Орка
Шрифт:
– Я уверен, это человек с Востока. Я их ни с кем не спутаю. – Трудно было упустить такую прекрасную возможность и не представиться.
– Вы можете сами убедиться в том, что он говорит правду, – громко произнес я, с удовлетворением заметив, как оба вздрогнули от неожиданности.
Я одарил их своей самой обаятельной улыбкой, а тсалмот, порывшись в ящике стола, вытащил узкий жезл, который, несомненно, являлся страшным, внушающим ужас оружием.
–
Он направил жезл на меня и спросил:
– Что тебе нужно?
– Не сердитесь на мальчика, – сказал я. – От меня очень трудно ускользнуть.
– Чего ты хочешь? – повторил он. Похоже, его словарный запас не отличался разнообразием.
– Если честно, мне нужен сущий пустяк, – ответил я. – Вам не составит большого труда исполнить мою просьбу, к тому же я вам заплачу. Но если вы не опустите эту штуку, то я, не ровен час, испугаюсь – и в таком случае вы можете пострадать.
Он посмотрел на меня, потом перевел взгляд на Разрушитель Чар, который внешне похож на обычную золотую цепочку, и сказал:
– И все же, если вы не против, я не буду его убирать.
– Я против.
Он еще некоторое время на меня смотрел. Я ждал. Наконец он опустил жезл. Я свернул Разрушитель Чар, и он исчез на моем левом запястье.
– Итак, чего вы хотите? – осведомился он.
– Пусть мальчик немного прогуляется.
Он кивнул Болтуну, который с опаской посмотрел на меня и осторожно шагнул по направлению к лестнице. Я слегка посторонился, и он пулей выскочил из комнаты. Впрочем, на бегу он успел подхватить империал, который я ему бросил.
– Только не промотай его, – крикнул я ему вслед.
Возле стола оказался еще один стул, и я устроился на нем, удобно скрестив ноги.
– Меня зовут Падрейк, – представился я.
Перестань смеяться, Кайра, это вполне приличное восточное имя, так что ни один драгейрианин на свете не имеет права строить мне рожи. Так на чем я остановился? Ах, да. Я сказал:
– Меня зовут Падрейк.
– А меня Толлар, – проворчал хозяин, – но вы можете с тем же успехом называть меня Раттер; полагаю, от вас мне нет никакого смысла скрываться.
Передо мной сидел испуганный человек, который пытался вести себя храбро. Я всегда симпатизировал таким людям. При ближайшем рассмотрении он уже не казался мне старым, но выглядел довольно болезненно – сквозь редеющие волосы просвечивала кожа, как у начинающего лысеть человека с Востока.
– Вы застали меня врасплох, – заявил он.
– Верно, – сказал я. –
– В каком смысле?
– Я намерен задать вам парочку вопросов, на которые вы сможете ответить со спокойной совестью, после чего я оставлю вам пару империалов за труды и уйду. Вот и все.
– Да? – В голосе появилась ирония. – И какие же вопросы вы хотите задать? И почему именно мне?
– Потому что вы выпускаете газету. Значит, вам должны быть известны новости. Вы в курсе всех сплетен. К вам стекается информация.
Он начал понемногу расслабляться.
– Ну да. Кое-что мне удается узнать. А что именно вы хотели бы услышать?
Я пожал плечами:
– Даже не знаю. Расскажите мне самые интересные слухи, распространившиеся после выхода последнего номера вашей газеты.
– Местные?
– А также имперские.
– Императрица исчезла.
– Опять?
– Угу. Говорят, она проводит время со своим любовником.
– Уже в четвертый раз за последние три года, не так ли?
– Верно.
– Но она всегда возвращается.
– В первый раз она отсутствовала три дня, во второй – девять, а в третий – шесть.
– Что еще?
– В Империи?
– Да.
– Кто-то из высокопоставленных чиновников Империи запустил руку в казну во время войны с островом Элде. Никто не знает, о ком идет речь, к тому же пропала не очень крупная сумма, но Императрица в ярости.
– Могу себе представить.
– Еще?
– Пожалуйста.
– Я лучше разбираюсь в местных проблемах.
– А есть что-нибудь, имеющее отношение и к местным новостям, и к делам Империи?
– Да – все, что связано с Файрисом.
– А что вам о нем известно?
– Совсем немного. Имеется подтверждение того факта, что он умер в результате несчастного случая.
– Неужели?
– Да, так я слышал.
– А мне рассказывали, что Империя проводит расследование обстоятельств его смерти.
Он фыркнул.
– Все знают об этом.
– Верно. А кто осуществлял расследование?
Он посмотрел на меня, и я ясно увидел, как он мысленно потер руки и сказал: «Ага! Все ясно», – совсем как я.
– Вас интересуют имена?
– Угу.
– Понятия не имею.
Я посмотрел на него. Мне показалось, что он говорит правду.
– А где их штаб-квартира? – спросил я.
– Вы хотите узнать, где они собираются?
– Именно.
– В ратуше.