Опиум в моём сердце
Шрифт:
Каждую ночь он дарит мне наслаждения, эйфорию, окутывая в зыбкий песок, медленно погружая в его темноту, только погружаемся мы вдвоём. Он взрывает мои орбиты одним лишь прикосновением, у меня закатываются глаза, от каждого поцелуя, от каждой нежности, что дарит мне.
Мир замирает когда мы вдвоём.
Я полулежу на диване, укутанная в плед, в ногах пристроилась Зефирка. Этот маленький комочек счастья мне подарил Тобиас.
Можно ли его любить сильнее, чем сейчас…? Можно, и я каждый день люблю его больше, чем вчера.
Звякнули
— Тобиас… — крикнула и кинулась к нему, подпрыгнула и оказалась в его объятиях, оплетаю ногами его талию, а руками шею, он улыбнулся.
— Моя обезьянка..- соприкоснулась своим лбом с его, прикрывая глаза, сталкиваясь носиком к носику. Приоткрыла губы, невесомо соприкоснулась с его верхней губой, глубоко вздыхая, он лишь сильнее прижал меня к себе.
Быстро снял кроссовки и пошёл вперёд, всё так же смотря мне в глаза, неотрывно, а я жадно хватала воздух губами, цепляясь за его плечи.
Меня впечатали в холодную стенку и накинулись с такой жадностью, что я никогда не видела его таким. Он кусал, терзал мою шею, а я выгибалась, словно струна на музыкальной скрипке. Сжимала его плечи, волосы, царапала пальцы рук, я хотела его. Чувствовать в себе, задыхаться, умирать и тут же воскресать в его руках.
— Моя малышка… — хриплый голос возле уха, и таю, плавлюсь, как снег под солнцем.
Он жадно пьёт, сжимая мои бёдра, талию… его руки перемещаются на конец моего свитера, поддевает и одним рывком снимает, кидает куда то в сторону, припадает руками к моей шее, нежно проводит вдоль язычком, спускаясь ниже.
Так же быстро снимает лифчик и кидает туда же, к свитеру, и вот я на половину обнажена, но и я не отстаю и снимаю его рубашку, медленно расстёгивая каждую пуговицу, при этом целуя каждый сантиметр груди любимого. Он рычит, сдавливая мои рёбра сильнее, я задыхаюсь, прикусываю мочку уха.
— Моя сладкая… моя honey.. Я опьянён детка… — его голос растворяет меня. Я прикрываю глаза и улетаю во вселенную, распадаясь на миллион частиц. В его надёжных руках, я чувствую себя единственной, нужной, такой желанной, маленькой. С ним могу быть слабой, потому что знаю, он меня защитит, укроет от всех бед и боли.
Провожу ноготком вдоль его накаченной груди, облизываю нижнюю губу, а потом прикусываю, Тобиас издаёт рык, припадая к моей груди, прикусывая сосок, резко выдыхая, ближе тяну его за волосы к себе.
— Я хочу тебя маленькая..
— Так сделай же это, любимый..
— Настя..
Меня нежно опускают на пол и быстро снимают штаны, я тоже самое проделываю с его джинсами, и вот мы обнажены оба.
— Моя сладкая..- приподнимает меня за бёдра, а я ухватываюсь за его тело, а руками обнимаю за шею.
— Я обречена любить тебя вечно, — шепчу в губы в месте с тем, как чувствую в меня медленно проникают, а потом резких толчок и я задыхаюсь.
— Ты мой опиум, — прикусывает жилку на шее, двигаясь во мне медленно, растягивая тугой узел в низу. Как же божественно чувствовать его в себе, делить на двоих одно дыхание. — Посмотри
Толчки в меня то ускоряются, то замедляются, а я смотрю в его глаза, а дыхание касается его губ, вдыхая в унисон. Пульс зашкаливает, я уже царапаю его плечи, руки, грудь, хочу чувствовать его ближе, глубже, чтобы до конца, до самой галактики.
— Тобиас, пожалуйста, быстрее, — прошу, и он исполняет погружаясь резче, глубже. Издаю стон, прикрывая глаза от волны наслаждения, что чувствую.
— Не закрывая глаза, смотри на меня, — требует мой мальчик, тяжело дыша, а я не могу открыть глаза, всё тело онемело, даже ответить ничего не могу. Меня пробирает озноб с каждый его толчком во мне. — Настя, — кусает за плечо. — Открой глаза! — Кое- как открываю затуманенные негой взор и смотрю, задыхаясь. Кислорода не хватает, и я хватаю ртом воздух. Вот они глаза передо мной, которые я так люблю — Ты веришь, что люблю? — а я не могу ответить, язык онемел, как будто забыла все слова и буквы. Тобиас замедляет движения.
— Быстрее, — прошу его.
— Пока не ответишь, не получишь сладкого.
— Да… Пожалуйста Тобиас… - кусаю его за губу, получая свою дозу кайфа, счастья.
— Я дышу одним тобой…
— Люблю… люблю… люблю… — шепчет в мои онемевшие губы, а потом нежно и сладко- сладко целует.
Стою перед зеркалом, одевая своё изумрудное платье выше колен. Оно облегает мою стройную фигуру, словно вторая кожа. Пытаюсь застегнуть молнию сзади, но не получает, как вижу в зеркале отражение парня. Он подходит сзади, кладёт свои пальцы за застёжку и медленно застёгивает её, задевая при этом пальцами мою кожу на спине. Меня пробирает ток, прикрываю глаза.
Тобиас нежно берёт мои волосы и откидывает на одно плечо, целуя в шею.
— Ты самое красивое создание на свете, — шепчет. От его голоса внутри скапливаются бабочки, порхают, задевая внутри кожу живота.
— Ты преувеличиваешь.
— Ни сколько. Ты у меня красавица.
Сегодня мы идём на ужин к его родителям. Я так боюсь, вдруг они меня не примут.
Мы сели в его спортивную машину, а меня всю пробирает дрожь. Сжимаю пальцами конец платья, как поверх них ложится большая рука и сжимает мои маленькие пальчики. Я поднимаю голову вверх, и встречаюсь с добрыми, ласковыми глаза, цвета моря, и утопаю.
— Не бойся, я с тобой. Они уже тебя любят, — берёт одну мою руку и целует в ладошку. — А я люблю тебя, — внутри растекается тепло, рядом с этим парнем, я самая счастлива. Огибаю коробку переключения скорости и прижимаюсь к его губам в нежном поцелуе.
— Спасибо, что ты есть! — И это действительно так, я благодарна Богу, что он есть в моей жизни.
Всю дорогу он сжимал мою руку в своей, а я поглаживала его костяшки пальцев, периодически целуя.
Мы подъехали к большому дому, сердце вновь забилось. На ватных ногах вышла из машины, Тобиас взял меня за руку и повёл ко входу в дом, я всё сильнее сжимала его руку. Открыла нам женщина лет сорока.