Оптимистический финал

Уилсон Кара

Клайв широко открыл глаза, враждебность в них можно было только вообразить.

— Я не обязан отчитываться секретарю об изменении планов. К тому же Мег все поймет. Она прекрасный человек.

Саймон надеялся, что к этому времени Мег действительно все поймет. Он непринужденно попрощался, но как только отошел от дома, бросился бежать. Он знал, что должен делать, и не мог терять ни минуты.

Луиза услышала, как хлопнула входная дверь. Чуть позже к ней поднялся Клайв.

— Кто приходил, дорогой?

— Саймон. Отнимает

время, которого у меня нет. У меня для тебя сюрприз.

— Еще один? Какой?

— Мы отправляемся в Италию. Не будем ждать следующей операции. Я только что поговорил с доктором Ленноксом. Он одобряет.

Но Луиза нервно откликнулась:

— О, нет, я не могу путешествовать в таком виде, хотя мне очень хочется, — сказала она с сожалением.

— Не доводи все до абсурда. Наденешь вуаль, и никто ничего не заметит. Солнце сотворит чудеса. Врач со мной согласен. Но я должен идти. Я напал на след важной находки. Очень важной. Мне только что звонили об этом из Лондона.

Луиза посмотрела на его оживленное лицо. Он был очень возбужден. В такие минуты он был неотразим, для него не существовало препятствий. Таким он был, когда она протестовала против скорого брака с иностранцем. Клайв сказал, что везде можно добиться успеха, если вкладывать душу.

И Луиза вся погрузилась в этот неожиданный и необычный план. Она опять увидит Италию, древнюю Флоренцию, знакомые крыши и башни, оливы и кипарисы, холмы, растворяющиеся в летнем небе…

Но позволит ли он ей увидеть Флоренцию? Это была ловушка или он шел по следу своей находки?

— Разве ты не хочешь помочь мне? — спросил Клайв. — Помимо огромной пользы для тебя, я собью со следа других дилеров, если отправлюсь в отпуск с женой.

— Они верят в это больше, чем я? — цинично спросила Луиза.

Клайва это задело.

— Луиза! Что ты говоришь? Мы мечтали о поездке еще до того, как я узнал про картину.

— В самом деле?

— Да, мне только что звонили из Лондона. Дорогая, не создавай трудностей. Я бы еще хотел успеть на самолет. Нам нельзя терять времени. Я сказал Лене, чтобы она собрала вещи. Пойду помогу Мег.

— Мег?

— Да, она летит с нами.

— Но не во Флоренцию, Клайв! Ты обещал, что мы одни поедем туда.

— Мы туда и едем. Мег мы можем на время оставить в Риме. Но это детали. Собирайся.

Клайв говорил отрывисто. Что-то сделало его неестественно возбужденным. Конечно, это могла быть картина. Но он брал и жену с собой? Луиза должна ухватиться за малейшую возможность получить удовольствие.

— А что это за картина?

— Они думают, что это подлинник Жан де Рит. Неизвестный старый мастер. Ты понимаешь, что это означает? Если я куплю ее по низкой цене, нам улыбнется фортуна.

Ничего удивительного, что он был так возбужден. Открыть неизвестного мастера — мечта любого торговца картинами. Но окажется ли картина подлинной после тщательных проверок: рентген, датировка холста,

подлинность трещин, натуральные средневековые краски.

— Де Рит станет сенсацией.

— Как она называется?

— Мадонна.

Клайв бросил это слово, выходя из комнаты. Луиза притихла и задумалась. Когда они впервые встретились, Клайв взял ее лицо в свои ладони, пристально посмотрел на нее и тихо сказал: «У вас самое совершенное лицо мадонны, которое я когда-нибудь видел».

Но теперь — Луиза провела пальцами по шраму — мадонну в ней узнать уже было нельзя. Клайв нашел ее на картине…

В комнату суетливо вошла Лена, лицо ее оживилось от возбуждения и неодобрения.

— Миссис Уилтон, надеюсь, вы не поступите так опрометчиво! Лететь в Италию! Вы не можете! Врач с ума сойдет.

— Нет, Лена, муж говорил с ним по телефону. Он согласен. К тому же это так чудесно — выбраться ненадолго из больницы. Я могу надеть вуаль.

— Я не верю, что врач мог разрешить такое, — заявила Лена. — Вы падаете от небольшого усилия. Вас вынесут из самолета. Это безумие. Мег тоже едет? Почему я должна собирать ее вещи?

— Лена, не создавайте трудностей. Делайте, что вам говорят. У нас мало времени.

Луиза поиграла браслетом. Если они действительно попадут во Флоренцию, то, может быть, ей придется скрывать от Мег, кто она такая. Вернутся ли они вместе в старый дом и вспомнят бабушку и долгий ее разговор с хорошей англичанкой? Может ли она наконец вести себя честно? Или Клайв готовит очередную хитрость?

Лена с шумом двигала ящики.

— Путешествовать в таком состоянии. С ума сойти. Я не верю, что доктор Леннокс согласился. Я должна ему сама позвонить.

— Пожалуйста, если это доставит вам удовольствие. В самом деле, Лена, вы обращаетесь со мной, как с ребенком.

Женщина пристально посмотрела на Луизу.

— По крайней мере, один человек заботится о том, что с вами происходит, мисс Уилтон. Даже если это такая дура, как я.

У Луизы пересохло во рту.

— Что вы имеете в виду, Лена?

— О, ничего, кроме того, что хозяин все делает по-своему, не так ли?

— Это дерзость с вашей стороны, Лена. Я могу рассердиться.

Луиза попыталась говорить спокойно. Она думала о том, как долго заставлял ее Клайв ждать такой простой вещицы, как звенящий браслет, который доставлял ей столько удовольствия.

— Если вам это принесет облегчение, Лена, позвоните врачу. Послушайте собственными ушами, что он скажет.

— Я сделаю это сейчас же, мадам, — выпрямилась Лена.

Она отправилась в кабинет и пробыла там дольше, чему Луиза могла выдержать. Это было предательством по отношению к Клайву — позволять экономке испытывать сомнение. Но Луиза знала, что еще не готова к путешествию. Одна только мысль о нем отнимала у нее последние силы, хотя она и убеждала себя, что долгожданная поездка с любимым мужем пойдет ей на пользу.