Орден

Васильев Михаил Иванович

– Вот благодаря нашему НИИ и, в основном, нашему Валерке, придумали спецметаллодетектор на золото, – стал рассказывать Божко. – На десятки метров тот под землей видит. Хоть и здоровенный, на грузовике специальном его возим или даже на вертолете. Трудно поверить, но по пути отступления Наполеона пролетели, не нашего Леона, а настоящего, и клад его нашли. Только глубоко он, метров пятнадцать, а сверху холм, и деревья растут. Не знаем, что с ним делать. С официозом об этом договариваться не хотим.

– Было время, пытались как-то, – заговорил Валерка, который

взвешивал сейчас мешочки с наполеондорами. Кажется, трое ветеранов ордена рассказывали все это друг другу. Делились воспоминаниями. – Мы с металлодетектором всю Москву объехали. Чего только, где только нет. Даже в говне, в канализации. Больше всего понравилась одна полумертвая фабрика, там матрацы делали. Под полом в коридоре у них масса столового серебра и всего прочего лежало. Буржуи в революцию спрятали. Купили мы эту фабрику, долго оформляли, возились, а потом вскрыли эти полы, достали клад. Вроде, сколько-то процентов нам должно было идти, доля малая. Только не получили ничего, хрена тебе!.. Несколько лет прошло, пока оценивали клад, передавали Госмузейфонду. Тот теперь, вообще, какие-то копейки должен, но и того не дает. Нет денег у этого Госмузейфонда.

– Вот простая человеческая мысль, и потом из-за нее гора золота или еще какого драгметалла здесь появляется, – Божко сейчас стоял в открытой двери. – А скоро еще редкоземельные металлы научимся добывать, чуть-чуть еще напряжемся. У нас теперь другой доход пойдет, прямо из русской земли. И много чего еще сумеем. Русский мозг великие вещи способен создать. Мы не кавказская диаспора. Это не водкой-пивом торговать. И как много таких людей и такой мысли в России! Тут настоящий Клондайк. Русский Клондайк!

– Помню, когда меня в Ставрополье чуркобесы в рабы захватили, я все время об этом думал, – заговорил Леон. – Овец пасу и думаю, мафия от нормального бизнеса отличается только тем, что налогов не платит, и не в мировой суд обращается, а к автомату и пуле. Насмотрелся. У нас на юге национальная мафия точно такая и есть. Даже география на Италию похожа. Только в Италии мафию не поддерживают. Бесплатной электроэнергии на Сицилию не поставляют и лес воровать не дают. Чуркестанский путь – не наш путь, не нашего ордена. Мы возьмем свое и где надо отдадим.

В центре Горохового стояло сильно облупленное здание с остатками колокольни. Когда-то церковь, потом деревенский клуб, а сейчас оно считалось магистратом. Перед ним сегодня должен был произойти генеральный капитул. Гороховскому братству должны были объявить давно известную весть, что магистр и высшие рыцари единогласно объявляют запрет «мафиозного производства» и обет добровольной нищеты. Без собственного стяжания. Народ собирался медленно, постепенно.

Сверху на высоком крыльце бывшей церкви стоял и смотрел на них командор со странной не то фамилией не то кличкой Кукук. Человек с этим прозвищем выглядел совсем не забавно. Огромный, тяжелый и медленный, с почти неподвижным лицом. Будто ожившая, и еще не до конца, статуя.

Лев, покинувший подвал с серебром

для этого странного торжества, мысленно назвал его Каменным гостем. Он видел что-то подобное Кукуку в каком-то спектакле в своем театре. В этом Каменном госте была заметна необыкновенная физическая мощь. Тот смотрел неподвижно, и непонятно, какие ощущения могли возникнуть и двигаться в его каменной плоти.

Толпа рыцарей собиралась и, кажется, уже собралась, но тут все увидели, что в ворота деревни въехала и сейчас приближается целая колонна чужих машин. Впереди них двигалась милицейская иномарка. Вот они остановились неподалеку, а иномарка ближе всего к людям. Вышедший оттуда человек с галстуком, в очках, похожий на худого Берию, оглянулся и спросил:

– Эй, кто у вас руководитель?

– Все начальники. Все равны, – раздалось отовсюду.

– Это вы? – догадался этот в галстуке, глядя на Кукука.

– Да нет, – не сразу, помолчав, ответил тот. – Это к Юрию Дормидонтовичу. Он учредитель, хозяин.

Юра стоял здесь, с амбарной книгой. Он закрутил головой, глядя по сторонам.

– Иди, иди, Юра, распорядись! – послышалось со всех сторон. – Давай, покажь журнал!

– Ступай. Сейчас расписаться дадут, – сказал Эдуардыч, стоявший невдалеке от Льва. – Interdum stultus opportuna loquitur, – негромко и непонятно добавил он.

А потом перевел совсем тихо:

– Бывает дурак толковое скажет.

Только стоящий рядом Лев его услышал.

Кто-то в голубом мундире судебного исполнителя взялся за Юрин журнал, но тот вцепился в него крепко, держал из всех сил. Вот еле вырвал. Юра скривился лицом и исчез в магистрате. Приезжее начальство послушно потянулось за ним. На площади перед ратушей заржали.

И вот быстро, почти сразу же все выскочили назад. Впереди похожий на Берию, с галстуком и сейчас с красным, будто после бани, лицом.

– Вы еще не догадались с кем имеете дело? – крикнул он, глядя вверх на крыльцо, где неподвижно стоял Кукук, потом на колокольню, откуда свесили головы братья-рыцари.

– Здесь, гражданин начальник, твоих подчиненных нет. Своими холуями командуй! – спокойно ответил Кукук.

– Вы не оказывайте неуважение, не грозите полицейскому при исполнении, – крикнул еще один за спиной краснолицего. Капитан, кажется, местный участковый.

– Может, ты нам будешь угрожать? – равнодушно спросил его Кукук.

Тот пробормотал что-то неопределенное и поспешно двинулся к своей «Газели»

– Вы знаете, кто я? – крикнул краснолицый с галстуком. – Я не участковый, не идиот этот! Я руковожу управлением по разработке организованных преступных групп УМВД.

Сверху с колокольни свистнули.

– Какое длинное название! – с преувеличенным уважением произнес Кукук. Оказалось, что мысли внутри этого каменного человека двигались проворно.

– За нарушение лишитесь здесь всего! – вмешался человек в мундире судебного исполнителя. – Деньги на помойки выбрасываете! Все тут отберем! – Сел в машину и громко захлопнул за собой дверцу.