Оптинский патерик
Шрифт:
По кончине старца отца Макария в Оптиной пустыни постоянно по два раза в год совершаемо было его поминовение: 7 сентября, в день его кончины, и 19 января, в день его Ангела, преподобного Макария Египетского. Старец отец Иларион был усерднейшим ревнителем этих поминовений, стараясь о поддержании их чрез изыскание и доставление нужных для того средств. По кончине отца Илариона заботу о продолжении таких поминовений своего старца отца Макария взял на себя отец казначей Флавиан. Но он с такой же любовью и усердием заботился до самой своей смерти и о совершении такого же поминовения другого старца — отца Илариона, совершавшегося 18 сентября, в день его
Что же касается до надмогильного памятника, то тотчас же по кончине старца отца Илариона отец казначей Флавиан озаботился постановкой на дорогой могиле памятника в виде чугунной часовни такой же формы и рисунка, какая стояла на могиле старца отца Макария.
Отец Флавиан был всем знавшим его известен не только как хороший казначей, но и как строгий инок.
Кроме точного и неослабного исполнения общемонашеских и в обители принятых правил относительно поста, своей богослужебной чреды, церковных и келейных правил, им были усвоены некоторые другие обычаи.
Он всегда отличался искренним смирением. Примером сего смирения может служить следующий случай. Накануне его кончины братия приходила проститься с ним. Смотрители дач и хуторов находились под его непосредственным наблюдением. Один из них обратился к отходившему со следующими словами: "Аще обрящеши благодать у Бога, не забудь меня, или помолись обо мне". Отец Флавиан строго сказал ему: "Отец Иерофей! Мы с тобой за все время, что служили, кажется, еще ни разу не поссорились, но смотри, как бы нам не поссориться теперь. Твои слова не идут ко мне, потому что я грешник".
30 декабря 1889 года, в субботу, отец казначей Флавиан, готовясь к служению на воскресенье 31 декабря, ходил в скит на исповедь и потом, стоя на бдении, по обычаю своему, в алтаре сильно озяб. В воскресенье, 31-го, он с большим трудом отслужил литургию в больничной церкви Илариона Великого и, возвратясь в келлию, не мог кушать чай. В понедельник 1 января 1890 года он был особорован отцом архимандритом и другими иеромонахами; 2, 4, 6, и 7 января утром принимал у себя в келлии Святые Таины, а во время вечерни 7 января принял от отца архимандрита пострижение в схиму с сохранением имени Флавиан.
С половины января болезнь из острой перешла в хроническую.
С вечера 21 мая и без того ослабевший, по болезни, отец Флавиан уже не вставал и не принимал, не глотал пищи, кроме нескольких в день чайных ложек молока и воды со льдом. За четыре дня перед кончиной он ежедневно принимал поутру Святые Таины и в среду 30 мая, приняв в половине первого часа утра Святые Таины, батюшка в три часа утра тихо отошел в полной памяти и сознании ко Господу.
Через год с небольшим по кончине отца Флавиана усердием давно его знавшей и уважавшей его высокую духовную личность Екатерины Васильевны Иловайской, бывшей духовной дочери отца Илариона, на могилке его был воздвигнут прекрасный памятник из серого мрамора.
Некоторые неупомянутые выше оптинские насельники
Кроме тех знаменитых подвижников, чьи жизнеописания помещены в этой главе, в Оптиной пустыни было известно множество других благочестивых насельников, о которых, к сожалению, сохранилось очень мало сведений. Приведем имена хотя бы некоторых из них:
Иеромонах Алексий (Виноградов; †1919) — историк, археолог, художник, иконописец, синолог, знаток Китая. В 1881 году принял монашеский постриг. Автор множества
Схимонах Борис (Иванов; †7/20 апреля 1898) — подвизался в Оптинском скиту и был великим молитвенником и Божиим угодником, пребывал в суровых подвигах. Скончался во вторую ночь Святой Пасхи. Братия видели, как душа его, подобно огненному столпу, возносилась на небо.
Монах Викентий (Никольский; †4/17 февраля 1938) — духовный сын преподобного Нектария Оптинского. Отличался абсолютным послушанием своему старцу, кротостью и стяжанием непрестанной Иисусовой молитвы.
Иеромонах Даниил (Болотов; †25 ноября /8 декабря 1907). Это известный художник, портретист Дмитрий Михайлович Болотов, член Санкт-Петербургской Академии живописи, брат первой шамординской настоятельницы монахини Софии. Он принял постриг в Оптиной пустыни и подвизался в ее Иоанно-Предтеченском скиту. Его кисти принадлежат замечательные портреты некоторых Оптинских старцев. Он говорил: "Скит наш есть своего рода станция от земли к небу".
Архимандрит Досифей (Силаев; †31 марта /13 апреля 1900) — годы его настоятельства (1894–1899) прошли как бы незамеченными, потому что отец Досифей старался во всем поддерживать порядки и традиции своих великих предшественников. Захоронен в правом приделе Казанского собора монастыря.
Иеросхимонах Евфимий (Трунов; †24 марта /6 апреля 1886) — летописец Оптиной пустыни.
Иеромонах Ераст (Вытропский; †17/30 июля 1913) — летописец Оптиной пустыни, жизнь проводил в сокровенных подвигах и молитве. В Оптину поступил в 1886 году. Проходил послушание письмоводителя и, как сказано в летописи скита, "своим знанием гражданских законов оказывал обители большую услугу". Отцу Ерасту принадлежит пространное "Историческое описание Оптиной пустыни" (1902) и краткая "История Оптиной пустыни" (1906). Был одним из главных официальных историков и агиографов Оптиной конца XIX — начала ХХ века.
Иеросхимонах Игнатий (Посошков; †1897). В Оптину поступил в 1830 году, духовно окормлялся у преподобного Макария, а затем у преподобного Амвросия. Исполнял послушания клиросное и ризничего.
Схимонах Иоанн (Ефремов; †30 марта /12 апреля 1867) — мудрый старец, нес послушание мельника.
Схимонах Иоиль (Токарев; †22 марта /4 апреля 1920) — подвизался в скиту, занимаясь внутренним деланием.