Орки
Шрифт:
Выкрикнув что-то на родном языке главный из самураев отпрыгнул в сторону и скрылся в снежной пыли, поднятой выстрелами. Выглядело это конечно потрясающе, но спрятаться так от Александра было невозможно. Со стороны поезда слышались крики и пальба, но ему стало внезапно не до того. Вместо того чтобы отступать или искать укрытие маленький человек с огромной храбростью кинулся прямо на зеленокожего противника.
Был он явно не из слабых. И Саше, обескураженному самоубийственным нападением, было не легко. Японец не применял огнестрельного оружия. Не понятно, по причине ли нехватки боеприпасов, или из идейных соображений.
Несколько секунд они кружили обходя друг друга. Как голодные волки из разных стай. Выстрелы не причиняли самураю видимого урона. Но и Александр не позволял сократить дистанцию. Вынужденно признав, что противник не из простых он дважды отскочил назад. Применять ЕГО не хотелось. Но кажется это было единственным оставшимся решением. Саша достал из кобуры трубку Саныча, и прицелился. Самурай даже не среагировал на смену оружия противником, лишь усиливая натиск. И это было с его стороны фатальной ошибкой. Трубка глухо хлопнула, посылая снаряд вперед, и врезалась в удивленного врага.
Взрыв мгновенно очистил от снега несколько метров. Огненная струя прошла насквозь. Будто копье древних богов чей наконечник пронзает неверных она прошила зазнавшегося самурая и буквально выжгла его внутренние органы изнутри. Тот упал на снег и вытекающий расплавленный метал поднял облако пара. Стоящие неподалеку японцы в оцепенении выронили ящик с антибиотиками из рук.
– Сдавайтесь, или погибните как ваш командир! – громко крикнул Александр, красноречиво показывая на тело поверженного самурая. Вот только русский судя по всему понимало лишь пара из них, и они сдаваться не собирались. Закричав что-то невразумительное, они открыли пальбу из дробовиков. Вот только расстояние не рассчитали, и наличие у него брони. Укрывшись за ближайшим сугробом, от мелкой дроби, Саша снова достал ПП. До конца оттянув затвор он вставил автоматный патрон. Разложил переднюю рукоять. И высунувшись снес ближайшему врагу голову. Второй хотел было продолжить, но пуля прошла ему через предплечье и сражаться дальше он уже не смог.
Истребитель проследил за траекторией полета пули и одобрительно кивнул Фифе уже переключившейся на других врагов. Девушка делала все правильно. Совершенно не обязательно убивать. Достаточно сделать так чтобы противник не мог воевать. Дон и Гили одиночными выстрелами расправлялись с ближайшими японцами, прикрываясь при этом ростовыми щитами. Все же послушались, взяли второй. Орин отчитался о взятии тепловоза. Они с Рамом заняли кабину и остановили выработку пара. В общем даже слепому было понятно, что они победили.
– Жить хочешь, паскуда? – спросил Саша, взяв поверженного воина за грудки.
– Бесчестие хуже смерти! – ответил тот оскалившись, а потом что-то крикнул на своем птичьем языке. Прозвучало это столь грозно что Александр не удивился если бы после этого все оставшиеся кинулись в рукопашную атаку. Но произошедшее было куда хуже. Десяток японцев, бывших еще в состоянии
– Спасай дебилов! – крикнула Фифа, старательно вышибая пулями рукоятки из ладоней. Ей даже удалось. Пару раз.
– Принцесса будет гордиться нами! – произнес, улыбаясь, переводчик. Он далеко высунул язык, но Саша успел засунуть ему в рот пальцы в перчатках. Спасая идиоту жизнь. Ну и выбивая пару не нужных зубов. Хотя стоило, наверное, все.
– Орин, как у тебя? – крикнул Александр. Он стащил с неудавшегося самоубийцы шарф и плотным кляпом затолкал ему в рот.
– Из тридцати человек выжило девять, – с горечью сплюнув сообщил сержант, – нафига они это сделали командир?
– Черт его знает, – буркнул Саша. – Слышь, падаль. В чем честь драться с союзниками? – тот что-то нечленораздельно промычал в ответ. Впрочем, разговаривать с кляпом во рту действительно несколько проблематично. Вздохнув Александр вытащил затычку. – Ну?
– Ты называешь нас падалью, но это вы предали нас! Бросили нашу принцессу посреди скопления екаев! Не сдержали клятву!
– Ты хоть знаешь, что она просила, и кто ее не сдержал? – ухмыляясь спросил он.
– Самый подлый из людей, тот кто посмел отказаться от защиты наследницы трона солнца!
– А на первый вопрос?
– Это не важно! Главное не суть клятвы, а отступничество!
– Понятно, – Саша с наслаждением засунул кляп обратно. – Просто чтобы ты знал. Настоящим наследником престола является ее племянник. Она об этом знает, и попросила прикончить паренька. А ему еще и четырнадцати нет, между прочим. – Переводчик лишь бешено вращал глазами и мычал в ответ. – Кажется так тебе пока лучше будет.
– Что будем делать? – спросил у него Орин, подходя почти вплотную, – девять этих деятелей нам в БТР не засунуть. Да и зараженных толпа. Не понимаю зачем они им.
– Зомби перебить, но боеприпасы не тратьте, можете их просто на мороз обратно выгнать. Теперь, когда они связаны, долго им не протянуть. А вот с пленными…
– По правилам военного времени мы должны их охранять содержать и передать противостоящей стороне в случае обмена, – строго ответил сапер.
– Думаешь она кому-то из наших жизнь сохранит в подобных обстоятельствах? Сомневаюсь.
– Ну не уподобляться же им?
– Это точно, – Саша с некоторым сомнением посмотрел на локомотив, – как думаешь, на нем можно добраться до Порта?
– Черт его знает, – пожал плечами Орин. – Карт у нас нет, а то что выдали в ВВУ годится только для этой местности.
– Точно, значит у них и другие карты должны быть. Марина! – крикнул он радостно, девушке выбравшейся из БТРа, – скажи, у вас есть карты старых ЖД путей?
– Чего?
– Идея появилась, может нам удастся доставить все лекарства, да и бронепоезд лишним не будет.
– Зачем все это? – спросила она, ошарашенно глядя на истекающего кровью переводчика. – Они же не бандиты, не зараженные, что случилось? Откуда вообще здесь взялись японцы? Посольство?
– Если бы, к нам их крейсер причалил, думали союзники. А вот видишь. Как получилось.
– Но можно же договориться? Как-то прийти к общему благу?
– Поверь, не в этом случае. Договориться можно если обе стороны этого хотят…
– Может мы можем предложить то что им нужно? Те же медикаменты?