Орел Шарпа

Корнуэлл Бернард

Шарп улыбнулся ему и направился к мертвым телам. Как много еще нужно сделать: похоронить погибших, заняться ранеными. Он бросил взгляд в сторону моста. Сейчас там никого не было, беглецы с поля боя перебрались на противоположный берег и приступили к построению по ротам. Французы находились в полумиле, они тоже стояли строем и наблюдали за одиноким всадником, направившим свою лошадь к Шарпу. «Вероятно, французский офицер, хочет обсудить условия перемирия, необходимого для сбора раненых», — подумал Шарп. Неожиданно он почувствовал, что страшно устал. Снова бросил взгляд на мост и попытался понять,

почему Симмерсон еще не послал людей копать могилы, оказывать первую помощь и раздевать мертвых. На то, чтобы навести здесь порядок, уйдет целый день.

Шарп перекинул ружье через плечо и пошел навстречу французу, чья лошадь осторожно пробиралась между телами. Он приветственно поднял руку.

И в этот момент взорвался мост.

Глава восьмая

Мост не хотел разрушаться. Он соединял берега Тежу целых два тысячелетия, и старая, каменная кладка неохотно сдавалась под ударами современных взрывчатых веществ. Центральная опора содрогнулась так, что это почувствовали Шарп и его рота, они быстро повернулись посмотреть, что произошло, — им навстречу поднялись клубы пыли и каменных осколков. На мгновение показалось, что древнее сооружение выстоит, камни вздыбились, начали медленно расползаться в разные стороны, но черная смертоносная пыль одержала наконец победу, и остатки моста взлетели к небесам в дыму и пламени. Пролет поднялся в воздух, повисел там несколько секунд, а затем рухнул в воду. Опора, две арки, сам мост — все было уничтожено мощным взрывом, который прокатился по плоской, заросшей травой равнине, вселив ужас в тех лошадей французов, что лишились всадников во время сражения, — они отчаянно заржали и принялись метаться по полю, словно искали поддержки у людей.

Над разрушенными арками клубилась древняя пыль и черный дым, от воды начал подниматься пар, камни, устилавшие русло реки, еще глубже погрузились на дно. Постепенно все стихло, река потекла дальше, грязный дым медленно, точно зловещая грозовая туча, уплыл на запад. Хоган наверняка остался доволен делом рук своих — из моста был вырван кусок размером примерно в сорок футов. Теперь Уэлсли может не беспокоиться — французская кавалерия не подберется к нему с юга.

А Шарп и его люди остались на другом берегу Тежу.

Капитан Лерой опустился на землю, и Шарп спросил, не попал ли в него случайный осколок, но капитан покачал головой.

— Нога. Не волнуйтесь, Шарп, я справлюсь. — Лерой кивнул в сторону дымящихся обломков моста. — Зачем, черт подери, они это сделали?

Шарпу и самому хотелось бы знать ответ. Неужели произошла ошибка? Хоган, несомненно, дождался бы, пока Шарп и его рота в двести человек окажутся в безопасности, и только потом поджег бы запалы. Лейтенант посмотрел на противоположный берег реки, но понять, что там происходит, с такого расстояния было просто невозможно. Солдаты построились по ротам, Шарпу показалось, что он видит Симмерсона на сером коне, в окружении других офицеров. Все не сводили глаз с взорванного моста.

— Сэр, сэр! — Шарпа звал Гэтейкер, стрелок из его маленького отряда.

Прибыл капитан гусар, загорелое лицо которого украшали роскошные черные усы. Шарп подошел к нему и лихо отсалютовал. Француз ответил на приветствие

и показал на тела погибших и раненых.

— Поздравляю вас, мсье, вы сражались великолепно. — Он отлично говорил по-английски, вежливо и с уважением.

Шарп кивнул.

— Мы вас тоже поздравляем. Вам удалось одержать значительную победу, сэр. — Торжественные слова печально не соответствовали тому, что их окружало.

Удивительно, как могут люди сражаться с таким остервенением, а спустя всего несколько минут вести себя корректно, с подчеркнутой вежливостью, да еще и поздравлять друг друга. Французский капитан коротко улыбнулся.

— Благодарю вас, мсье. — Он помолчал немного, глядя на многочисленные трупы, устилающие поле битвы. Когда капитан снова повернулся к Шарпу, выражение его лица изменилось — стало менее формальным, на нем появилось любопытство. — Зачем вы перешли реку?

— Я не знаю. — Шарп пожал плечами. Не выпуская из рук поводьев, француз спрыгнул с коня.

— Вам не повезло. — Он улыбнулся Шарпу. — Однако вы и ваши люди отлично сражались. А теперь еще и это? — Он показал рукой на взорванный мост.

Шарп снова пожал плечами.

Гусарский капитан некоторое время смотрел на него.

— Возможно, вам еще больше не повезло с полковником? — Он говорил негромко, чтобы солдаты, стоявшие чуть в стороне, его не услышали. Шарп никак не отреагировал на слова француза, и тот развел руками. — У нас такие тоже попадаются. Приношу мои сожаления, мсье.

Их разговор становился слишком вежливым и доверительным. Шарп выразительно посмотрел на устилавшие поле тела.

— Вы хотите обсудить вопрос о раненых?

— Да, мсье. Не думаю, что у нас их очень много, но я бы хотел получить разрешение на осмотр этой части поля. А все остальное, — он учтиво поклонился Шарпу, — контролируем мы.

Француз был прав. Гусары разъезжали по полю битвы и ловили лошадей, лишившихся всадников. Кроме того, им досталось с полдюжины лошадей, потерянных офицерами Южного Эссекского, и Шарп знал, что во всей Испании они вряд ли смогут найти коней лучше этих. Однако что-то в словах капитана показалось Шарпу странным.

— В самом деле, сэр, вы уверены? — Шарп взглянул в карие доброжелательные глаза француза, который слегка пожал плечами.

— Мсье, ситуация изменилась. — Капитан показал рукой на взорванный мост. — Полагаю, вам будет не так-то просто перебраться на другую сторону реки. Вы со мной не согласны? — Шарп кивнул, спорить было бы просто смешно. — Я думаю, мсье, мой полковник захочет после некоторого перерыва возобновить сражение.

— Как только вы будете готовы, сэр, в любое удобное для вас время. — Шарп рассмеялся и показал на мушкеты, ружья, длинные штыки.

Француз рассмеялся в ответ.

— Я все узнаю и проинформирую вас. — Он вытащил часы. — Давайте договоримся так: у нас есть час на то, чтобы забрать раненых, хорошо? А затем продолжим.

Он не оставлял Шарпу выбора. За час его двести человек едва ли смогут собрать раненых англичан и испанцев, отнести их к мосту и придумать способ доставить на другой берег. Французы справятся гораздо быстрее. Шарп прекрасно понимал, что бессмысленно пытаться выторговать еще немного времени.

Капитан приготовился снова сесть на лошадь.