Опустошенный север
Шрифт:
Ехать собрались всей семьёй. В этот раз Ксения намеревалась навестить своих старших сыновей и узнать вести от Алёшки. Дорога заняла два месяца. Удобства для детей, приглядывающие за ними няньки, охрана, вещи, подарки, целый караван, как когда-то.
Двор императора Ксению не напугал. Она не была ни безродной девочкой, ни старой кошелкой, наоборот, она блистала необыкновенной историей рода, сверкала красотой и своеобразными нарядами. Двор воспринял её как личность неординарную, экзотическую и достойную подражания. Быть может, если леди Дан задержалась, то у неё проявились бы недоброжелатели, но дождавшись и побывав на аудиенции,
Императору давно хотелось посмотреть на интересную леди Дан, бывшую Орис, но всё повода не было, тащить её в сердце империи. Она оказалась значительно моложе, чем он ожидал, намного утонченнее и изысканнее дам, крутящихся возле него. Вспоминая её необыкновенную историю и успех, где бы она не появилась, он пожалел, что не пригласил её ко двору много лет назад сразу после клятв о верности империи. Эта женщина вполне могла бы составить ему партию, придавая союзу аристократичность старого света, смягчая воинское наследие величества и это было бы политически верно и, несомненно, весьма приятно в личном плане. Досадно, что момент упущен и без скандальной трагедии, леди уже не вырвать из семьи.
Размышления об упущенной возможности при личной встрече с леди Дан заставили нахмуриться императора, а Ксения не зная причины и опасаясь негатива к её семье, постаралась быть более обворожительной и приятной. Его императортво спрашивал о жизни на Севере, о её сотрудничестве со служителями, игнорируя Ингвара. Он был осведомлён об эксперименте, проводимом на бывшей родине, но немного недооценивал познания леди Дан, поэтому вопросы его были весьма общие, и требовалось рассказать лишь об общих впечатлениях. Потом, словно сбросив с себя груз, величество всё же улыбнулся ей и начал расспрашивать о вещах, на которых не было запрета молчания у Ксении, отчего она заметно выдохнула. Наибольшей интерес у мужчины к удивлению леди вызвали её связи с русинами. Торговля, их отношения со служителями, царившие настроения по отношению к Новой Империи, потом неожиданно пожурил об отсутствии дочерей и намекнул, что ей бывшее самопровозглашённое королевство, скорее всего, аукнется политическим браком будущих девочек с русинами.
Ксения только кивала. Император оттаял и начал вести себя скорее по-мужски, чем по-императорски, и это не смотря на то, что муж стоял рядом. Он к месту и просто так, целовал ей ручки, не выпуская ладошку ни на миг. За талию проводил её к окну, показать красивый вид из него. Ласкал взглядом девушку и всё более неприязненно поглядывал на напряжённого ярла, ни сделавшего ни шага в сторону, с того момента как вошёл. Ксения оставалась вежливо-доброжелательной, но руку с талии сковырнула, прихватив императора за мизинец, но при попытке выдернуть кисть из захвата, лишь нарвалась на ещё одно лобзание оной и хитро-довольный взгляд. Император наслаждался остротой ситуации и с огромным сожалением выпустил редкую птичку из дворца.
«Всё надо было делать вовремя, — признавал его величество, — теперь поздно что-либо менять, раз уж упустил свой момент». Но чуть заставить понервничать счастливчика ярла, очень хотелось и в этом отказать он себе не смог. Пусть получше бережёт и сторожит доставшееся ему сокровище.
Ксения, напуганная неожиданным личным интересом к себе императора, да ещё его намёками по поводу будущих браков, поспешила покинуть двор, пока ещё обязанностей не навешали на их семью.
— Ну ты представляешь, — жаловалась
Ингвар ничего не говорил. Ему житие во дворце в печёнках сидело, а уж сама аудиенция с едва прикрывающимся светскими манерами матёрого хищника в лице императора, вывела из себя. Слухи о крайней скромности в отношении женщин его величества, были явно преувеличены. С первого шага он сделал стойку на его ласточку и крутился вокруг неё ужом, отнимая у Ингвара Ксенины улыбки, мягкость взгляда и полнейшую внимательность. Обмусолил ей все руки, включая пальцы, добрался до косточек запястья, а уж как старался её притянуть к себе поближе! Ярл Ингвар на аудиенции несколько раз мысленно убивал императора самыми первобытными способами. Рвал зубами на части, забивал кулаки, превращая нахальную рожу в кровавое месиво, выдёргивал руки… И было большое счастье, когда наконец беседа закончилась.
Он жутко ревновал. Ксения блистала, сверкала, светилась и очаровывала всех. Она применяла на всякий случай весь свой арсенал умений и располагала к себе всякого встречного, будь то мужчина или женщина. Мало ли кто их семье в будущем пригодится. Находила тон и слова в общении с любым возрастом собеседника. Ингвар терзался, страдал и мешался, не давая Ксении времени на обдумывание новых встреч, освоении того, что услышала. Муж без конца тянул её в постель доказывать и убеждаться, что жена принадлежит только и всегда ему. Сексуальный марафон закончился, как только они выехали к сыновьям Ксюши.
Снова дорога, хлопоты, остановки в интересных местах, покупки подарков и спокойствие в отношениях. Малышня в дороге подрастала, удивляя своей смышлёностью.
Радость от встречи была огромна. Без слёз не обошлось. Ингвар опять ревновал, когда Александр поднимал маму на руки, кружа вокруг себя, и смотрелись они удивительно органично. Алик делался очень похожим на Лейфа. В нём была та же стать, хищность, что и у отца в былые времена. С неожиданной радостью Алекс начал общаться со своим старшим, подросшим сыном от деревенской девушки. Ради них Ксения загостилась, и тем неожиданней было предложение Алика.
— Мам, может отец примет моего малыша?
— Ты о Лейфе? — чуть не проглотила язык Ксения.
— Да. Он пишет мне. Приезжал как-то, говорил, что о многом сожалеет.
Ксения не знала, что и сказать. Хотелось высказаться, обхаять и заплевать ненавистного северянина, но подавилась. Посмотрела на Альгерда, увидела, как он переживает и боится того, что скажет она…. и поддержала сына.
— Может ты и прав сынок. Внучок ещё маленький, отдавать его не буду, а пригласить Лейфа навестить мальчонку я вполне могу. А там, посмотрим. Не забывай о сыночке, Алик. Ему нужна компания из таких же малышей. У меня в доме ему хорошо, а каково будет одному у чужого дядьки? — не удержалась хоть чуток подковырнуть новоявленного деда.
— Спасибо мама, конечно на твоё усмотрение, — и обнял.
Дольше в гостях не задерживались. Сыновья повзрослели и делиться с каждой новостью к маме не бежали как раньше, отчего было немного грустно. «Бабушкин караван», как пошутил Ингвар когда они все, наконец, выдвинулись домой. В пути Ксения ахнула. Она снова забеременела, и первый же лекарь определил в ней двойню.
— Ингвар, либо ты, либо император, — ляпнула, не подумавши, жена и только увидев, как обалдело распахнул глаза муж, поправилась.