Ореол
Шрифт:
– Ещё скажи «очень, очень плохо». Что это, кстати, такое было в доме? Я понял, что ты там не хотел об этом говорить.
Охво опустил голову и тихонько промямлил:
– Шеф, такие вещи не принято обсуждать. Я думал, вы и так поймёте.
Я недовольно посмотрел на него:
– Давай условимся, что я как будто вообще ни черта не понимаю. И ты мне все свои мысли и домыслы будешь объяснять, исходя из этого.
Он кивнул:
– Хорошо, я постараюсь, если вы настаиваете. Шеф, они же вас и меня не просто выпрут отсюда, они же и вашему
Я выдохнул дым и уставился на Охво:
– Ты что-то знаешь про моего начальника? – неуверенно спросил я. Охво отчаянно затряс головой:
– Откуда? Вы что, шеф? Но он же есть. У каждого гостя есть свой серьёзный начальник, иначе сюда не попасть. Полагаю, так всё устроено.
Я молчал, обдумывая его слова. Потом затушил окурок о камень и убрав его в пустую пачку, сказал:
– Правильно полагаешь. Но у меня нормальный начальник. Не будет мне ничего за то, что я за какой-то забор перелез.
– Шеф, дело ведь не в заборе, а в правилах.
Я чертыхнулся:
– И чего же ты такой умный? Не даёшь мне даже самого себя обмануть!
– Меня за сообразительность обычно и не любят.
Я усмехнулся:
– Это хорошо, что ты сообразительный. Пока мы ищем, как перебраться через забор, обмозгуй нам отмазку на случай, если поймают.
– Шеф, вы только приехали, а уже втягиваете нас в неприятности. Сегодня пятница. Скоро обед. Пойдёмте, вы выпьете и отдохнёте с дороги. С гостями познакомитесь.
– Успеется. А сейчас, если мы уже здесь, то лучше действовать. Меньше шансов, что нас заподозрят в таком дерзком прорыве, чем если это делать обдуманно и подготовленно. Почитай военную тактику, – сказал я очень уверенно, хотя сам в жизни никакой тактики не читал.
– Шеф, так зачем вообще нам этот прорыв? Вы в своём уме?
Я уже шагал к краю забора, нависшего над обрывом. Охво с трудом поспевал за мной.
– Просто хочу осмотреть весь остров. К радару подходить не будем, дабы не беспокоить военных. На территорию самого радара не пойдём ни при каких условиях. С военными я шутить точно не собираюсь.
Забор закончился секцией, которая краем нависла над каменистым обрывом. Склон под ней был практически отвесным. Спуститься в этом месте не представлялось возможным. Более пологий берег начинался метрах в ста от нас. Тратить время и мочить ноги, пробираясь вдоль берега, совершенно не хотелось.
– Шерпа, жди здесь, а я перелезу на ту сторону по крайней секции.
Охво ухватил меня за руку:
– Шеф, вы спятили. Зачем этот необоснованный риск? Ведь сорваться в два счёта можно или железяка эта ржавая сломается. Даже с пяти метров о камни убьётесь.
Я улыбнулся:
– Во-первых, не сломается она, во-вторых, тут и перелезать-то нечего.
Охво, конечно же, не понимал, почему меня так тянет осмотреть весь остров. Как только я прочёл письмо из Москвы, через которое мне сообщили про моё новое задание, я сразу же подумал о том, что меня посылают в то место, где могут быть Врата. Я понимал, что нет никаких
– Шеф, один вы туда не пойдёте. Если меня выгонят, я переживу, а если я не услежу за вами и что-то случится, этого я не переживу. Да и я ловчей, чем кажусь.
Я рассмеялся:
– Герой, тоже мне. Ты извини, но с твоим ростом тебе сложно тут перелезть будет. И если я в первый день угроблю помощника, то мне точно достанется. И вообще, чего ты так со мной возишься? Я вообще удивлён, что ты не бежишь меня закладывать.
Скулы Охво напряглись, а глаза впились в меня:
– Я хороший помощник. Я долго этому учился. Мне лучше переломать себе кости, чем подвести хозяина.
Я удивлённо посмотрел на него. Тот, не отрывая взгляд, смотрел на меня.
– Да ты, дружище, похоже, не в себе или врёшь. Ты же меня не знаешь ни черта.
– Когда я согласился на эту работу, я знал, на что иду. И я знаю, что на этот остров абы кто не попадает. Здесь только те, кто имеет большую важность для тех, кто меня нанимал и не только для них. Не сомневайтесь во мне, – очень серьёзно, выговаривая каждое слово, сказал помощник. Я примирительно похлопал его по плечу, всё ещё не понимая, что творится в голове у этого рыжего мужичка.
– Хорошо. Я тебе верю. А теперь давай уже перелезем на другую сторону и по-быстрому там всё осмотрим.
Охво кивнул и мы подошли к самому краю обрыва, чтобы посмотреть, насколько надёжен забор, нависший над ним.
– Да ладно, Шерпа. Нормальный забор. Следи, как я перелезу и делай так же.
Я ухватился правой рукой за крайний прут, поставил правую ногу на соединительный уголок внизу между прутьями и переместил весь вес на неё. Потом, ухватившись за тот же прут с другой стороны левой рукой, перекинул на ту же сторону левую ногу и без проблем перемахнул через забор. Весь процесс занял у меня не более десяти секунд. Можно было и быстрее, если бы на крайний прут крестом не наварили обрезки тонкой арматуры.
Охво, вдохновлённый моим примером, тут же последовал за мной. Он ловко запрыгнул на забор, но, когда стал перехватываться, с трудом дотянулся до прута левой рукой и дёрнулся так, что два обрезка арматуры впились в его куртку. Тот, что угодил в пузо, прошёл её насквозь и, похоже, вошёл в тело. Охво вскрикнул и отдёрнул живот от забора. Его правая рука сорвалась с металлического прута, и он повис на левой. Я подскочил, и ухватив его сбоку за куртку, дёрнул на себя в тот момент, когда его нога начала соскальзывать с уголка, на котором он стоял. Мы оба повалились на землю.