Оперативные будни

Гришаева Маргарита Александровна

В городе дождь. Он как занавес скрыл наши мысли. День или ночь, Мы, как мухи, в густой паутине зависли. Дёргает нить Равнодушный паук-кукловод. Куклам не жить, Все послушно встают в хоровод. Куклы пляшут над городом дикий макабр, Заморочила смерть танцем света и тени. Мы, возможно, и сами

уже привиденья, Принесли свои души хозяину в дар. Посмотри, он весь мир прочной сетью опутал. Нас манит к себе продавец кукол… Холод вокруг, Заморозил тела нам и души. Враг или друг? Ты в глаза загляни, сердце слушай. Камень в груди — Лишь холодный изящный хрусталь. К цели иди. Кукол сломанных детям не жаль. Куклы пляшут над городом дикий макабр, Заморочила смерть танцем света и тени. Мы, возможно, и сами уже привиденья, Принесли свои души хозяину в дар. Посмотри, он весь мир прочной сетью опутал. Нас манит к себе продавец кукол…

Вдох… выдох… вдох… Перестаралась с магией, слишком много вложила. Вон на меня вся таверна завороженно смотрит. Я, слегка встряхнув головой и согнав с лица следы печали, направилась к дроу.

— Что, господа, я угадала? — похлопала ресничками, присаживаясь рядом.

— Весьма близко, — зачарованно ответил тот, кто изначально служил мне стулом.

— Тогда час расплаты пробил, — подмигнула я. — Обожаю слушать чужие истории! — Добавим немного глупости в голос и взгляд. «Я просто любопытная певичка».

— Мы прибыли сюда для выполнения важного задания, — начал тот, что сидел ближе. — Один из нас ушел на встречу с заказчиком и не вернулся. Вот и вся история.

— Как так? — ахнула я. — Дроу — и убили? Разве такое вообще возможно?

— Есть такие, для кого в нашем мире нет ничего невозможного, — процедил один из них и залпом опрокинул бокал.

— Что же это за всесильные существа? — с широко открытыми от удивления глазами поинтересовалась я. — Сказки вы какие-то рассказываете. Драконы, что ли, или забытые боги?

— Это ты действительно на легенды замахнулась, — снисходительно улыбнулся дроу. — Это существо гораздо приземлённее и вместе с тем опаснее, потому что оно реально.

— И кто же это? — с нетерпением, причем вполне искренним, выпалила я.

— Высший лорд, — выплюнул один из них словно ругательство.

Я недоверчиво прищурилась.

— Аристократия могущественна, но, насколько я знаю, сила их исключительно в деньгах и родословной, — с сомнением в голосе протянула я.

— Вы, простые люди, даже не понимаете, насколько они от вас отличаются. Нет, это не просто сборище богатых и родовитых. Хотя стоит признать, что их сила именно в наследии крови, — обронил он совершенно непонятную для меня фразу.

— Что же это за сила, позволяющая убивать прирожденных убийц? — поразилась я.

— Пташка, а с чего ты решила, будто его убили? — внезапно спросил молчавший до этого дроу, внимательно вглядываясь в мое лицо.

Внутри все похолодело. Так глупо… прокололась? Лица собеседников стали хищными, а

я осознала, что Рик слишком далеко. Из таверны меня выволокут быстрее, чем он подбежит на помощь. Нет, убить, скорее всего, не убьют. Будут пытать, ведь им, как и мне, нужна информация.

Входная дверь резко распахнулась. Дроу обернулись, а я, не теряя времени, нырнула под соседний столик и поползла к Рику.

Вокруг загрохотали поваленные столы и стулья, зазвенел металл. Я побоялась двигаться дальше и, зажмурившись, замерла под столом. Но через несколько минут драка прекратилась так же внезапно, как и началась. И в тишине зала раздалось грозное:

— Адептка Серас, потрудитесь объясниться!

Удивительно, но в этот момент мне стало гораздо страшнее, чем перед лицом трех готовившихся к атаке дроу.

— Серас, — устало проговорил магистр Бриар, присаживаясь и жестом указывая мне на кресло напротив стола. — Я вас предупреждал, чтобы вы не лезли в это дело?

От злого укоризненного взгляда хотелось провалиться сквозь пол, прямо вместе с креслом. К сожалению, строить порталы мне в этой жизни не грозит, поэтому я сделала выражение понесчастней и постаралась вжаться в спинку.

— Молчите, значит? — усмехнулся он, вытащил из стола флягу, плеснул в бокал темной жидкости и вновь перевел взгляд на меня. — Ну что же, вы ведь будущий следователь. Учитесь отвечать за свои поступки. Хоть как-нибудь. Пусть даже и нелепо. Сказали бы, дескать, не помните такого, никто вам ничего и не говорил и вообще у вас память девичья, правда? — продолжил издеваться Бриар и глотнул из своего стакана.

Я молча глотала обвинение, потому как знала, что действительно виновата. Знала, что разбираться с дроу Аларик должен был сам. И не только потому, что он взрослый мужчина, маг-боевик, да еще и оборотень вдобавок, а я маленькая сопливая девчонка с жалким даром целителя, который вряд ли бы спас меня от убийц вообще, не говоря уже о дроу. Но я хотела и могла помочь, поэтому не жалела о том, что сделала. А вот о том, что к расследованиям с Риком меня больше не допустят, — жалела еще как. Магистр сверлил меня взглядом.

— Я больше так не буду, — пробормотала я, надеясь, что ждали именно этого ответа.

— Не будешь, значит, — сверкнул он глазами, махом опрокинул остатки своего напитка и, обойдя стол, уселся прямо на него напротив меня. — А теперь в глаза мне посмотри и послушай!

Я неохотно оторвала взгляд от собственных коленей и посмотрела на сурового наставника.

— У меня за последний месяц сложилось впечатление, что ты в страже городской работаешь. Раз за разом я натыкаюсь на тебя около мертвых тел, причем в то время, когда ты, как примерная ученица, должна сидеть в академии. И знаешь, если бы вы не приносили действительно нужную информацию, тебя бы уже выгнали за нарушение правил. А я тебя еще выгораживать должен, мол, по моей просьбе забирали, как перспективного следователя, — усмехнулся магистр Бриар, я же внутренне возликовала: ого, меня признали перспективной!

— Что, обрадовалась? — мигом раскусили меня и усмехнулись еще злее. — Ты бы не торопилась, потому как мне надоело твой любопытный нос из каждой дырки вытаскивать и беспокоиться, как бы тебе его не отхватили. Еще раз поймаю тебя там, где не следует, и ты переедешь жить ко мне в спальню, вместе с симпатичным украшением в виде наручников, пристегнутых к моей кровати.

Я опешила. Кажется, на нервной почве у меня разыгрались галлюцинации. Не мог суровый Бриар сказать такого! Но раздевающий взгляд магистра убедил меня в серьезности его намерений.