильник. К тому же ты задумал войну против Польши. Это мне подходит. Ты близок мне по духу, Иосиф!

– Нет, не близок. Ты – исчадие зла. Моя война против Польши – это освобождение украинцев и белорусов, которые стонут под панским ярмом. Ты таких вещей не делаешь. Ты делаешь противоположные вещи. А еще я отодвигаю фашистов от границ моей державы. Я знаю, что я прав. И я действую против твоих интересов, потому что твои интересы состоят в том, чтобы на нашей земле пролились реки крови.

– И все-таки ты работаешь рука об руку со мной. В твоей работе видны мои приемы. Ты интригуешь и убиваешь. Ты – тиран.

– Да, я работаю в окружении твоих сатрапов. С ними нельзя быть искренним и доверчивым. Они сразу же уничтожат такого человека. К сожалению, к власти в человеческом обществе всегда рвутся самые яростные и неудержимые типы, для которых человеческая жизнь разменная монета. Я – единственный среди них, кто работает не ради власти, а ради идеи. Но я вынужден пользоваться их приемами, чтобы исполнить свою идею.

– Ха-ха-ха. Строительство государства справедливости подлыми методами!

– Нет, не подлыми. Просто есть условия борьбы за власть, от которых еще никому не удалось отвертеться. Либо ты принимаешь их, либо гибнешь. А строительство этого государства идет своим путем и я построю его, как бы ты не вертелся!

– Ты фантазер!

– Нет, я хорошо знаю заповеди Христа!

– Не называй имя его…!

– Мне жаль тебя, обезьяна Бога. Ты становишься ничтожеством при одном упоминании имени Его. Так вот, ты умеешь только разрушать. Тебе Господь не дал права созидания. И твоим сатрапам тоже. Все, что может создавать Гитлер – это орудия разрушения. Мне же дано право созидания и я буду созидать первое в истории государство трудовых людей. А твое племя я буду давить беспощадно.

– Ну-ну, диктатор. Посмотрим, посмотрим. Я не хочу больше с тобой говорить, но знаю, что ты плохо кончишь со своим фантазерством. Победа будет за мной!

– Если Он разочаруется в людях и позволит тебе порвать цепь, на которой ты сидишь, может быть. Но это не при моей жизни. Уходи.

Последний разговор Зенона и Порфирия

Так

и не могли два друга сойтись во мнении на Россию. Так и продолжались их споры, и казалось, конца им не будет.

– Мы с тобой, Сашхен, типичные представители русской интеллигенции, то есть, люди, которые мало знают, но много болтают и за свою болтовню ни перед кем не отвечают.

– Это тот редкий случай, когда я с тобой соглашусь, Порфиша. Будь у нас хоть какое-то приближение к истине – давно бы мы уже покончили со спорами. Но нету его, нету.

– Я так понимаю, что и не будет. Не дано нам узнать Божий промысел, поэтому и тычемся в потемках. Хотя нам с тобой проще простого заглянуть в будущее. Меня-то правда, законы времени дальше тридцать седьмого года не пускают. А ты, поди, и в будущее смог бы слетать. А?

– Нет, Порфирий не хочу я заглядывать в будущее.

– Почему, изволь объяснить.

– Боюсь.

– Чего ты боишься, профессор? Ты же знаешь, что по последним данным физики время является величиной постоянной. Оно не движется. Все, что должно случиться, уже случилось, просто мы с тобой пока не в курсе. Может, стоит слетать?

– Время, может и постоянная величина, Порфиша, а человеческие мозги – величина текучая. Если Господь не дал им способности заглянуть в будущее, то не надо Божью волю нарушать. А то окончательно растекутся.

– Может ты и прав. Но заглянуть, честно говоря, страсть как хочется. Просто, зуд по коже. Я вот тебе намедни чуть нос не расквасил из-за Иосифа Виссарионовича. А ведь, поди, как просто заглянуть в будущее и узнать, кто из нас прав. Может, сидит в 2020 году в Кремле новый гуманный диктатор и управляет Россией своей твердой рукой, и она от этого становится только сильней и красивей. А может, там какой-нибудь ставленник международных финансистов и сам тайный миллионер сидит и запускает в нашу державу всякую торгашескую мразь, которая ее соответственно разворовывает.

– А может, сидит там демократически избранный президент и суровой рукой направляет все органы по пути закона и порядка.

– Ой-ой-ой, Сашхен, не смеши. Уже направил один такой демократически избранный, теперь на две пролетарские революции делов хватит разгребать. Или, думаешь, все само собой рассосется?

– Хватит со мною шутить, Порфирий. Ты можешь, хотя бы не на долго побыть серьезным. Дело-то нешуточное.

– Ну, уж прямо таки, нешуточное. Можно подумать, от нас с тобой что-то зависит.

– Тебе не понять, критик, насколько зависит. Отвечай на мои вопросы:

Ты верующий или дурака валяешь?

– Ну, допустим, верующий.

– Допускать в своих критических статейках будешь. Отвечай прямо.

– Верую я.

– В Господа нашего Иисуса Христа или еще в кого?

– Что за вопрос? Конечно в православного Бога.

– Теперь ответь, есть в заповедях Евангелия хоть слово о диктатуре?

– А то нет. Господь всем обещает устроить страшный суд. И вообще он бескомпромиссен. Не то что твои либералы-кошкодралы.