Орта Миос

Афинский Владислав

Опасность представляли и твари, рождённые из пустоты. Иногда они принимали знакомые смертным облики, а порой противоестественные силуэты разрушали сознания одним лишь своим видом. Разум просто не мог понять их структуры, где конец является началом, симметрия отсутствует от слова совсем, да и сами твари будто пришли из многомерных миров. От попытки воспринять их физические образы разум погружался в пучину безумия.

И всё же тяжёлая пехота в рунических доспехах уже выстроилась на очередном перекрёстке. Кому-то всё равно придётся встречать противника и отдавать свои жизни. И раз судьба уготовила этот путь для них… то пусть жертва павших убережёт живых.

Ведь лучшие кузнецы вложили в руки солдат

своё оружие. Фермеры и повара готовили вкусную одежду, а на налоги всего населения создавались новые тренировочные поля. Чтобы в роковой день все они смогли спрятаться за широкими плечами храбрых защитников. И нет большего позора, чем бегство от сегодняшней битвы.

Стройные ряды встречали врага, не давая ему пробиться дальше в Орта Миос. В щитах воинов горели яркие кристаллы, тем самым создавая барьеры. Ощетинившись копьями, они держали натиск Врага, не обращая внимания на серые тела павших союзников. Позади расположились стрелки, сбивающие всякую летающую дрянь и пустотных волков.

Ещё дальше, в последних рядах, заняли позиции инженеры и маги-поддержки. Вовсю трудились гномы, не обращая внимания на грохот битвы вокруг. Без сомнений и страха мастера возились в полу, вытаскивая артефактный фонарь прямо из дороги. Неожиданный удар заставил упасть на колено, но не обезоружил защитников. Несмотря на всю стремительность, пустота поглотила не более десяти процентов города.

И пусть враг ударил неожиданно и резко, он смог вывести из строя систему защиты города вызвав перегрузку энергосети. Все, даже хорошо изолированные, источники питания разрядились, руны потухли, местами даже прочные каркасы из зачарованного металла пошли трещинами. Но видит Этий, лишь благодаря архитекторам внутри артефактов ничего не перегорело. Требовалось лишь заменить часть деталей. Поэтому войскам и удавалось пробиваться всё дальше, пусть и запуская фонари вручную.

— СЛЕВА!!! — снова проревел командир во всю глотку.

Сразу же стрелки запустили световые бомбы в цель, но пелена тьмы продолжила двигаться вперёд, захватывая одно из зданий в свои пустые объятия. Сразу в бой помчались чудища, чтобы остановить инженеров. Новым единым потоком Враг обрушился на строй ощетинившихся копьями смертных.

Зачарованный металл помогал справляться с рождёнными из небытия тварями, однако не в таком количестве. Пустотные волки впивались пастями в щиты, кристаллы тухли, между рядов тихо плыла тьма. Лязг и брань снова оказались заглушены незримой пеленой. Затем прямо под ногами воинов появились десятки щупалец.

Мерзкие отростки устремлялись прямо к сердцам смертных, пробивая самую прочную броню. Один из защитников попытался увернуться, но тщетно. Пустота пронзила кирасу насквозь, щит печально стукнулся краем о землю, а копьё выпало из внезапно ослабевших рук. Взгляд начал затухать, как вдруг через секунду взор прочистился, солдат внезапно опомнился и выхватил короткий меч. Один удар зачарованного клинка и отросток из тьмы упал на землю, после чего растворился в чёрный туман. Противник погиб или просто исчез, сложно сказать, да и важно сейчас нечто другое. Дыра в груди осталась и из неё уже хлыстала кровь, образуя алую лужу под навсегда замершим защитником.

Даже с артефактами смертные с трудом давали отпор Врагу. Количество трупов всё увеличивалось, как и росла сила бездны. Будто она питалась своими врагами их страданиями. Так бы контрнаступление захлебнулось, но прозвучали раскаты грома и Орта Миос озарил цвет молний. Опасная стихия била прямо в землю, разрушая здания и уничтожая противников.

