Орден

Шидловский Дмитрий

Артем миновал разросшиеся кусты роз и отметил про себя, что надо дать садовнику указание постричь их. Он любил свой сад и хотел видеть его идеальным. Сам занимался его планировкой и даже высаживал и ухаживал за некоторыми растениями. Но времени всегда не хватало. Советник магараджи – долг прежде всего.

На дорожке он неожиданно встретил Ольгу. Машинально он отметил, что сари ей к лицу. Ольга не потеряла своей стати, несмотря на то что после Генриха родила ему еще троих детей.

– Я была у них, только что, – произнесла она, угадав намерения мужа. – Не

ходи туда. Вивекада рассказывает ему древние легенды, и Генрих слушает раскрыв рот. Мы бы им помешали, – закончила она с мягкой улыбкой.

– Хорошо, – сказал Артем, – пойдем на северную террасу, я хочу с тобой поговорить.

Они расположились под каменным навесом, построенным над террасой, которую Артем приказал соорудить во дворце специально для того, чтобы любоваться на горы. Старый слуга принес им чай и сладости и удалился. Они сидели лицом к горам и любовались прекрасным видом.

– Знаешь, – начал Артем, – моя миссия здесь подходит к концу.

– Нам снова придется уехать? – спросила она, и на лице ее мелькнула печаль.

– Ты знаешь, Оля, кажется, я наконец достиг мастерства в своем деле. Это моя четвертая миссия, считая Петербург, но впервые она заканчивается тем, что я не должен никуда убегать или кого-то убивать.

– Что ты хочешь этим сказать? – удивилась Ольга.

– То, что я выполнил те задачи, которые ставил перед собой, начиная работать в ордене. Я могу теперь уйти на покой.

– Ты, на покой? – удивленно подняла брови Ольга. – Не могу представить тебя без дела.

– А я и не собираюсь оставаться без дела, – улыбнулся Артем, – в мире есть еще много вещей. Я хочу больше уделять времени семье. Мне предстоит многое познать. Я могу еще многое сделать для людей. Я добился всего, что мог, в этом мире. Я не стал магараджей или королем только потому, что не хочу этого. Мы с тобой владели и владеем многими дворцами и землями. Человеку не надо столько, и уж точно не надо больше. Но моя дорога лежит дальше. Там тоже много интересного.

– Куда же ты хочешь направиться? – спросила Ольга.

– В том-то и дело, что никуда, – улыбнулся Артем. – Мы с тобой достаточно исколесили мир. Себя можно найти и не сходя с места.

– Не помешаю? – Фраза на давно забытом немецком резанула ухо.

Генрих фон Рункель, с такой же чашечкой ароматного чая, какие были у беседующих супругов, вышел из-за их спин и уселся на помосте, напротив собеседников. На нем была традиционная индийская одежда. Выглядел он так же, как в их последнюю встречу, – казалось, годы не коснулись его. Хотя нет, похоже, немного помолодел.

– Господи, Генрих, – вскричал Артем, – откуда ты, как ты здесь?..

– Соскучился по вам, друзья, – с мягкой улыбкой произнес Рункель.

Артем и Генрих одновременно поднялись, шагнули друг к другу и обнялись.

– Думал, больше никогда тебя не увижу, – произнес Артем.

– Не ожидал от тебя это услышать, – улыбнулся Рункель, – ты же знаешь, конец может быть только началом.

– Ольга, – повернулся он к жене Артема, – вы не возражаете, если я похищу вашего мужа на некоторое время?

– Конечно, –

улыбнулась Ольга своей очаровательной улыбкой, – Артем так скучал без вас.

– Пойдем погуляем. – Рункель подхватил Артема под локоть и повлек за собой.

Они прошли через прохладную анфиладу комнат и вышли в сад.

– Откуда ты? Как ты сюда попал? Ведь здесь везде… – начал Артем и осекся, наткнувшись на снисходительную улыбку Генриха. Для Рункеля никогда не было проблемой пройти любую стражу, а уж теперь…

– Как я попал сюда, ты скоро поймешь, а откуда я, скоро увидишь, – произнес Генрих и снова подхватил Артема под локоть.

– Ты что, жил здесь недалеко? – удивился Артем.

– Прямо за поворотом, – сказал Рункель, толкая Артема в кусты.

Они продрались сквозь кусты роз, на удивление не поцарапавшись, и оказались на небольшой лужайке, посреди которой стояла ротонда с фонтаном. Артем несколько секунд соображал, откуда эта ротонда взялась в его саду, за кустами роз, когда ее здесь отродясь не было, и внезапно понял, что они вовсе не в его саду. Солнце хотя и светило вовсю, но вовсе не обжигало так, как пять минут назад. Пальмы были, но немного другие, а прочие растения соответствовали более средиземноморской флоре, чем индийской.

– Где мы? – спросил Артем.

– В одном приятном месте, где я часто бываю, – спокойно ответил Рункель.

– А где это? В какой это стране? – спросил Артем, уже зная ответ.

– Ты же знаешь ответ, Артем, – укоризненно произнес Генрих. – Нигде. Этого места нет на карте, его вообще нет в том мире, это другой мир.

– И ты здесь живешь?

– Нет, – ответил Рункель, – это как бы коридор, проходная из мира, где мой дом, к твоему миру.

– Так, значит, ты все-таки обзавелся домом?

– Как тебе сказать. Я туда возвращаюсь, – поправился Рункель. – Ты же знаешь, я непоседа. Но это очень красивый и приятный мир. Я там отдыхаю.

– Ты покажешь мне его?

– Конечно, но провести я туда тебя смогу, только если ты сам захочешь. Дело в том, что время там течет в сто раз быстрее, чем в твоем мире. После нашего расставания для тебя прошло десять лет, для меня три года. Притом год я провел в одной карельской пещере, сразу после «смерти».

– Значит, ты научился ходить по мирам. Как ты это делаешь?

– Точно так же, как это сделал ты, когда попал в наш мир из этого, только сознательно. Я просто хочу и иду.

– Давно ты этому научился?

– Сразу после смерти. – Рункель ухмыльнулся. – Когда я понял, что меня отравили, мне сразу захотелось пожить еще.

– Расскажи, как ты спасся, – попросил Артем.

– Да мне и спасаться-то не приходилось, – неохотно ответил Рункель. – Ты вот сейчас занимаешься йогой и знаешь, как можно управлять своим телом в целом и каждым органом в частности. Только тебе все времени не хватает. Ты у нас большой государственный человек. А я вот после первой своей миссии целенаправленно занялся этой практикой недалеко от тех мест, где ты сейчас живешь, и занимался только этим. Нищенствовал и учился девять лет.