Организм 2.0
Шрифт:
В самом зале размером с футбольное поле было чисто. Больше всего он походил на стадион в преддверии бойцовского матча — большая часть погружена в полумрак, все свободное место заставлено поднимающимися до высокого потолка трибунами на пару тысяч человек. К дальней стене зала примыкала полностью закрытая клетка из двойной сетки — рабицы, с потолка на нее был направлен яркий свет прожекторов. Внутрь клетки вели два входа — дверь из зала и проход в стене в самой клетке, закрытый защитными роллетами. Рядом с клеткой дежурили
Проследовав к первым рядам, Швец с гостями заняли места рядом с клеткой. Через минуту мимо прошествовали майор с Салищевым. При виде майора гул в зале мгновенно стих, раздались приветственные возгласы. Взглянув стеклянным взглядом на присутствующих, майор вяло козырнул, и зал взорвался восторженными криками. Усевшись вместе с ученым через десяток кресел от гостей, майор покопался в кармане и, сделав вид, что зевает, незаметно закинул в рот таблетку.
— Что-то ваш майор выглядит не очень хорошо, — заметила Кнопа.
— У него слишком много обязанностей, — ответил Швец.
Долин покосился на соседа.
— И ты веришь, что он просто устает?
Швец смолчал. Похоже, он был одним из немногих, кто догадывался о пристрастии майора к стимуляторам. Но в слова Долина о том, что Конаровский полностью под контролем ученого, он так и не поверил.
— А чо здесь вообще твориться? — вертя головой, спросил Савельев. Всюду, куда ни кинь взгляд, на трибунах сидели люди. Ни одной женщины, все мужчины и большинство военных.
— Экзамен на право вступления в группу поиска и зачистки, — ответил Швец. — Для некоторых оно наказание. Или, как принято говорить, доказательство лояльности нашим идеалам борьбы с зомбаками.
— Будете убивать протистов? — догадалась Кнопа. Швец кивнул. — А зачем камеры и зрители?
— По задумке, испытание должно поддерживать в людях боевой дух и помогать нам избавиться от страха перед зомбаками. Все должны видеть, что люди сильнее наших врагов и что их можно победить.
— Чего-то не понимаю, — признался Савельев. — Как убийство мертвяка в клетке может поднять боевой дух? Он ведь вообще не сможет сопротивляться, а у вас автоматы.
Швец усмехнулся.
— Кто-нибудь говорил, что зомбак будет в клетке один и что его завялят пулей?
— О — о-о!.. — Глаза Савельева полезли на лоб. — Вот даже как…
Когда в зал подтянулись все зрители, к клетке вышел молодой парень с громкоговорителем. Поднеся ко рту спикер выносного, на проводе, микрофона, он начал торжественным тоном представлять участников предстоящего испытания и, услышав свои имена, из глубины зала к клетке один за другим начали выходить молодые парни. На всех была плотная, военного кроя одежда с пластиковыми нашивками, легкие бронежилеты, шлемы с забралами и перчатки. Некоторые
— Подкладки их брюк и курток прошиты кевларовой нитью, — сообщил Швец. — Сходу их не сможет прокусить не то что зомбак, даже питбуль. Правда, те, кто проходят испытание в качестве наказания, должны одеваться попроще. Им полагается минимум защиты — броник и щит.
— Какие справедливые условия, — проворчал Савельев.
— Поэтому на испытании погибает примерно половина приговоренных. Обычно получается выжить только у подготовленных бойцов. Но после испытания даже у них пропадает желание нарушать правила убежища. Навсегда.
— Сколько гибнет вот таких вот, — Долин кивнул на шеренгу из девяти парней, — бронированных?
— Думаешь, наша защита совсем никакая? — спросил Швец. Долин промолчал, и Швец, тяжело вздохнув, признался: — Да, зомбаки сильны. Для экзаменуемых обычно все обходится хорошо, и зомбаков успевают пристрелить, но каждый месяц все равно погибает пара пацанов. От этих тварей вообще нет надежной защиты. Один наш как-то сплел кольчугу, по типу защиты от акул, и вышел в ней в клетку. Так мертвяк, пока пытался прогрызть его кольчугу, просто сломал ему руку и десяток ребер.
Долин пожал плечами.
— Этого стоило ждать. Мало кто сознает истинную мощь протиста, пока не столкнется с ним. Все воспринимают зараженных как людей, но они намного сильнее. Правда, Вася?
Пробубнив что-то невнятное, инженер уставился на испытуемых, которые, тем временем, разделились на три тройки. Один из дежуривших у клетки автоматчиков поднял с пола покрывало, и под ним оказалось оружие — аллюминиевые и пластиковые полицейские щиты, несколько мечей, дубинок и пара копий с рогатиной.
— Что же получается? — снова подал голос Савельев. — Эти трое будут разделывать всего одного мертвяка? Какое честное испытание.
— Это экзамен, на нем не нужны лишние жертвы, — пояснил Швец. — Но поверь, им троим хватит и одного зомбака. Хочешь увидеть схватку один на один, дождись, когда кого-нибудь пошлют на испытание в качестве наказания. Ну, или конца всего этого шоу.
— А что будет в конце? — заинтересовался инженер.
— Боштан, — буркнул Швец.
К оружию подошла первая тройка. Посовещавшись, двое взяли по щиту и мечу, а третий копье с рогатиной. Дежуривший у входа в клетку отодвинул засов, и под ободряющие крики публики троица вошла внутрь. Повертев копьем, потыкав, но не достав им до потолка, парень убедился, что места в клетке достаточно, и ничто не будет мешать его оружию.
Щитоносцы встали плечом друг к другу, парень с копьем замер за их спинами. Криком объявив о готовности, экзаменуемые приготовились встречать врага.
— Запускайте, — велел через громкоговоритель ведущий.