Орхидеи в лунном свете
Шрифт:
Джейми позвала на помощь свою гордость, чтобы не расплакаться. Если он не хочет ее, черта с два она станет навязываться!
Через несколько дней Корд решил, что они могут снова выйти на тропу. Он с досадой показал ей на заснеженные вершины Сьерры, высившиеся над ними.
– Нам нужно поторопиться. Завтра начнем спускаться и переправимся через реку, а там перед нами окажется самый трудный участок пути – перевал Тракки. Это основное препятствие перед долиной Сакраменто. Его нужно преодолеть, пока перевал не засыпало снегом.
– Если мы
– Ты ужасная женщина, – засмеялся Корд. – Но это не смешно на самом-то деле. Впрочем, – решил он поддержать шутку, – ты не будешь первой. Сначала мы съедим лошадь и мула. А самый лакомый кусочек я приберегу напоследок.
И, когда он, не удержавшись, нежно посмотрел на нее, Джейми со слабой надеждой подумала: может быть, ей удастся разрушить броню, в которую он заковал свое сердце. И тогда он не расстанется с нею.
Некоторое время они ехали молча, потом Корд сказал, что сегодня они остановятся на ночлег немного раньше.
– Завтра мы должны перейти реку. По дороге мы проезжали мимо упавших деревьев. Я думаю соорудить из них плот. Лучше переправить наши вещи на нем. Животным и без поклажи будет трудно перейти реку, если вода окажется высокой.
Разгрузив мулов, он повел их назад, чтобы притащить деревья. Джейми пыталась разжечь костер, но очень сильный ветер мешал ей. Вернулся Корд и сказал, что нашел небольшую пещеру, где они смогут устроиться на ночь.
– На всякий случай я убедился, что в ней не залег в спячку гризли, – искоса взглянув на Джейми, усмехнулся он. – Ты мастерица искать приключения. После схватки с индейцами, а потом с гремучей змеей тебе не хватало еще только разбудить спящего медведя.
Джейми была бы рада разбудить зверя, но только в нем самом. Правда, последнее время ей не представлялась такая возможность. Каждую ночь он неизменно поворачивался к ней спиной после короткого поцелуя, говоря, что она еще слишком слаба. Джейми оставалось только гадать, говорит ли он правду, или она просто надоела ему.
Они отказались от попыток разжечь костер. Поужинали вяленым мясом и холодными бобами и может быть, ей удастся разрушить броню, в которую он заковал свое сердце. И тогда он не расстанется с нею.
В этот вечер они пораньше улеглись в темной пещере. Усталость и холод давали себя знать.
Затаив дыхание, Джейми лежала без сна, не осмеливаясь выдать обуревавшие ее чувства.
А Корд опять повернулся к ней спиной. Он изо всех сил старался воздержаться от близости с Джейми, убеждая себя, что так им будет проще расстаться друг с другом. А это, по его мнению, было совершенно неизбежно. Он боялся своего прошлого как огня и не мог поверить в то, что все может измениться.
Неожиданно все его серьезные намерения словно сдуло ветром. Он так сильно желал Джейми, что никакие расчеты уже не могли удержать его. Корд резко повернулся
В лихорадочном нетерпении он прижал ее к себе, и бешеный вихрь страсти захватил обоих. В мгновение ока они освободились от ненужных теперь одежд и вновь с восторгом обрели друг друга, словно не могли насытиться возвращенным блаженством. Сумасшедшая ночь пролетела, и стало светать, но они не видели этого. Под утро, не разрывая объятий, они заснули в полном изнеможении.
Дневной свет почти не проникал в пещеру. Корд спал дольше и крепче обычного. Его способность просыпаться от малейшего звука изменила ему в самый неподходящий момент.
Он не слышал чужих шагов. В лагере появилось несколько мужчин, которые заметили привязанных неподалеку лошадь и мулов и поняли, что здесь должны быть и люди. Мужчины стали настороженно осматривать все вокруг.
Только когда четверо с нацеленными ружьями подошли к самому входу в пещеру, Корд внезапно проснулся.
– Какого черта! – Он метнулся за револьвером, который всегда клал поблизости, но было поздно.
– Не делайте этого, мистер.
Корд увидел ружья, нацеленные ему в лицо.
– Мы не собираемся вас убивать, но и себя не дадим угробить.
От их голосов проснулась Джейми и вскрикнула, увидев уставившиеся на нее жадные мужские глаза. Корд тихо велел ей сохранять спокойствие, затем спросил вошедших:
– Что вам здесь понадобилось, дьявольщина?! Кто вы такие?!
Один из них подошел с ружьем поближе и прорычал:
– А вы бы заткнулись, мистер. Спрашивать будем мы…
Больше он ничего не успел сказать. Корд с быстротой молнии схватился за дуло его ружья, с силой ткнул им в живот говорившего и тут же вырвал оружие из его рук. Мгновенно повернув ружье в сторону пришельцев, сразу растерявших всю свою наглость, он оттолкнул Джейми себе за спину и сказал, усмехаясь:
– Ну, кто хочет умереть первым?
С побелевшими лицами и расширенными от страха глазами мужчины опустили оружие. Корд сразу понял, что храбрецы они те еще. Тот, у которого уже не было ружья, свалился на пол и выл от боли, зажимая живот обеими руками.
Корд вскочил на ноги, обернувшись одеялом.
– А теперь пусть кто-нибудь скажет мне, какого дьявола вы здесь делаете!
Он был взбешен и ненавидел себя за то, что позволил захватить себя врасплох. Да еще таким растяпам! Это из-за Джейми он становится таким беспечным.
– Мы поселенцы, – сказал один из них, еле справляясь с прыгающей челюстью. – Остановились здесь неподалеку, около брода. Меня зовут Лэм Поттер, это – Тобиас Дьюган и Кутберт Янг, а тот, – он указал на скорчившегося на земле мужчину, – Норман Брайсон.
– Утром мы пошли на охоту, – осторожно вступил в разговор Янг, – увидели ваших лошадей. Откуда нам было знать, что в пещере не индейцы? Ну вот так и вышло.
Джейми села, укрывшись одеялом. Она была все еще испугана, но видела, что ситуация изменилась.