Прямо под стенами холодных пещер, между потухшими кристаллами застыли грозовые облака, созданные Лансемалионом Бальмуаром. Магическая сила аристократа никогда не ставилась под сомнение, подобные ему и вовсе

способны сражаться даже с высшими существами. Но бездне было на это плевать: бог или смертный, архиепископ или кателий, она сожрёт всё и всех. Традиционные заклинания на неё действуют в лучшем случае на десятую часть от своего потенциала. Лишь специализированное вооружение с особыми кристаллами поднимало эффективность в отчаянной схватке за право жить, позволяя продать свою жалкую душу подороже.

Впрочем, даже в десять процентов от своей мощи Ланс всё ещё представлял колоссальную угрозу. Особенно для мелких пустотных тварей, которые после каждого залпа молний рассеивались. Магический фон создавал сильное эхо, это и губило материализовавшихся в реальность тварей. Они далеко не всесильны, их можно убить или прогнать. Только вот гигантская змеиная голова стала новой проблемой.

Извивающееся тридцатиметровое чудище скользило между зданий и выплёвывала сгустки тьмы прямо в ряды защитников. Она и являлась источником пагубной ауры. И дрянь не спешила покидать границ чёрной пелены. Монстру куда больше нравилось атаковать издалека, попутно посылая ментальные атаки на слабых смертных.

Но никто не дрогнул, защитники продолжали стоять плечом к плечу на проклятом перекрёстке. Сколь бы не были сильны страхи, смертным все ещё есть что терять и речь не про собственные жизни. На места павших тут же вставали резервные силы, заполняя образовавшиеся бреши. Высокие гвардейцы Дкал’Алинтар держали оборону с низкими гномами, пока в небе летали виверны, сбрасывая световые заряды в гущу пустоты. Затем в руке командира появился боевой рог и от вырвавшегося рёва содрогнулась земля. Артиллерия получила сигнал.

Залпы десятков осадных машин напоминали падение звезд. Грозное оружие не представляло угрозы простым смертным, его создали лишь для одной цели — уничтожения одного конкретного Врага. Никаких рассекающих плоть осколков, пламени или ядовитых облаков, лишь пронзающее сияние.

Сразу же бездна нехотя отступила ещё дальше, а змей лишился своей пагубной ауры. Туша его даже начала слегка просвечиваться, несколько чешуек отвалилось, после чего прямо с соседнего здания на него прыгнул тёмный эльф с двумя мечами. Яростные удары Орза превращали голову твари в решето. Всё тело известного в Орта Миос дуэлиста объяла плотная пелена, но антимагические руны не давали щупальцам въесться в душу. Клинки молниеносно впилась в физическую оболочку раз за разом, но куда страшнее оказывались последствия для ментального тела. Ведь зачарованное оружие господина Ширавры разрывало тени Кихариса на лоскуты. И в конце концов порождение бездны соизволило сдохнуть, после чего труп завалился вглубь пагубной пелены, уволакивая за собой увлёкшегося тёмного эльфа.

— Готово! — наконец-то раздался голос инженеров.

Фонарь в центре перекрёстка задрожал, а гул его усилился. Пятиметровый артефакт рывком рванул вверх из своего хранилища под дорогой, крепления с лязгом вонзились прямо в каменную плитку. А на вершине артефакта засиял шар света. Враг понёс ещё одно тактическое поражение.

— Вперёд! Око Миоса уже близко! — тут же раздался голос командира.

И вот уже тяжёлая пехота помчалась в бой, гремя своими доспехами. Солдаты мчались вперёд, переступали через бесчисленные тела павших товарищей, чтобы отодвинуть линию фронта как можно дальше от выживших граждан. В этой битве почти не было раненных, на десять трупов приходился один чудом выживший. Над полем брани не звучали крики агоний, ведь смерть наступала быстро, чуть ли не мгновенно. Но неважно сколько ещё солдат погибнет, потери будут подсчитываться потом. Сейчас нужно прорваться к центру города и уничтожить источник силы врага. С каждой минутой Враг становится всё сильнее, время явно не на стороне смертных.