Орки
Шрифт:
– Ох, сколько вопросов, – шутливо отмахнулся Агросов, – и боюсь все не по адресу. Давайте лучше вы расскажете, как у вас снова интерфейс заработал. Да-да, не пытайтесь отнекиваться, я знаю, что он в активном состоянии.
– Ну наномашин у меня в организме нет, – начал Саша пытаясь сообразить, что можно было бы назвать самым важным, – способности которые он контролирует, работают. Хотя и не так хорошо, как хотелось бы. Даже новые появились, еще не опробованные…
– Боюсь, – прервал его профессор, – вы не поняли вопроса. Меня абсолютно не интересует КАК он работает.
– Как сказать, – Александр замялся. С одной стороны, он об этом не просил. С другой, парень явно сделал это не со зла. Что будет, если он расскажет доктору? Начнут ли над мальцом эксперименты? С другой стороны, он вроде близок к генералу, должны его защитить от произвола врачебного. – Есть парень один, лет десяти. Псих полный, зомбячку у себя держит…
С каждым его словом лицо доктора вытягивалось, будто тисками. Через минуту рассказа он начал пожевывать губу, тарабанить пальцами по подлокотнику. Саша старался не называть имен, но в общем обрисовал всю произошедшую с ним историю. Включая Кристину, оказавшуюся ассистентом, пробуждение в камере, и возвращение интерфейса. Профессор слушал крайне внимательно. Ближе к середине даже отобрал у сестры блокнот и записал несколько предложений.
– Хорошо, осталось главное, вы знаете где мне его найти?
– Как сказать, – замялся Саша, – в Охе.
– Понятно, – Агросов задумчиво подергал подбородок. Привычка, оставшаяся со времени, когда на нем еще была борода. – Вы что же, уважаемый. За изверга меня держите? Что я детей пытаю? Думаете я на них опыты буду ставить?
– Знаете, профессор. Без обид. Но вы только что предлагали меня резать и конспектировать. А это как ни как опыты на людях.
– Все верно, вот только я вам это ПРЕДЛАГАЛ. А не проводил эксперимент пока вы находились в бессознательном состоянии. Согласитесь, разница огромна. Я жду вашей доброй воли. Да и в конце то концов. Вы взрослый человек, офицер. Сравнивать вас с ребенком как-то неправильно, не считаете?
– Ребенок тоже ребенку рознь. Племянник Романа та еще штучка. Говорят, кучу зомби уничтожил с напарницами. Да еще и с контролером совладал, хотя всего десять. А это тоже не каждый взрослый сделать не в состоянии. Не то что подросток.
– Да-а, – протянул доктор ошарашенно. – Не ожидал. Я еще помню этого пацаненка. Как Роман привел его посреди всего апокалипсиса и буквально силой заставил обследовать. Вот, казалось бы, все это было меньше четырех месяцев назад. А будто в другой жизни.
– Вы его что, знаете? – теперь уже настала очередь удивляться Сухову.
– Так ведь мир, как говорят, маленький. А в последнее время он стал еще меньше, – картинно развел руками профессор. – Тем более что в свете последних событий говорят о нем все чаще и чаще. Попробуй тут не вспомнить.
– И что говорят? – не удержался от вопроса Саша. Судьба минутного знакомого не мало занимала.
– О, об этом лучше у дядьки его поинтересуйтесь, – посмеялся Агросов. – Как главнокомандующий и губернатор Сахалина освободится, скорее всего придет. По крайней мере я ему обязательно передам, что вы очнулись.
– У него и раньше то проблем хватало. А сейчас, наверное, и вовсе невпроворот?
– Точно, губернаторство для него стало сюрпризом. Ну как и для многих других. Но Ферронов молодец. Умеет ставить нужных людей на нужные места. Когда они сами себя на них не ставят. Думаю, и для вас местечко найдется.
– Как же оно для мертвеца найтись может? – не понял Саша, – вы же сами сказали, что я считаюсь мертвым.
– Ну знаете, вы конечно выдающаяся личность. Но не на столько чтобы вас каждая собака на острове знала. Мало ли народу шастает?
– Орков точно не много.
– Это да, не больше сотни. По крайне мере удачных образцов. И все равно не нужно преувеличивать вашу личную известность. Сейчас зима, и долго еще будет, накиньте капюшон, гражданскую одежду, и вас никто не отличит от обычного человека. По крайней мере если раздеваться не будете.
– Да я, как то, пол жизни в форме. Носить обычную не с руки.
– Отлично! За одно и попрактикуетесь. Рано или поздно все устаканится. Не переживайте.
– Доктор, – заглянула в кабинет молоденькая медсестра, – я вас повсюду ищу! Там пациента привезли, тяжелого. Древневом зовут.
– Миша? – тут же вскочил Александр, – майор?
– Вроде да, – кивнула девушка.
– Все, долг зовет, – кивнул Агросов ставая, – как будут новости я вам обязательно пошлю весточку. А пока отдыхайте. Приятно было пообщаться с старым знакомым.
Профессор торопливо вышел из палаты, махнув на прощание рукой. Обе женщины последовали за ним. А Саше ничего не оставалось кроме как откинуться на кушетке. Вот и Дерево пришло. Значит их отряд вернулся из центра. Александр поерзал от нетерпения, уж очень хотелось знать, что произошло с вторым отделением. Понятно, что ничего хорошего, раз привезли в тяжелом состоянии. А тут еще и он Марка потерял почти на пустом месте. Ну теперь то точно на пустом, когда ему башню оторвало. Усмехнувшись воспоминанию, Сухов повернулся на бок, и задремал.
Сон как на зло не шел. Только воспоминания из прошлого смешивались в причудливую иррациональную картину. Кристина, с фиолетовой кожей, ухаживающая за ним. Огромный медведь разносящий толпу зараженных. Угольный Император, пронзающий одного за другим всех, кого он знал. Вот только не было уже и черного властелина, и невесты. Только он остался, да кучка выживших. Наседающая агрессивная толпа. Внезапно появившиеся из ниоткуда стены быстро сужались, словно пресс. Грозя превратить и его, и зараженных в однородную кашу.
Просыпаясь от квинтэссенции бреда Саша с облегчением поднялся на кушетке. Вот только из одного сна он попал в другой. Комната явно была не та. Стены, отделанные под дерево. Как в дачном коттедже или бане. Широкое окно, распахнутое наружу. Невольно подойдя к подоконнику Александр залюбовался пением лесных птиц. Полуденное яркое солнце играло в кронах деревьев. Листья, изумрудно зеленого цвета, трепетали от легкого ветра. И было так хорошо, в этом маленьком островке летнего благополучия. Что он на секунду забылся.